Искушение для грешника - Саша Кей

Марк — мечта, а не мужчина. Красивый, умный, высокий, воспитанный и перспективный. Он из хорошей семьи и нравится и мне, и мне моим близким.

Рядом с ним надежно и спокойно.

Так откуда мои сомнения?

Ведь уже сейчас, лежа под ним на диване, я не возражаю против продолжения. Да, без замирания сердца и дрожи в теле, но я уверена, что первый раз с Марком будет замечательным.

— Эля, — вздыхая жалобно, Марк берет себя в руки и останавливается, пока все не зашло слишком далеко. Он знает о моем твердом решении сохранить себя до свадьбы и уважает его.

Но, может, именно этого мне в нем и не хватает? Напора? Я хочу, чтоб он меня добился! Завоевал! Присвоил! Мне хочется чувствовать, что он меня хочет так сильно, что рациональности не остается места. А я досталась ему без всяких проблем. Тут как никогда уместна бесящая меня фраза. Я же девочка и хочу почувствовать себя одновременно и принцессой, и сводящей с ума роковой женщиной.

— Эль, — Марк стискивает меня в объятьях. — Выходи за меня, а?

— А почему ты хочешь на мне жениться? — спрашиваю его я. Это ведь, если задуматься, очень странная вещь: хотеть остаться с кем-то навсегда. И, в отличие от меня, у Марка есть опыт в серьезных отношениях. Он встречался с другими девушками до меня.

— Потому что ты особенная, — правильно понимает меня Марк. Мне не признания в любви нужны, а гарантии, что он не передумает и не предаст. — Так ты выйдешь?

Он кусает меня в шею, я хихикаю:

— А то что? — спрашиваю я. — Пойдешь к своей учительнице музыки?

— Ну, Роза Моисеевна! — давится смехом Марк. — Нет, если ты не согласишься, мне придется тебя соблазнить, а потом жениться, как положено честному человеку.

Я закатываю глаза:

— Что-то у тебя не клеится. Честные люди никого не соблазняют! Ай, не щекочись! Перестань! Ладно, так и быть. Чтоб учительше не достался такой сладкий пирожочек, я готова на жертвы.

Марк хохочет:

— Ну, вот. А ты спрашиваешь, почему я выбрал тебя!

— Чтобы я берегла твое целомудрие? — уточняю невинно.

— Целомудрие? — наигранно удивляется он. — Я не знаю, что это. Но сейчас я покажу тебе, на какие жертвы тебе действительно придется пойти.

— И лишения? — я подозреваю в Марке коварство.

В подтверждение моей догадки меня лишают права голоса, закрывая мне рот поцелуем.

— Так ты станешь моей женой, Эля? — Марк серьезно смотрит мне в глаза.

Все, смехуечки закончились. Я должна ему ответить сейчас.

Хочу ли я пробовать отношения еще с кем-то, чтобы в конце концов понять, что Марк был лучшим? Разве он станет хуже от того, что мне не с чем сравнить?

— Да, Марк. Я стану твоей женой.

— Ты не пожалеешь, — обещает он.

Так что сегодняшнее утро я встречаю официальной невестой, и почему-то это меня смущает. Заспанный Марк, появившийся на кухне выглядит умилительно, но у меня уже нет времени побыть с ним, пора бежать.

Павильоны для съемок дешевле арендовать в ночные и утренние часы, так что мне частенько приходится вставать на работу раньше всех в этом городе.

— Марк, — мнусь я. — Завтрак я не успела приготовить…

Он смотрит на меня с любопытством.

— Учитывая, что на моей памяти ты ни разу не завтракала, я этому не удивлен.

У меня вырывается вздох облегчения. Почему-то у меня гложет внутреннее ощущение, что Марк ждет, что я по мановению волшебной палочки превращусь в фею домашнего очага.

Чмокаю его в щеку и несусь на выход, ибо такси уже ждет.

Когда я уже сажусь в машину, меня настигает звонок дяди.

— Подкидыш, ты уже умчалась?

— Угу, мчу заре навстречу.

— Напоминаю, что сегодня к вам в «МедиаФэшн» приедет новая владелица.

Морщусь. Даже так? Раевский уже передает компанию своей подружке? А как же его «будешь моя»? Вот и верь после этого словам этих мужиков! Не то чтобы я на что-то рассчитывала, но показательно.

— Ты чего там фыркаешь? Я тебя прошу, не позорь меня и придержи свой язык. Это в твоих же интересах. Тебе дали шанс остаться на этой работе. Или ты уже забыла, почему у тебя остался только этот вариант?

— Помню я все. Не нуди!

— Тогда веди себя прилично, у тебя есть шанс получить выгодный проект. Вчера Раевский сказал, что им понадобится фотограф для рекламных материалов по балетной студии. Так что сделай все и получи эту работу. Если они останутся довольны, тебя не уволят.

Глава 7. Высокие отношения

— Черт! А я планировала сегодня на глаза новому руководству не показываться!

— Я уже отправил твое портфолио Олегу на электронку.

— Ну дядя!

Но дядя уже отключился.

Конечно, интересно посмотреть на эту Линду, которой целые фирмы дарят, но я действительно предпочла бы не маячить перед начальством. Опыт мой показывает, что от него лучше держаться подальше.

Помыкавшись на начальном этапе своей карьеры по свадьбам и корпоративам, я в свое время сделала два вывода.

Во-первых, постоянный поиск новых клиентов — это явно не мое, иначе я бы пошла в продажники. А во-вторых, бесконечное ретуширование пьяных лиц меня угнетает. «А можно мне глаза голубые прям как небо? И зубы белые-белые?» «А реально как-то стереть руку зама с моей задницы? Я доплачу!» Бр-р. Прям передергивает.

Ну и подалась я искать работодателя.

Первая фирмёшка, в которую я устроилась, была издыхающим под натиском соцсетей печатным изданием. Ее хозяин отчего-то решил, что, приняв на работу, он меня облагодетельствовал и ждал некоей благодарности. Увольнялась я со скандалом под звон его яиц. И нет, мне не было стыдно! Я искренне считаю, что к пятидесяти годам человек должен освоить простую устную речь и понимать слово «нет».

Вторым моим пристанищем стала более крупная компания, которую я выбрала просто потому, что ее владелицей была женщина. Прекрасная работа — съемки для интернет-каталогов одежды. Но мне опять не повезло. По каким-то причинам директриса решила, что я положила глаз на ее мужа-задохлика. Из этой компании я тоже уходила громко, зажав в руке клок блондинистых волос. Не терплю оскорблений и беспочвенных обвинений. Правда, директриса оказалась по-женски мстительной, и ославила меня на весь город. И я очень долго не могла никуда устроиться.

Со стороны может показаться, будто я склочная, но на самом деле я терплю до последнего, зато, когда забрало падает, для меня уже хоть трава не расти.

После второго увольнения дома состоялся семейный совет.

Папа, который временно присутствовал дома,