Второй шанс книга первая - Елена Звездная

«Этот город уничтожат»…

Суассон действительно уничтожили. Массовые аресты, казни, отравление рыбы в реке, сожженные поля, разгромленные торговые склады. Я на коленях умоляла Эльтериан пощадить городок, бывший несколько лет домом для меня, и принц неизменно проявлял поистине королевскую милость, и отменял казни, или оправдывал осужденных людей… Мне казалось, я добиваюсь маленьких побед, я делаю хоть что-то для тех, кто был ко мне добр. И я старалась угодить принцу, изучая этикет, не отрывая взгляда от книг, оттачивая каждый жест, шаг, улыбку, движение рук… А после я увидела карту империи, и на месте где когда-то был город Суассон было пусто… Пустота… Города больше не было…

- Мадмуазель, в обморок нужно было падать, когда к вашему горлу был приставлен нож, - с нескрываемой иронией произнес месье Армель.

- Простите, умоляю, простите меня, этого больше не повториться, - покаянно прошептала, чувствуя, как кружится голова.

- Боги, не стоит так извиняться, - несколько растерянно ответил Гродари. - Вам плохо? Может быть воды?

Им нельзя нападать на Эльтериана! Нельзя! Иначе Суассон действительно будет уничтожен! Однако, этот Гродари, кажется, так же беспокоится о безопасности жителей города, а значит у него были причины предпринять ту самоубийственную попытку. Неужели причина была в потере сил от ранения?!

- Вы ранены, - вспомнила я. - Возможно, вы не желаете впутывать в это лекарей, но я все равно уже здесь. Позвольте осмотреть вашу рану.

Отступив от меня, устало заметил:

- Я даже имени вашего не знаю.

- Асьен, - легкий приветственный реверанс, положенный при встрече с дворянином. – Что ж, теперь, когда вам известно мое имя, надеюсь, мы сможем продолжить?

Гродари галантно указал на лестницу, что ввела наверх.

- Если мадмуазель Асьен не оскорбит предложение подняться в комнату к мужчине, - добавил он, едва я с решительностью направилась в указанном направлении.

Что ж, его слова существенно поколебали мою решимость. Настолько существенно, что я остановилась в шаге от ступеней.

- Хм, не знаю, кто вас воспитывал, но надрессировали превосходно, как призовую кобылку в лучших императорских конюшнях, - тихо произнес, беззвучно подошедший Гродари.

Я взлетела вверх по ступеням, чувствуя, как горят щеки, и полыхает гнев в моей душе. О, да, именно так -я стала отлично дрессированной, вот только не лошадью, а комнатной собачкой. Хватит, Сенна! Ты не принцесса пусть и опального, но императорского двора, ты служанка мадам Бомари, сирота без родных и прошлого. Девушка, в которой никогда не проснется магия. И если ты не возьмешь себя в руки сейчас, будет кончена не только твоя жизнь – вся империя будет уничтожена, но Суассон падет первым. Мне нужно это предотвратить!

- Втора дверь с лева, -Гродари все так же абсолютно бесшумно передвигался.

И неожиданно я осознала, что мне это весьма нравится – его высочество всегда использовал туфли и сапоги с кованной подошвой, а потому его шаги разносились по всему дворцу, и я еще издали слышала, как приближается мой палач. Шаги месье Армель в сравнении с этим обладали несомненным преимуществом.

- Вторая слева? Благодарю. У вас есть вода, бинты и…

И тут я открыла дверь. Это была прежняя смотровая в небольшой частной лекарне, но судя по количеству окровавленных бинтов, сваленных в углу, складывалось впечатление, что лекарня и сейчас принимает посетителей, причем в большом количестве.

- Кто-нибудь знает о вашей ране? - напряжено спросила я, входя в помещение.

- Да, - холодно ответил Гродари.

- А кто-нибудь из ваших товарищей видел ее? - я развязала тесемки на плаще.

- Нет, - спокойный ответ.

Мне оставалось лишь поразиться тому, насколько стойким является этот человек. Судя по количеству крови на бинтах, крови в самом месье Армеле не осталось вовсе, однако он продолжал нести караул и отвечать за безопасность своих друзей.

- Неимоверное безрассудство, - сказала я.

- И это говорите мне вы? – с легкой издевкой, поинтересовался Гродари. - Надеюсь, вид крови вас не испугает?

И он, отбросив ножны с кинжалом, начал раздеваться.

Нижняя сорочка, как и черная рубашка, оказались пропитаны кровью. Бинты, наложенные явно им самим, тоже насквозь были мокрыми, и мне оставалось лишь догадываться о том, какую боль испытывает этот Заклинатель.

- Садитесь на кровать, оставьте бинты, я срежу их сама, -приказала, направившись к шкафу, в котором видела бутыль со спиртом, вату, стерильные нити с иглой.

- К слову, мадмуазель Асьен, если это действительно ваше имя, известно ли вам, что вы маг?

И я замерла, взявшись за дверцы шкафчика.

Сенна об этом не знала.

Но принцесса Асьениэль обладала магией исцеления и могла помочь всем, кроме себя. Ровно до тех пор, пока принц Эльтериан не запретил лечить, кого бы то ни было, кроме него самого. Ежели я помогала хоть кому-нибудь, он убивал их на моих глазах… Чудовище! Какое же он все-таки чудовище!

- Я буду благодарна, если вы посидите молча, - произнесла, не оборачиваясь. - Весьма благодарна.

И распахнув дверцы, взяла все необходимое - бинты, бутыль со спиртом, мазь для заживления ран, и мензурки со стерильными иглами и нитями. Я не собиралась использовать магию, потому что Эльтериан ее чувствовал. Любую магию в радиусе ста миль. После покушения этот радиус сократится до пяти миль, но даже подобный радиус был убийственен, как минимум для меня в итоге. Как жаль, что я слишком поздно узнала об этой его способности.

Резко повернувшись, я собиралась было направиться к месье Армелю, но едва не обронила все, что держала в руках - его рана не была обычной. И красная кровь, текущая безостановочно, являлась самым приглядным зрелищем, по сравнению со всем остальным. Обнаженные края рваной неровной раны чуть ниже груди, черная кажущаяся гниющей плоть, и черные вены, расползающиеся от места поражения по всему телу…

- Копье Судьбы… - потрясенно прошептала я.

Точно такая же рана стала последней для принца Эльтериана… И нанес ее лорд Каенар. Дар, который герцог скрывал столь долго и так тщательно. Так вот, где он использовал его впервые.

- Как видите, зашивать особо нечего, - невесело усмехнулся Гродари. - Но я буду благодарен, если вы сможете остановить кровь, это даст мне еще несколько дней жизни.

Но я не могла.

Я не могла…

Я…

Прикусив губу, я стояла несколько мгновений, с ужасом глядя на человека, который уже был практически мертвецом, и понимала, что промолчать