Измена. Верну тебя, жена - Мила Дали

— Хорошо, мам.

После автомойки я уже заезжала в коттедж. Меняла костюм «мести» на более подходящую одежду, соответствующую матери: светло-голубые джинсы и белую футболку. У меня с собой мало наличных денег, нужно взять банковскую карту.

Расплатившись с таксистом, я прислоняю магнитный ключ к воротам. Открываю тяжелую железную створку, запуская дочь во двор.

— Папа! — неожиданно пищит Аленка, а я вздрагиваю. — Он все-таки приехал!

Ошарашенно застыв возле ворот, вижу Суворова, задумчиво разгуливающего по территории.

Конечно, он для Алены был и остается храбрым героем, сильным защитником и добрым волшебником.

А кто теперь Захар для меня? Я не могу подобрать подходящего слова, и дело даже не в оскорбительном эпитете. Я правда не знаю, кем считать мужа после измены.

Суворов, услышав зов дочери, поднимает голову. Широко расставив руки, идет ей навстречу, а когда Аленка подбегает близко, наклоняется и подхватывает ее на руки.

— Привет, принцесса.

Обнимая себя руками, медленно иду за Аленкой. Видеть Суворова мне сейчас неприятно и больно.

— Я дров для камина наколол, — говорит Захар, посмотрев меня.

— Мог бы и не утруждаться.

Глава 5

Пытаюсь собраться с мыслями, но, похоже, все они отказываются приходить на это собрание, так и зависнув в рабочем кабинете Захара. Меня снова бросает в жар, когда я вспоминаю, что сегодня со мной делал мой муж…

Аленка, игриво забившись у него на руках, просится обратно на землю. Хотя бы у кого-то сейчас улучшилось настроение.

— Мы поедем смотреть мультик! Мы поедем смотреть мультик! — радостно нарезает круги возле нас.

Мне не хочется контактировать с мужем, но еще сильнее не хочется огорчать Алену. Придется взять с собой папу, раз договорились задолго до грязного предательства.

Скосив взгляд на резвящуюся дочь, Захар говорит мне:

— Ты кое-что забыла, — и достает из кармана мое обручальное кольцо.

— Оно мне больше не нужно, — тихо отвечаю я, чтобы не услышала Аленка.

— Нет, ты его наденешь, Лиля.

Аленка все же замечает наше перешептывание и, остановившись, с легкой укоризной напоминает:

— Где больше двух, надо общаться вслух!

Мы с Захаром тут же замолкаем. Суворов сжимает руку в кулак и прячет кольцо обратно в карман.

— Ладно, доченька, — улыбаюсь я, изображая непринужденность, — идем в дом. Нужно подготовиться к поездке.

— Ага, — кивает она и бежит вперед к крыльцу, но, замерев на первой ступеньке, оглядывается. — А папа?

— Папа подождет тут, — ласково отвечаю ей.

И мысленно добавляю: если не хочет, чтобы я сменила замки.

Этот дом был куплен в браке. Он просторный — два этажа с мансардой. Внутри шикарный ремонт и дорогая мебель, навороченная техника. Иного Суворов не признает.

Он сам все оплачивал, а я лишь докупала милые сердцу вещички вроде штор, картин, статуэток…

И тем не менее не считаю, что, закрыв перед мужем дверь, поступила несправедливо.

Это Захар захотел променять наш уютный домашний очаг на блуд с Ирой. Не я изменила ему. Кроме того муж обеспеченный человек и уж точно без крыши над головой не останется.

Хотя бы взять прежнюю трехкомнатную квартиру. На худой конец, может сойтись со своей мерзкой любовницей. Она-то уж с превеликим удовольствием примет Захара.

— Мама, где моя футболка с феей Карлой? — суетится в своей комнате дочь. — Я надену ее.

Наклейки с Карлой нам сначала давали на кассе супермаркета при покупке от тысячи рублей. Потом ее фигурки стали появляться на полках в детских магазинах. Теперь экранизация. Вот это я понимаю ошеломительный карьерный рост! И огромная фанбаза возрастом от пяти до двенадцати лет.

Собравшись, возвращаемся на улицу.

— Где твоя машина? — спрашиваю Захара, пока запираю дверь.

— Припарковался на заднем дворе.

Теперь ясно, почему его появление стало для меня неприятным сюрпризом. Ни о чем не подозревающая Аленка привычно берет нас за руки, беззаботно хохочет, то и дело поджимает ножки, повисая.

А у меня сердце обливается кровью.

Захар, Захар, как ты мог променять нашу семью на какую-то пьяную щелку?

Суворов, усадив дочь на детское кресло в машине, как обычно распахивает для меня переднюю дверь.

— Я сяду с Аленой, — сухо ответив, сажусь к дочери.

Всю дорогу до развлекательного центра мы с мужем не разговариваем, зато Аленка охотно рассказывает, как они с бабушкой клеили себе на щеки дольки из огурцов и учились складывать пальцы в мудры. И как Римма Станиславовна, пообедав, величественно улеглась на диван, а Алена, вжившись в роль талантливого художника, рисовала ее портрет.

А в кинозале Аленка сидела между нами, и это хоть как-то облегчало мое состояние.

Но согласилась на поездку я не зря — дочь была в восторге от мультика, прыгала, как маленькая зайка, и хлопала в ладошки после сеанса.

Захар отвез нас домой и сказал дочери, что не пойдет с нами, потому что ему срочно нужно ехать на работу.

Этой ночью Аленка не дождалась отца, задремав под мой тихий голос — я отвлекла дочь сказкой.

***

Суворов

На следующее утро

Настойчивый звонок в дверь заставляет меня открыть глаза.

Первое, что я вижу, — хрустальную люстру на потолке. На ней ровно сто звеньев. Когда-то я пересчитывал их, лежа теплыми вечерами на этой кровати. Прижавшись к моей груди, со мной рядом лежала Лилька.

Я гладил ее по волосам, а она болтала без умолку, рассказывая в мельчайших подробностях, как прошел ее день и как она успела соскучиться. Ее нежный голос щекотал слух и успокаивал нервы.

Я тоже по тебе скучаю, Лилька.

Встаю с нерасплавленной кровати.

Сколько вообще сейчас времени? В комнате еще серо.

Звонок повторяется, раздражая меня сильнее.

— Еще раз нажмешь — по ебалу получишь! — предупреждаю я, отпирая замок. — А… это ты…

За дверью стоит Ирина, улыбается мне широко и переминается с ноги на ногу. Опустив взгляд, замечаю в ее руке дорожную сумку, ручки которой Ира напряженно сжимает.

— Привет, Захар.

— Явилась стервятница полетать над останками моей просратой семьи? — оттолкнувшись от косяка, я возвращаюсь в спальню и снова падаю на кровать.

— Не говори так, Захар! — кричит она из прихожей. — Я волновалась за тебя!

— Не сдох, как видишь. Так что можешь ехать обратно.

Но Ира искусно пропускает мои слова мимо ушей. Оставив где-то сумку, входит ко мне в комнату. Вертится, рассматривая обстановку.

Я сюда Ирину не водил. Мы встречались на работе, в отеле или у нее в квартире.

— Ой, ну и пылища у тебя! — изображая не к месту веселье, смеется