Во власти бывшего - Дина Данич

- Дела? - насмешливо выдает Воронцов. - Единственное твое дело - чтоб тебя трахнули, Пташка. Ты ведь для этого замаячила на горизонте. Хотела - получи. Ты все еще вполне сносна в сексе. Так что отказываться не буду. Оставайся, трах обещаю регулярный, все, как ты любишь.

- А ты куда?

Мой голос звучит жалко, да и сама я выгляжу не лучше. Не так уж много во мне мужества оказалось, как я думала изначально.

- К ней? - последний вопрос вырывается против воли.

- Серьезно? - искренне удивляется он. - Ты потеряла право задавать такие вопросы, когда свалила за пару дней до свадьбы, Ари-ша. Теперь твое место - у моих ног. И тебя уж точно не касается, кого и сколько я трахаю помимо тебя.

Еще одна пощечина. Еще один удар. Ровно туда, где и так кровоточит.

- Я забочусь о своем здоровье, - огрызаюсь на его слова.

- Не волнуйся. Трахать тебя без защиты я не стану, - еще одна ухмылка. - И не стоит злить меня. Ты знаешь, чем это может закончиться.

Алекс уходит, а я обессиленно сползаю на пол.

Такой грязной себя не чувствовала никогда. Он и пальцем меня не коснулся, но вывалял в такой грязи, что мне и не отмыться теперь. Никогда…

Только мысль, что нельзя показывать свою слабость, дает силы подняться и побрести на кухню. Однозначно мне нужны силы, чтобы довести все до конца.

Уверена, Градов уже в курсе, что я в стане его врага. Так что по большому счету мобильник мне не нужен. Своей семье я все равно не смогла бы позвонить. А остальное… да пусть подавится!

К черту! Когда все закончится, уеду со спокойной совестью к своим. И, надеюсь, больше никогда в жизни не увижу человека, который раскроил мою душу на лоскуты, а затем еще и поджег для надежности…

- 7 Алекс -

Меня давно так не штормило.

Был уверен, что все прошло, что забыл.

Пережил. Выдрал из нутра вместе с кровоточащей душой.

Хотя есть ли она вообще у меня?

Блядское наваждение, которое снова смело все заслоны.

Уже который час смотрю на ночной город и думаю, как быть дальше. Нужна холодная голова, чтобы просчитать, подумать и сделать верный ход. Выстроить цепочку шагов и…

И что дальше? Что с ней делать? Наказать? Выдрать? Высечь? Убить?

Что мне надо сделать, чтобы внутри перестало жечь от ее предательства? Сколько долбаных лет должно пройти, прежде чем я перестану чувствовать хоть что-то к этой белокурой стерве, способной одним взглядом выбить из колеи.

Я держался, узнав, что она вернулась. Решил дать шанс разойтись мирно. Думал, пусть сделает то, ради чего рискнула, и уедет. Пусть забудет дорогу сюда и никогда не возвращается!

Я ничего не сделал, когда узнал про Прохорова. Расхерачил кабинет, но не отдал приказа притащить эту дуру к себе.

Но когда Арина якобы случайно встретила Яну…

На хер. Я давал ей шанс свалить в закат без последствий.

И сейчас руки аж покалывает от желания вернуться и нагнуть стерву, поиметь так, чтобы ходить не могла, чтоб начисто забыла всех, под кем побывала за эти годы.

Три года назад, когда она заявила, что уходит, я был оглушен. Раздавлен.

Я, черт побери, не верил, что она это всерьез. А когда понял… Было уже поздно.

Можно было бы узнать, проследить, держать руку на пульсе. Но я не стал. Запретил себе даже думать в ту сторону. Потому что знал - одно фото с другим мужиком, и я слечу с катушек. Достану хоть на краю земли и убью дуру.

Поэтому сейчас я ни черта не знаю, как она жила все это время, сколько мужиков у нее было и что вообще происходило в ее жизни.

Но оставлять Арину рядом и не иметь понятия о прошлом - опасно. Даже ради нее я не имею права на подобное. А значит, придется узнавать. И повезет, если я при этом удержу себя в руках.

Звонок в полуночной тишине резонирует особенно громко.

Брат. Я даже не сомневался, что вскоре услышу его. И вот, пожалуйста.

- Не поздновато ли для главы семейства?

- Рад, что ты не спишь, - отзывается Виктор, усмехнувшись. - Разговор есть.

- Дай угадаю - решил сообщить радостную новость?

- Уверен, ты уже в курсе. Но все же - Яна сказал, что Арина была какой-то подавленной.

Внутри неприятно дергает, но я запрещаю себе о чем-то думать.

- Не заметил, - равнодушно отвечаю.

- Даже так? Шустро.

- Это все?

Брат молчит, но я уже чувствую, что будет дальше.

- Как ты? - наконец, задает он самый идиотский вопрос. Потому как я и сам не знаю ответа.

Понятия не имею, как выгребать все это дерьмо. Я никогда не думал, что могу попасть настолько. Щерил старшего, когда он носился со своей Янкой, когда прогибался под нее и готов был ради нее похерить дело своей жизни. Я пытался достучаться до него и дать понять, что все дерьмо из-за бабы, которой на него по херу.

Но Витька упрямый. Сделал по-своему. И глядя на их счастливое семейство сейчас, я порой испытываю странное чувство тоски. Ведь у меня был шанс получить такое же.

Был.

Арина - единственная, кому удалось пробить брешь в моем похуизме. Я в курсе, что меня многие считали и считают до сих пор шовинистом и авторитарным мудаком. Но ради нее…

Черт, ради нее я готов был на все. Вляпался так, что и не выгрести.

Я, словно верный пес, готов был сидеть у ее ног, притащить даже свое сердце, если попросит.

Я готов был отдать ей все. Кроме верности родине. Которую Арина, сука такая, и потребовала…

Вместо того чтобы поверить мне, услышать, сделала выбор в пользу своего брата-ублюдка, который до последнего пытался выторговать свою свободу. В том числе и ценой жизни своей же собственной сестры.

- Алекс?

- Все ровно.

- Может, вам дать друг другу шанс? Теперь, когда ее брат умер, и…

- Хорош, Витя. Поменьше позволяй своей жене лить тебе в уши.

- Алекс! - предупреждающе рычит брат, моментально переключаясь. Прием избитый, но отменно работает до сих пор.

- Тише-тише, - усмехаюсь. - Займись лучше пацаном своим. Мишаня до сих пор хреновато держится на воде, - говорю и отбиваю звонок, уверенный, что Вите теперь точно будет о чем подумать. Потому что женой и сыном он маниакально одержим.

Наверное, это у нас с ним в крови - рвать глотки всем за свое.

Проглядывая список дел на завтра, замечаю сообщение от Илоны. Хорошая, породистая сука, согласная на те условия, что я выставил в первый же день.

Ей-то чего неймется?

- 8 Алекс -

“Алекс, перезвони, когда сможешь”.

Смотрю и уже прикидываю,