Нечаянная ночь - Лея Сван

вливала в себя чашку чая, тут же выбрасывая это из головы. Прежде вызывающие прилив аппетита продукты на полках магазинов, нынче оставляли Лесю безразличной, а вид колбасы внезапно стал вызывать отвращение, быстро перерастающее в дурноту. Жарко, вот и не хочется есть — сама себе объяснила эту метаморфозу Леся, легко натягивая платье на размер меньше. Да, это было оно, то самое, идеально сидящее на её совсем не идеальной фигуре. Пронзительно-голубые глаза, в сочетании с глубоким синим, засияли ещё ярче. «Я беру его» — сообщила она продавщице и прочла в глазах той одобрение. В этот момент у Леси и возник план…

СУББОТА. Как и неделю назад, в клубе было битком народа. Выкупать столик было ей не по карману, потому Леся пристроилась у барной стойки, внимательно рассматривая посетителей. Алекса среди гостей заведения было не видно, но народ ещё только подтягивался в клуб, и Леся не теряла надежду, регулярно поглядывая на вход. Несколько раз какие-то мужчины предлагали угостить её выпивкой, но не глядя на лица, она быстро мотала головой «Нет, спасибо». Внезапно публика потянулась к центру зала, оживлённо вглядываясь в ярко вспыхнувшую софитами сцену. «Люсьен! Люсьен!» скандировало несколько пьяных голосов и, словно в ответ на их призыв на подмостки выпорхнул тот, понравившийся Лесе танцор. В этот раз на Люсьен был леопардовый наряд роковой красавицы, длинный хлыст на боку и ковбойская шляпа. Прогарцевав по подиуму, Люсьен принялась выделывать сложные и довольно непристойные танцевальные па с хлыстом, потихоньку избавляясь от одежды. Финал, в котором на прелестнице остались лишь хлыст и шляпа (в качестве последнего бастиона приличия) как и в прошлый раз, был принят феерично. Забыв обо всём, Леся заливисто смеялась и аплодировала. Раскланявшись перед зрителями и собрав обильный урожай купюр, Люсьен вдруг задержал блестящий взгляд на Лесе и лукаво подмигнув ей, внезапно приветственно взмахнул шляпой, на несколько секунд открыв взглядам публики самое сокровенное. Зал взревел — крики, хохот, топот ног… Не зная, как реагировать на это внезапное внимание, Леся вскинула руку ко рту, да так и осталась, растерянно наблюдая за тем как Люсьен покидает сцену, уступая её новому танцору.

Она растянула два коктейля на следующий час и уже собиралась закругляться, признав очевидный провал плана, когда слева раздалось негромкое «Привет. Красивое платье». Леся вздрогнула и обернулась…

Глава 3

Леся обернулась, и взгляд быстро метнулся от вызывающе — светлых волос к смеющимся синим глазам.

— Вы?!

— О мой бог! Неужели я внезапно состарился?! — Забавно всплеснув руками, парень напротив комично округлил губы. — Ох, нет, только не говори мне, что тебе десять! Иначе как объяснить это ужасное «Вы»?!

Леся улыбнулась, открыто разглядывая собеседника — растянутая розовая футболка с огромным глазом на груди, драные голубые джинсы плотно облегающие стройные ноги, густая подводка и длинные (накладные?) ресницы добавляли взгляду глубины и загадочности.

— Прости! Я не хотела обидеть. Это ведь ты выступал сейчас?

— Прощаю! И нет, ты не обидела меня. — Дружелюбная улыбка служила подтверждением его слов. — Насчёт твоего вопроса, по — моему ответ очевиден! Или ты видишь в зале кого-то столь же блистательного?

Леся рассмеялась,

— Это было здорово! Никогда не видела ничего подобного!

— И много травести-шоу ты видела в жизни?

— В прошлую субботу было первое. Мне очень понравилось!

— Я заметил, крошка! Тебя, так же как и меня, сложно не заметить! Ты как сдобный пирожок на фоне этих засохших карамелек. — Одарив Лесю этим сомнительным комплиментом, блондин энергично махнул бармену, — Эй, Мишаня, сваргань нам с подружкой по коктейлю! Только не ту бурду, которой ты травишь честных граждан!

Перед Лесей возникла узкая, изящная рука с идеальным, переливающимся в свете ламп, маникюром,

— Кстати, я — Никита! Для друзей — Ник.

— А как же «Люсьен»? — вспомнила Леся выкрики из зала.

— Мой сценический псевдоним. Хотел взять «Сияющая Королева», но его уже используют пару человек в индустрии.

— Сияющая королева, — словно пробуя имя на вкус, задумчиво повторила Леся, — красиво, тебе подходит.

— Можешь звать меня так, если нравится, прекрасная незнакомка.

— Ох, прости пожалуйста, меня зовут Леся.

— Миленькое имя. — Кивнул парень и поднял бокал сверкающий всеми оттенками красного, от насыщенно- оранжевого до густого малинового. — За дружбу!

Содержимое бокала явственно горчило грейпфрутом и, чуть поморщившись, Леся отставила его,

— Ты давно здесь работаешь?

— Работаю? Нет, куколка, я не работаю, я — создаю искусство! Творю волшебство на сцене два раза в неделю. Вот уже около года. Обычно по пятницам и субботам, но, бывает, если в клубе аншлаг или особое мероприятие, приглашают и в воскресенье.

— И… — Леся не знала, как потактичнее сформулировать вопрос, — И тебе это всё нравится?

— Дай-ка подумать. — Ник гротескно изобразил глубокое раздумье, многозначительно приложив палец к подбородку. — Да, безусловно! Танец — моя жизнь! Я растворяюсь в нём, превращаюсь в нечто изумительное, желанное, вдохновляющее…

— А твои родные, родители… как они относятся к твоей работе?

Лёгкая тень едва омрачила лицо её собеседника, на мгновение согнав обаятельную улыбку, и тут же исчезла, не оставив и следа на вновь оживившемся лице,

— Нормально. Нормально относятся. Главное, чтобы человек был счастлив — разве нет? Вот, а теперь отложим все эти серьёзные разговоры и идём танцевать!

— Я не танцую! — отшатнулась Леся от его протянутой руки. И тут же попыталась загладить нечаянную грубость. — В том смысле, что танцы — это не моё. Я не очень подхожу для них…

— С чего ты взяла? — искренне вскинул брови Ник.

— Нууу, просто посмотри на меня.

— И…? — В распахнутых глазах горело неподдельное недоумение. — Что я должен увидеть кроме прелестной девушки в офигенном платье? Идём же, — пританцовывая, он настойчиво потянул Лесю с барного стула, — время не ждёт, оно идёт в ритме моего сердца…

Последнюю фразу Никита пропел ритмично повиливая бёдрами, и Лесе не оставалось ничего другого как соскользнуть со стула и двинуться в центр зала следом за ним.

— Жоржи, душка, поставь нам что-нибудь погорячее! — прокричал Ник куда-то в глубину зала, и через минуту стены клуба завибрировали от