Попаданка на драконью шею - Ксюша Левина

Что за радужные плакаты?

Что за брючки?

—  Кхм!?  —  позвала я.

Художник дёрнулся, опрокинул банку с краской и ругнулся совершенно не по-светски.

—  Ой,  —  выдохнул он и развернулся ко мне лицом.

Личиком, я бы сказала.

Золотые кудри, румяные щёчки! На голове тиара, кокетливо сдвинула набок. Камзольчик, рубашка с перепачканными в краске рукавами.

—  Ба-а!  —  протянул он.  —  Я не успе-ел!

И “золотая жопка” расстроенно вздохнул, поглядывая то на меня, то на свой плакат.

—  Что же это... это... а вы за мной, да?

—  Я?  —  сначала спросила, потом подумала.

Ой попа-ала...

Неужели это и есть прынц? Вот это чудо-юдо?

09 ГЛАВА

—  А вы... принц Эден?  —  осторожно уточнила, чтобы не путать.

“Прынц” красиво уселся, прям будто позировал мне. Одну ногу согнул в колене, на неё закинул руку с зажатой в ней кисточкой, откинул волосы. Его полные розовые губы изогнулись в улыбке.

—  Дыа!  —  именно так, через “ы”, ответил он.  —  А вы за мной! А я тут... эх... ладно! Значит спасён!? Ну слава тебе, благородная дама! А то тут жуткое вино и совершенно возмутительные обеды! Перина пылью пахнет, а простыни такие жесткие, что, право слово, даже конь мой на таких бы спать не стал! А сквозняки!? И при этом, ради всего святого, такая духота! Невозможно, знаете ли, когда тут жарко,  —  он указал на свою голову.  —  А там дует!  —  указал на свои ноги.

Его штанишки заканчивались в районе голени и дальше шли грязные, но некогда белые, колготы.

С золотых туфелек отпали украшения, да и вообще одежда выглядела неряшливо. Принца явно потрепала жизнь с драконом, а я прифигела от этого зрелища. Значит, вот за это нужно замуж идти? Точно не наоборот?

—  Что?  —  возмутился “прынц”, увидев мой строгий оценивающий взгляд.

—  Ничего...

—  Не нравлюсь?  —  он отшатнулся, и на лице появилась капризная детская гримаса.  —  Я так и знал...

О, этот обречённый тон... где-то я это уже слышала. Примерно так моя подружка качала права, когда её парень не замечал новый цвет волос... Или если я вместо бесед с ней, зависала в компьютере.

—  Я не то...

—  Я так и знал, что затея глупая! Глупая!

И “прынц” совершенно не по “прынцевски” стал топтать плакат, который, видимо, делал для меня.

Краска брызгала во все стороны, вылетая из-под его золотых каблуков, а я не знала что и делать. То ли истеричку успокаивать, то ли хохотать, то ли искать дракона и выписывать счёт-фактуру на получение венценосного идиота. Попала так попала... не знаю, что за ерунда тут со мной происходит, и как так вышло, что я в это влипла, но нужно сматываться! Срочно! Иначе на меня тут ещё пару-тройку квестов навешают.

—  Эй... эм... ваша светлость...

—  СВЕТЛОСТЬ?  —  взвыл он.  —  Я по твоему СВЕТЛОСТЬ?

—  Вел-личество?  —  предположила я.

Ну не мой это конёк. В Версалях не обедала, в Луврах не плясала.

—  Я! ЕГО! КОРОЛЕВСКОЕ! ВЫСОЧЕСТВО! ПРИНЦ! ЭДЕН!  —  Принц давал петуха на каждом слове, а из глаз его почти были готовы сорваться слёзы.

Румяное личико пошло пятнами, и губы кривились от обиды.

—  А ма-ма-мама говорит... что когда я стану ко-королём... мне можно будет взять прозвище “великий”... я буду Эден Великий! Ясно?

—  Ясно... Ясно, Эден Великий... всё хорошо! Мне очень нравится. И плакат вы зря попортили... очень красивый был плакат!

Он растерянно посмотрел под ноги и моргнул. Потом шмыгнул носом.

—  Я сейчас, давайте, дракона найду, быстренько чикну и мы домой поедем. Жениться!

—  Жениться?  —  лицо принца просветлело.

—  Конечно! Всё будет очень красиво! И цветы, и арка, и повенчаемся и деток нарожаем!

—  И цветы!?  —  он стал улыбаться от уха до уха.

—  Обязательно! Лилии!

—  Нет! Нет, лилии были у принца Розефа... вонища стояла, и завяли. Хочу пионы... но сейчас не сезон. Может Ирисы? О, это чудо, как хорошо. Или... герберы...

—  Да хоть одуванчики полевые, питательные,  —  мне уже хотелось смыться от этого румяного дурачка, потому что даже дракон поинтереснее.

—  А предложение?

—  Что предложение?

—  Пока не сделаешь предложение, никуда не пойдёшь!  —  он топнул ножкой.  —  А то знаю я вас...

—  Ну ок,  —  я закатила глаза и вздохнула, собираясь с мыслями.  —  Принц Эден, возьмёте ли вы...

—  Не так! Правильно давай! Ты вообще кто? Какой фамилии? Какой титул? Графиня?

—  Портниха,  —  пожала я плечами.

Принц вытаращил глаза и стал стремительно бледнеть.

—  Батюшки... портниха?

—  Но самая лучшая!

—  Не лги! Самая лучшая портниха  —  Поппинделла!  —  взвизгнул он.

—  Ну я вторая после Поппинделлы...  —  пробормотала я, немного приобидевшись. С другой стороны кто его знает, может эта Поппинделла  —  их местный Юдашкин?

—  Ладно,  —  он окинул меня взглядом.  —  Кожа да кости... Ещё и в неглиже... И лохматая. Как не стыдно...

—  Так! Если что-то не нравится, я сейчас уйду!

Форсировать события  —  это моё. Ну он иначе ввек не отелится со своими придирками! Кости его мои не устроили! Да, не Бьёнсе, но и не совсем уж доска! И ночнушка у меня вполне себе скромная, это он ещё по пляжу в Сочи не ходил, вот бы там его хватанул удар! А уж волосы у меня нормальные. Длинные и шелковистые, это их так после “Дракон-эйр” потрепало!

—  Ладно, ладно!  —  поторопился “прынц”,  —  я так... ладно, портниха, так портниха... Давай уже.

—  Ваше Высочество, принц Эден Великий...

Он кивнул.

—  ... возьмёте ли вы меня, портниху Катарину Нольтри...

Он кивнул.

—  ... в законные супруги, чтобы любить и оберегать...

Он нахмурился и легонько стукнул меня своей кисточкой по коленям. Потом кивнул на пол.

—  Что?

—  На колени,  —  одними губами прошептал он.

—  Чего?

—  Я хочу нормальное предложение! Я что? Многого прошу?  —  взвыл он, я вздохнула и встала на одно колено.

—  Так норм?

—  Что?  —  он дёрнул подбородком.

—  Нормально так?

—  А-а... ну и речь у тебя... нормально, продолжай.

—  ... чтобы любить и оберегать...

Он покачал головой.

—  Это ты,  —