Победительница комплексов и драконов - Сусанна Ткаченко

И такая толпа даже огородом и садом не занялась?! Лентяи! Я закипала еще больше. Спустившись с крыльца, оглянулась на дом: большой, трехэтажный, видавший виды. И если два этажа правой его части выглядели еще туда-сюда, то левая часть и весь третий этаж явно жилыми не были.

— Все работники в доме живут?

— Да, госпожа, и питаются. Так платить меньше.

Ну они у меня попляшут!

— Пройдем по территории, и всех соберешь на собрание, — процедила я, изо всех сил стараясь не пугать няньку. — Я буду рассказывать об изменениях в наших жизнях. Как думаешь, то, что я подавилась булкой и чуть не умерла, может быть причиной случившихся с Элисой перемен?

— Оно, конечно, может, — виновато пробормотала Дора, — но ведь вы совсем другая. Элиса и слов таких не знала, как вы, знаете, да и говорить так складно не могла.

Да уж. Косяк. Базар придётся фильтровать.

— Я еще и по именам никого не знаю, кроме тебя, Мили и Осима, — согласилась с Дорой. — Ты пока думай над этим, а я буду думать, где взять деньги. Деньги, моя дорогая Дора, залог успеха в любом начинании.

Няня ушла в себя, а я продолжила осматриваться. Двор чисто выметен… Ну вот, пожалуй, и все достоинства поместья. В одном покосившемся сарае лежали дрова, в другом — ржавые инструменты, в третьем — мешки с картошкой и мукой, в четвертом — всякий хлам. В конюшне — сиротливый стог сена, старенькая лошадка да кошка с котятами. Вот и всё. Они даже кур не держат! Бездельники!

Меня уже потряхивало…

Я не могла сказать, что на улице стояла жара — наоборот, дул освежающий ветерок, — однако даже от этого небольшого обхода я взмокла, будто пробежала марафон. Правда, чтобы опустились руки, потрясений было маловато. Останавливаться я не собиралась. Прошла через пустой огород к калитке и увидела, что перед рощей бежит горная река. Узкая, с порогами, очень быстрая — в такой не поплаваешь.

— А есть водоем, в котором можно купаться? — спросила я Дору.

— Да, там ниже водопад и озеро, — махнула рукой вправо няня.

Уже хорошо. Можно будет аквааэробикой заняться. В воде хорошо лишнюю жидкость выгонять. Да и вообще плавать полезно.

Минут через сорок тело Элисы сообщило, что оно всё — выдохлось. Ноги гудели, лёгкие работали, как меха старой кузницы, а поясницу заклинило. Пришлось развернуться и идти обратно к конюшне. Первым делом мне предстояло поговорить с младшей княжной.

— Дора, скажи, какие у девушек отношения и о чем мечтает Милисса? Мне нужно ее замотивировать. Иначе ничего не выйдет, — притормозив в огороде, спросила я няню.

Она ответила, не задумываясь:

— Милисса любит сестру и прислушивается к её мнению. А мечты у нее все о зверье. Дай девчонке волю — она из поместья сделает зверинец. Только кто их всех кормить будет?

Ага! Ну вот и нашлось у нас с Мили кое-что общее. Прекрасно! И с этим общим можно работать.

3/4

— А какими выражениями обычно пользовалась Элиса? Какие темы любила обсуждать с сестрой? — спросила напоследок.

Перед входом в конюшню меня вдруг накрыло неуверенностью в себе. Я ведь вообще ничего не знаю о сестрах. Милисса сразу насторожится из-за таких кардинальных перемен в сестре.

— Элиса была... немногословной и жизнь видела только в мрачных тонах. Много плакала, а настроение ей могло поднять только что-то вкусное, желательно сладкое.

Понятно. Со слезами, конечно, напряг, но разберусь по ходу пьесы. У девушек налицо расстройство пищевого поведения. Иной раз реакцией организма на стресс является подсознательное желание стать больше, крупнее, сделать запасы жира на черный день, чтобы себя обезопасить. Ведь все наши проблемы в голове. Именно поэтому в моем центре работали отличные психологи. Да я и сама имею огромный опыт общения с пышками. Поэтому взбодрилась и толкнула дверь.

Младшая княжна сидела на сене и гладила трехцветную кошку, кормящую котят. На губах девушки застыла нежная очаровательная улыбка — совсем не тот ужасный оскал, который Мили демонстрировала художнику. Уже хорошо. Может ведь, когда никто не смотрит. Порепетируем улыбку перед зеркалом. А когда лишний вес вместе с прыщами уйдёт, княжна станет у меня настоящей красавицей.

Я уселась на сено рядом с сестрой и тоже запустила руку в мягкую шёрстку кормящей кошечки. Милисса вскинула на меня удивленный взгляд. Но кошка громко мурлыкала, настраивая на позитивный лад, и я начала разговор, не зацикливаясь на том, что, похоже, веду себя необычно.

— Мили, сегодня было очень важное утро. Ты сама видела, что я чуть не умерла. — Глаза девушки наполнились слезами, а нижняя губа задрожала. — В те мгновения, когда я задыхалась, мне открылось очень многое. Я поняла одну простую истину.

— Что булки — зло?

— Не только они, моя дорогая, не только они… Главное наше зло — мы сами. Тот образ жизни, который мы с тобой ведём — дорога в никуда.

— Эли, ты пугаешь меня… — сложив бровки домиком, всхлипнула сестра. — Говоришь так много и так складно, как будто тебя подменили.

Девушка оказалась внимательной и сообразительной. Однако признавать ее правоту я не собиралась.

— Понимаю тебя, Мили, но и ты должна понять, что иногда с людьми, испытавшими сильнейшее потрясение, происходят удивительные метаморфозы. Я сегодня как будто новую жизнь начала.

— Это очень страшно. Что нас в этой твоей новой жизни ждёт?

— Надеюсь, что только хорошее. Вот скажи мне, ты хотела бы заботиться о множестве разных животных? Дать им теплые домики, вкусную еду и безопасность?

— Ну ты же знаешь, что этого я бы хотела больше всего на свете.