Жених из Академии магии - Марина Григорьевна Халкиди

Глава 5. Академия дель Верди

Глава 5. Академия дель Верди

Через неделю моя затея – покинуть поместье и поступить в академию дель Верди – мне уже не казалась столь уж хорошей. Но отец в течение этой недели так готовился к моему отъезду, что я не имела права передумать в последний момент.

Впрочем, в поместье все ждали моего отъезда, не забывая давать мне советы и наставления.

Наверно, в других родах, дети едва общались со слугами. Но я выросла буквально на их руках и под их присмотром, так что все, кто наблюдал за моим взрослением, считали своей обязанностью дать мне ценный совет как общаться со сверстниками и как завести себе друзей. И хотя в друзьях я не нуждалась, я молча выслушала каждый совет, в конце концов все же радуясь, что я избавлюсь вскоре от подобной опеки.

Поспорили мы с отцом и по поводу моей легенды, ведь ему пришлось сделать мне и документы, причем не поддельные, а настоящие, принадлежащие правда умершей девушке. Отец умудрился договориться с ее отцом, чтобы он на расспросы, хотя я очень сомневалась, что появятся желающие встретиться с ним, отвечал, что дочь учится в академии.

Так вот, по легенде я была незаконнорожденной дочерью провинциального дворянина, который неожиданно решил оплатить мое обучение в силу невозможности контролировать мою пробудившуюся силу. Но только оплатить обучение. Так что в школу мне пришлось ехать в дешевых нарядах, которые отец купил мне в магазине готового платья. И это было самым тяжелым испытанием – отказаться от своего гардероба. Ведь не взирая на мое затворничество, мой гардероб сравнился бы с королевским.

Но мне пришлось прислушаться к доводам отца. Так что в академию я отправилась в карете, в одном из тех дурацких платьев, от которых чесалась кожа.

- Не забывай, для всех ты будешь не дель Сольни, а Джесолин Ивейн Морли.

Отец столько раз повторял эту фразу, что даже если бы меня разбудили ночью и спросили бы мое имя, я бы без раздумий ответила:

- Джесолин Морли.

К тому же перед отъездом из поместья отец приказал служанке собрать мои волосы в пучок, а не завить их. А затем нацепил мне еще очки на нос.

- Ты хочешь, чтобы я прибыла в академию, в которой учатся отпрыски всех именитых и богатейших семей, как пугало?

- Поверь, ты выглядишь довольно мило.

- Отец, я всегда чувствую, когда ты лжешь, - фыркнула я на эти слова.

- А поддельные документы всегда можно отследить. А Джесолин Морли не может позволить себе дорогую одежду.

- И еще у нее напрочь отсутствует вкус, - заметила я, придерживая очки, которые все время съезжали мне на кончик носа. - Ладно, поеду в академию страшилой. А когда ты в первый день зимы объявишь обо мне, стыдиться придется тебе.

Отец ничего не ответил, впихнув меня в карету против моей воли. Мне даже показалось, что он запечатал ворота, чтобы лишить меня возможности передумать и вернуться домой. Я было уже подняла руку, чтобы постучать и приказать кучеру повернуть обратно. Но моя уверенность в том, что меня обратно не ждут, заставила меня вздохнуть и смириться со своим внешним видом и новой фамилией.

А через три квартала кучер и грум сгрузили мои сундуки и саквояжи. И я осталась ждать нанятую карету, чтобы никто в академии не смог бы отследить, откуда я появилась. Возница буркнул, что не мешало бы доплатить за то, что ему приходится таскать мои сундуки. Но я в ответ так глянула на него поверх очков, что он поперхнулся. А я поспешно отвела взгляд, борясь со своим даром. Хотя желание воспользоваться им было так соблазнительно. У меня даже глаза стали заполняться красной пеленой. Поэтому я забралась в карету и прикрыла глаза.

Ну вот, я еще до академии не добралась, но мое настрое уже испорчено, и я так зла, что готова как шрот кого-нибудь покусать, начав свою трапезу с возницы. Хотя его как раз лучше не трогать, он еще должен доставить меня в академию. Ведь тащить на себе сундуки и саквояжи я не собиралась. Отдернула шторку, чтобы вдохнуть воздух и немного успокоиться.

В поместье я конечно не собиралась вернуться, не взирая на эту вспышку. Я сама предложила отцу помощь, и я точно не собиралась отступить. И если что-то пойдет не так и я сделаю то, что не следовало бы, отец вытащит меня из любой передряги. В этом я не сомневалась.

Но до этого лучше не доводить. Да и не съедят меня эти студенты, усмехнулась, это скорее я смогу войти во вкус и использовать свою силу.

Поэтому, когда наемный экипаж остановился перед академией, я была единственной из всех студенток, кто пытался оттянуть платье и почистить очки, вместо того чтобы любоваться школой. А ведь посмотреть было на что.

Некогда на месте школы был магический разлом. Этакий пустырь почти в центре столицы. Путники просто боялись даже случайно забрести под действие неконтролируемой магии. Ведь последствия могли быть довольно своеобразны. Кто-то мог умереть на месте, а кто-то, подавшись таинственной магии, мог пойти и отравить всю свою семью. А вот дель Верди, совершив какой-то проступок перед королем, получил довольно своеобразную награду-наказание – проклятый пустырь. Но эта семейка всегда была одарена магически, не зря мой отец всегда недолюбливал их. Так вот, тот самый первый дель Верди поблагодарил короля за столь изощренный дар. И вместо того, чтобы сбежать из королевства, пока король ни вручил ему более смертоносный дар, он поселился на пустыре. Построив первое строение – башню ветра.

Между прочим, эту башню, простоявшую не одно столетие, можно было увидеть даже за стенами академии. И желающих посетить ее было довольно много, но вот попасть туда могли только единицы, приглашенные самим ректором.

А первый дель Верди, вошедший в историю как и первый ректор магической академии, построил на пустыре школу. Довольно своеобразную школу, в которой смерть учеников не была редкостью, как и их внезапное исчезновение, причем бесследное. Но