Безумный полдень - Дженнифер Льюис

Отлично. Вики. Она выглядела в точности как все женщины, с которыми встречался Синклер. Холодная, надменная, требовательная. Жаль, что ему всегда нравились именно такие.

А может, он этого заслуживал?

— Здравствуйте, Вики. Позвольте вам помочь.

Увлеченная разговором, брюнетка с готовностью уступила ей самый большой серебристый чемодан. Ее сестра всегда говорила, что не стоит всюду предлагать свою помощь и вообще вести себя словно горничная XVIII века.

Подавив вздох и нацепив на лицо вежливую улыбку, Энни пошла в дом, как всегда готовый к приему гостей. Синклер уже куда-то исчез, вероятно, пошел в свою комнату. С тяжелым сердцем Энни поднималась по лестнице. Вики шла за ней, все так же болтая по телефону. Бросив взгляд в комнату, которую обычно занимала миссис Драммонд, Энни заметила, что Синклер уже принес туда ее сумки. Его комната была следующей, мгновение Энни колебалась, стоит ли туда заносить багаж Вики.

— Уж не думаешь ли ты, что я собираюсь спать с Сином! — прозвенел за ее спиной голос брюнетки.

Энни обернулась. Вики смеясь, закрыла телефон.

— Не-не-не, только не это! Не помню, чтобы я вообще когда-нибудь спала с ним, даже когда мы учились в колледже. Впрочем, это было так давно, что я могла и забыть.

— Я думаю, Вики можно устроить в голубой спальне, — сказала миссис Драммонд.

— Отлично. Вполне соответствует моему настроению. — Вики остановилась, вскинув сумку на бедро, чтобы засунуть туда телефон.

На мгновение мелькнули узкие серые трусики и белый лифчик со странным серебряным символом.

Энни моргнула.

— В голубой так в голубой. — Уф. Значит Вики не была новой подружкой Синклера.

— Вики давняя подруга нашей семьи. Странно, что вы с ней не знакомы, Энни, — пояснила миссис Драммонд.

— Немало лет прошло с тех пор, как я имела счастье пребывать в фамильном доме Дог-Хабор, — продекламировала Вики. — О боже, как летит время! Я просто безумно рада вновь оказаться здесь.

Энни мгновенно напряглась. Ей показалось, что она уловила нотку сарказма в голосе гостьи. Зачем она приехала сюда? Воспользоваться их гостеприимством, чтобы потом в каком-нибудь салоне Манхэттена посмеяться над ними? Нет, она совсем не была похожа на подружек Синклера с их аккуратными стрижками и кашемировыми двойками.

— И мы тоже очень рады тебя здесь видеть, дорогая. — Миссис Драммонд подошла к Вики и, приложив ладонь к ее щеке, запечатлела на другой свой поцелуй.

Энни была удивлена. Она никогда не видела проявления таких чувств со стороны миссис Драммонд.

— Все будет как в старые времена.

— Боже, надеюсь, что нет. — Вики тряхнула головой. — Терпеть не могу возвращаться в прошлое. Но побыть среди старых друзей всегда приятно. — Она посмотрела дальше в коридор. — И где эта голубая спальня? Мне ужасно хочется поскорее принять душ.

Энни вышла из заторможенного состояния:

— Извините… Сюда. Я принесу чистые полотенца. Еще что-то нужно? Шампунь? Кондиционер?

— У меня есть с собой все, кроме воды. — Взгляд Вики задержался на Энни чуть дольше, чем следовало.

Сердце Энни сжалось. У нее опять появилось это странное — и не очень приятное — чувство. Кто эта Вики и зачем она здесь?

На обед Энни решила приготовить любимое блюдо миссис Драммонд — копченого лосося с ежевичным соусом и гарниром из молодого картофеля и зеленого горошка с местного рынка.

— Как это мило! Значит, Синклер все же сообщил вам, что мы приедем. — Кэтрин бросила на него любящий взгляд.

Энни улыбнулась, избегая смотреть на Синклера. Опыт научил ее быть готовой ко всему. Она получала удовлетворение, хорошо выполняя свою работу. В столовой горели восковые свечи, из окон лился теплый свет заходящего солнца. Если что-то в доме и бывало не так, то это случалось отнюдь не по ее вине.

Энни наклонилась над Синклером, чтобы долить ему в бокал белого вина. Его темные волосы касались воротника. У нее перехватило дыхание, когда она вспомнила их густую шелковистость под своими пальцами.

Странное чувство заставило Энни поднять глаза и встретиться взглядом с Вики. А вдруг та заметила, как она смотрит на Синклера?

— По-моему, это несправедливо. Энни приготовила обед, а теперь еще должна и крутиться вокруг нас, — прозвенел колокольчиком голосок Вики.

— Ты права, дорогая, — тут же согласилась Кэтрин. — Энни, милая, возьми себе тарелку и присоединяйся к нам. Мы сегодня как одна большая семья. — Она потянулась через стол и похлопала Вики по руке.

Брови Вики слегка поднялись, но она улыбнулась.

Энни колебалась.

Такое предложение выглядело скорее унизительным. К тому же если она сядет за стол, то когда ей нужно будет встать, чтобы принести следующее блюдо? Можно ли ей выпить вина или лучше ограничиться лимонадом?

— Спасибо, но я уже поела, — солгала она.

— Но тогда хотя бы посиди с нами. — Кэтрин кивнула на свободный стул рядом с Синклером. — Мне просто не терпится услышать, как там продвигаются поиски на чердаке. Что-нибудь удалось найти?

Энни выдвинула стул, отозвавшийся недовольным скрипом, и постаралась сесть подальше от Синклера. А он даже глаз не поднял от своей тарелки. Посмотрел ли он на нее хоть раз за весь вечер?

А может, это и к лучшему? Мысль, что в его глазах она может встретить презрение, была ей просто невыносима.

— Я просмотрела несколько ящиков и чемоданов. Сделала опись. Хотите, я ее принесу? — Она едва села за стол, а ей уже хотелось встать. По крайней мере, эти записки как-то займут ее руки.

— О нет, не сейчас. Меня интересует, не нашла ли ты фрагмент чаши?

Энни покачала головой:

— Я тщательно просмотрела все, что было в ящиках, но пока мне не попалось ничего похожего. Хотя я даже не представляю, как эта чаша выглядит. Может, сохранилось какое-нибудь описание?

Кэтрин сделала глоток из своего бокала:

— Известно только то, что она серебряная. И без всяких инкрустаций. Возможно, даже это и не серебро, а сплав олова со свинцом или каким-то другим металлом. Странно, конечно, что такая ценная для них вещь сама по себе дешевая.

Вики откинулась на спинку стула:

— Это говорит только об их знании человеческой натуры. То, что она не была дорогой, обеспечило ей неприкосновенность. А… какого она была примерно времени?

— Может, ей больше трех сотен лет, — отозвалась Кэтрин. — Чаша была в семье задолго до того, как братья уехали в Америку. Никто не знает, откуда пошла эта легенда. Когда я вышла замуж за Стивена, отца Синклера… — она посмотрела на Энни, — его мать была еще жива и любила рассказывать истории из жизни их рода. Она говорила, что, вероятно, настало время попытаться найти чашу. — Кэтрин подняла тонкую бровь. — Ее брак тоже не был счастливым. И все ее сыновья — не исключая и моего мужа — были большими сумасбродами.