Если подарить свой пряник придурку - Джана Эштон

Потому что ни перед кем из конкурсантов не стоял Келлер Джеймс, выглядя как тарелка сникердудлов.

Если бы сникердудлы были чем-то сексуальным.

Вы понимаете, что я имею в виду. Ни у кого из них не было такого рода отвлечения.

Хотя однажды я видела один эпизод шоу «Разоблачение закусочной», в котором Келлер был судьей на полуфинале, а одной из участниц была пожилая леди из Портленда, и я не думаю, что в тот момент ее мысли были о внуках, а не о Келлере. Это все, что я хочу вам сказать.

Я понимаю тебя, Дорис из Портленда. Я прекрасно тебя понимаю.

Только вот мне придется постоянно быть рядом с ним, потому что наши столы расположены рядом друг с другом.

Келлер прислоняется к полке, на которой стоят стеклянные банки с патокой. Заметьте, патока стоит примерно на высоте его плеча. Мне приходится запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом, потому что по сравнению со мной он огромный.

— Привет, — мои разговорные навыки просто поражают.

— Ты так быстро убежала, я уже начал переживать, что меня подвело зрение, и на самом деле я тебя не видел.

Он произносит эти слова с улыбкой на губах и со своим британским акцентом, что является разрушительным для меня. Оба пункта. Я хочу ухватиться за каждое восхитительное слово, которое выходит из его рта с этим потрясающим акцентом. Ну, почему? Почему все звучит лучше, когда это произносит он?

— Я так рад, что ты здесь. Теперь все будет намного веселее, чем я ожидал.

Я моргаю.

Он звучит… игриво?

Но это не противно — игриво, а как будто он искренне рад меня видеть.

Все дело в его харизме, решаю я. Благодаря харизме, возникает уверенность в том, что, если бы вы встретили знаменитость в реальной жизни, вы бы стали отличными друзьями. И они посчитали бы вас забавными. И, возможно, что вы хороши в постели. Я хлопаю себя по лбу в отчаянной попытке вбить в себя хоть немного здравого смысла.

— Не могу поверить, что ты мой соперник. Это так несправедливо. — Я раздраженно вскидываю руки вверх. — Ух, прямо как в десятом классе, когда Мэтти Новак подружился со мной и попросил приготовить ему мятное печенье. Я думала, что нравлюсь ему, а он просто использовал меня, чтобы отдать его Джасинде Томас и пригласить на зимний бал.

— Каким образом, это то же самое? — Келлер ухмыляется в ответ на мою вспышку гнева, удивительно, но кажется ему весело.

— Так и есть!

— Джинджер, я бы никогда не попросил тебя приготовить мятное печенье для другой женщины, — со всей серьезностью заявляет Келлер. Его взгляд непроницаем, а вот губы дергаются и расплываются в улыбке.

— Ты ввел меня в заблуждение!

— Ничего подобного я не делал. Я понятия не имел, что ты тоже участвуешь в шоу. Ты сама спросила меня о том, приехал ли я сюда ради него. Ты ни разу не упомянула, что тоже участвуешь. Это ты ввела меня в заблуждение своим отвлекающим имбирным печеньем и в придачу чуть не спалила гостиницу.

— Потому что я думала, что ты специально приглашенный судья, а не соперник. — Я едва удерживаюсь, чтобы не добавить слово «дубина» в конце предложения. Не знаю, что на меня нашло. Обычно я не такая дерзкая, особенно на кануне Рождества.

— Значит, ты флиртовала со мной, потому что считала меня судьей? — Келлер приподнимает брови, его глаза игриво сужаются. — Ах ты, маленькая шалунья. — Его тон мягок, но слышится небольшое рычание в голосе. Я почти падаю в обморок у его ног. Нет, так не годится.

Нет. Этого не будет. Я должна сосредоточиться на игре, где главная задача выиграть пряничный конкурс, а не спутника на зимний бал. Все внимание на приз. Я не буду отвлекаться на этого высокого, темноволосого и красивого придурка.

Ладно, придурок громко сказано. Полагаю, все это время он был довольно дружелюбен со мной. Если только он действительно не пытается залезть в мою коробку с рецептами вместо моей… ну, вы понимаете. Высокий, смуглый и красивый… шакал.

— Я не флиртовала, это ты флиртовал. — Вот. Сейчас я ему покажу. Что мне двенадцать лет. Так держать, Джинджер.

— Ох, я определенно флиртовал, — легко соглашается он, и это снова сбивает меня с толку. Я ожидала, что он будет все отрицать. Ну, или хотя бы сделает вид, а не будет так смело соглашаться, и смотреть на меня таким взглядом, будто я девушка, которая создана для флирта.

— Почему?

— Потому что ты очаровательна.

Ну вот, очаровательна, как котенок или как младшая сестра. Очаровательно, что он такой дружелюбный и что он флиртует со мной не с намерением раздеть.

Но потом он подмигивает.

Очевидно, что я влюблена в него. Это как, влюбиться в совершенно незнакомого человека, но быть уверенной в том, что он твоя идеальная пара, основываясь на небольшом количестве времени, что вы провели вместе, и на наблюдениях за тем, как он завтракает во время своего шоу на кулинарном канале, пока в твоей голове танцуют видения вашего идеального будущего.

Но, что будет на самом деле? Если я поделюсь с ним рецептом своих пряников, что будет потом? Он, наверное, захочет попробовать мой миндальный пирог. Тогда он попросит стакан молока в придачу к тарелке с пирогом. И, естественно он захочет узнать, где я купила такие очаровательные тарелки с Сантой. А когда финал выйдет в эфир, он вернется к съемкам своего шоу «Завтрак, булочки и чай». А я всю оставшуюся жизнь буду в одиночестве бродить по Рейнди-Фолс, записывая «Миссис Келлер Джеймс» в блокнот. Я буду помнить его как великую почти любовь всей моей жизни, а он будет помнить меня как девушку, которая пекла отличные засахаренные имбирные печенья с морской солью и шоколадом.

Или, что еще хуже, он даже не вспомнит о моем печенье.

— Кроме того, если судить по печенью, которое я вчера пробовал, это мне нужно бояться, Джинджер, — на его лице появляется легкая усмешка, и, о боже, Келлер Джеймс только что похвалил мою выпечку, при этом флиртуя со мной. Я пытаюсь одновременно сглотнуть и вздохнуть, думая о том, что ему ответить, но, к счастью, звукооператор прерывает мои усилия.

Глава 3

— На старт, внимание, марш!

Я не шучу. Они действительно установили