Мирослава в стране чудес - Конан Дойль

— Если ты знал про зелье, зачем подписался на эту авантюру?

— Ну, сначала я о нем не знал, потом мне стало любопытно, а потом поздно… — легкомысленно отвечал Лис. — А потом я понял, что меня в любом случае уберут, так чего напрягаться и возвращать зелье.

— Почему не ушел? Зачем идти навстречу смерти? — Задавая этот вопрос, я на самом деле знала ответ. Знала, почему Лис не мог покинуть город, но хотела послушать, что ответит мне он.

— Не рассчитал сил мальца. — И фальшивая улыбка в ответ. Ну ну. — Этот гад оказался умелым душегубом.

Я посмотрела на мертвое тело. Лис был прав — Аттвуд придет за своим подчиненным и придется отвечать за эту смерть.

— Убивая, лучше не задумываться над этим. Не думать, кем была твоя жертва, не думать, кем он был для других… — размышляла я вслух. — Абрахам Локк, искусен в бою. Есть жена — Сара Локк, даже не знала, что ее муж состоит в гильдии убийц. Благо детей у них нет. Только собака. Собаку жалко. Почему-то животных мне всегда больше жаль, чем людей. Моя проблема в том, что я знаю! Знаю, кем была жертва.

— А я оказался прав! — После минутного молчания произнес Лис, совершенно не обращая внимания на жалостливую историю о жизни Абрахама. — Ты знаешь многих! Так ты согласна?

— Надо подумать… Но с Аттвудом я разберусь.

— Я в тебе не сомневался! — Лис заметно развеселился. — Бренди?

— Подкинь тело Абрахама к дому на Вир Роуд двенадцать. Пусть Сара с ним проститься. — Пропустила я мимо ушей предложение выпить.

— А Кайрис?

— Сжечь это чучело! — Мои слова заставили заржать Лиса.

— Есть босс!

— Не называй меня так. — Поморщилась я.

— А как мне тебя называть?

— Зови меня… призрак.

— Хмм… Призрак. Так и быть. А мне я так понимаю не нужно представляться. — Хитро улыбался Лис.

— Нет.

— Это я, пожалуй, заберу с собой. Теперь он Кайрису не нужен. — Схватился за бутылку бренди Лис.

— Эй, Карно. — Окликнула я Лиса, когда тот уже схватил ногу Абрахама. Я достала из своего кармана конфету. — Передай это Каю. Кажется, это его любимые.

Я кинула конфету, которую Лис ловко поймал, проявившуюся в полете. И тут же его взгляд снова вернулся в мою сторону. Теперь все его веселье пропало. Он смотрел на меня подозрительным прищуром. Хмель вмиг исчезла, теперь он казался трезв.

Лис понял, что я знала о нем куда больше, чем он предполагал. Я знала его уязвимое место. А никому не нравится, когда знают его слабость.

Я ушла. Надо вернуть зелье обратно, пока его пропажу не обнаружили.

Глава 4. Эксперименты ученых

Не смотря не странную суету в штабе ученых, я смогла вернуть зелье обратно на полку к таким же его собратьям в микстурах. Будем надеяться, что оживление этих психов не из-за Лиса.

Кого я не ожидала здесь увидеть, так это второго наследника Мюррэя. Он и сопровождающий его ученый шли навстречу к невидимой мне. Я застыла, боясь шевельнуться и даже дышать, хотя и была на стадии полного исчезновения.

Я никак не могла отделаться от непонятного опасения при виде Анхэйма.

— Это потрясающий эффект! Мы даже не ожидали подобного! Все прошло намного лучше! — С озорным блеском в глазах лепетал ученый. — Как вы и предполагали, зелье усилило их животное начало! У некоторых можно наблюдать даже полную трансформацию!

— Как долго они могут находиться в животном состоянии? — Вопрошал у него безразличный голос Мюррэя.

— Ну пока не долго, но мы уверенны, что при должном усердии и постоянной практике, то время пребывания…

Они завернули за угол и их голоса стали едва слышны. Я все также стояла, словно статуя, и обдумывала их беседу.

Я не могу идти туда… Мне это вовсе не интересно! Это не мое дело!

Хоть я и твердила себе самой эти наставления, но ноги несли меня уже вслед за ученным и магом.

Мне пришлось пройти по коридору мимо комнаты той странной девочки, что видела меня, но в этот раз стеклянные, панорамные стены заключенной были затемнены. Я продолжила спускаться на нижний, жуткий этаж, где находились особо опасные эксперименты. Прошла сквозь железные, запертые двери во всю стену и оказалась в новом секторе, где, собственно, и делали свои грязные дела сотрудники этого заведения.

В этом месте, казалось бы, находилась половина всего штата. Но Анхэйма я заметила сразу. И именно оттуда доносился протяжный и душераздирающий вой.

В разных камерах можно было увидеть по одному подопытному, которых намеренно избивали и злили, дабы они сделали то, что необходимо ученым и магам.

Теперь становились ясны слова про животное начало. Вой издавал огромный белый волк с удивительно человеческими и ясными глазами. Он зло и с рычанием смотрел на стеклянную стену, за которой находились наблюдавшие за ним Мюррэй и другие ученые. В том числе и я.

Через секунду волк с воем стал корчиться и превращаться в человека. На это было страшно смотреть. Видно было, что превращение больно дается волку или человеку.

Человек предстал перед нами голым и со злющим настроением. До сих пор из него выходили рычащие звуки. А спутанные, длинные и белые волосы делали его воистину диким.

— Прошла всего минута. — Недовольно произнес Анхэйм.

— Да, но он новообращенный. Вот если обратите внимание на более ранний экземпляр, то поймете, что необходимо время и практика.

Нам показали камеру, в которой находилась железная стойка, словно вешалка для головного убора. На нем сидела большая птица. С черным и лоснящимся оперением.

Она сидела спокойно и практически недвижимо. Лишь золотые глаза двигались, рассматривая людей за стеклом.

— Сколько составляет его время пребывания в этой форме? — Анхэйм даже не смотрел на птицу. Все его внимание было обращено на записи в его руках.

— В таком он состоянии со вчерашнего утра. Орэйм самый спокойный экземпляр среди краонов. Мы думаем, что сущность животного откладывает отпечаток на характер экземпляров. В сущности, как и в жизни.

Я прошла дальше, рассматривая каждую камеру, и поражалась. Не все их эксперименты можно было назвать удачными.

Было больно и жутко смотреть на полулюдей и полуживотных. Их будто медленно и болезненно захватывала животная часть.

Среди них были: человек-рыба, человек-лошадь, девушка с крыльями, ребенок-обезьяна, старик-птица. Все они будто застыли на пути к превращению в полноценного