Черный номер один - Мария Иванченко

— Лови, — Гилль кинула мне лук и колчан со стрелами. — Надеюсь, ты знаешь, как этим пользоваться.

— Не умею я! — воскликнула панически.

Пока мы бежали вниз по лестнице, Гилль впопыхах объясняла мне азы стрельбы из лука.

— Корпус должен быть повёрнут в сторону цели. Опусти лук к земле и приложи древко стрелы к гнезду тетивы. Придерживай тетиву тремя пальцами. Направь лук на цель. Взгляд должен быть устремлён прямо на врага, вдоль древка стрелы. Оттяни тетиву к лицу, прикрой один глаз, чтобы прицелиться, а затем отпусти тетиву. Чем сильнее ты натянешь тетиву, тем дальше полетит стрела.

— Ага, — выдохнула я. — Теперь я всё поняла.

Сарказм. Наверное, я тупая, но не смогла запомнить и половину её рекомендаций. Поняла только, что нужно целиться во врага, прежде чем стрелять.

Мы спустились пониже. Вдоль бойниц расположились ведьмы. Некоторые, как и я, сжимали в руках луки, другие держали посохи с хрустальным навершием, третьи разминали руки, четвёртые судорожно вцепились в амулеты. Я не стала даже задумываться о предназначении всех этих артефактов. Видимо, все из них — оружие.

Взглянув вниз, я увидела, что неподалёку от ворот расположились другие ведьмы, наспех облачённые в кожаные доспехи, напоминающие одеяния самураев. Их волосы вились по ветру, глаза глядели свирепо, и каждая из них сжимала в руке меч. Их взгляд был устремлён в сторону континента.

Я посмотрела на врага, и чуть не поперхнулась. Нам противостояли облачённые в куфии, бурнусы, держащие в руках кривые сабли мужчины, сидящие на… гигантских зелёных волках, с горбами, шипастыми хвостами и похожими на иглы клыками. Их предводитель, сидящий на самом крупном звере, протрубил в рог, и бессчётная волна мужчин захлестнула Башню. В моей голове послышались предостерегающие голоса, воздух взорвался алым, и я даже покачнулась от неожиданности.

Ведьмы с боевыми кличами ринулись на врагов. Началась безобразная резня. На каждую ведьму приходилось по четыре мужчины, и женщинам, вынужденным сражаться с превосходящими по силам противниками, пришлось отступить под тень Башни. Клинки в их руках разгорелись синими и зелёными огнями, и ведьмы начали крушить подбирающихся к ним врагов. Судя по всему, достаточно одной царапины, чтобы вывести мужчину из боя. Клинки оказались не просто ядовитыми: их до краёв наполняли злые чары.

И тогда бедуины кинули сети. Ведьмы путались в них, барахтались и пытались перерубить металлические звенья. Металл обжигал их плоть, оставляя окровавленные ожоги. Ведьмы истошно вопили, закрывая глаза от прикосновений железа, в то время как воины стягивали сети, закидывая трепыхающихся, как рыбы, ведьм на своих скакунов, перекидывая женщин поперёк седла.

Теперь настала наша очередь. Чтобы позволить раненым подругам отступить, лучницы вступили в бой. Не знаю, почему у ведьм настолько не отлажена система защиты. Наверное, они привыкли во всём полагаться на чары, а также суеверный страх людей перед «наложницами дьявола». Ввысь взметнулись стрелы, по параболической траектории осыпав наших врагов. Я бы, конечно, начала с луков, прежде чем вступать в рукопашную.

Стрелы пронзали врагов, словно молнии громовержца. Я тоже стреляла, но только промазала несколько раз. Какая я бесполезная.

Затем в битву вступили чародейки, кастуя проклятья на завоевателей. Воины загорались, покрывались льдом, плавились и рассыпались прахом.

— Берна да, берна да! — закричал их предводитель, и всадники отступили, развернулись, и бессчётные войска вскоре исчезли за горизонтом.

Ведьмы устало опустились на ступени. Похоже, магия отнимает много сил.

Гилль и вовсе начала заваливаться на бок. Я вновь подхватила её, чуть не упав со ступеней.

— Так вот, — продолжила она читать свою лекцию, как ни в чём не бывало. — В совете Ковена всего шесть ведьм, каждая из которых следует своим путём: Огонь, Земля, Вода, Воздух, Свет и Тьма. Самая сильная из нас, всебесцветная — это наша Богиня, она же повелительница Истинной Луны. Ты должна объединить нас, в том числе другие общины и гротто. Иначе нам конец. Ф’хтагн поглотит всё сущее.

— Но что будет, если я не справлюсь?

— Тогда мы обречены, все миры обречены, — мрачно произнесла Гилль. — Только тебе по силам отыскать лунную Богиню и вернуть к нам. Лишь она одна может одолеть хтонь. Таков путь.

— Где же Богиня сейчас?

На лицо Гилль будто набежало тёмное облако.

— Мы потеряли её. Последней её видела в битве при Ракку старейшина Энки-ду. Тогда провидица ослепла от сияния Богини, после чего предрекла твоё появление, аннэа.

— Ты хочешь сказать, что я — избранная?

— Нет. Я хочу сказать, что только ты знаешь, где находится Богиня. Но ты забыла всё. Мы здесь, чтобы напомнить тебе о твоём долге. Ты здесь, чтобы спасти Ковен Вереска от вымирания. У нас много врагов. В том числе бедуины. Они верят, что кровь ведьм делает их сильнее. Поэтому держат нас у себя, как дойных коров.

— А на самом деле?..

— А на самом деле в нас течёт совершенно обычная, людская кровь. Мы не порождения ни ангелов, ни демонов. Мы просто те, в ком пробудилась Сила. Мы те, кто следует путям. Мы — хранительницы этого мира, призванные одолеть хаос.

Как пафосно, однако. И что теперь я должна делать? Я не чувствую Силу в себе. Тем более, что мидихлорианов в крови у ведьм нет. Значит ли это, что я могу оказаться бесполезной? Точно ли я та самая аннэа, что они ожидают много веков? Груз ответственности, свалившийся на меня, оказался слишком тяжёл для моих плеч. Я даже как-то поникла вся.

— Не беспокойся, ты справишься, — хлопнула по плечу Гилль. — А если не справишься, то миру конец.

Она подмигнула мне. Вот это, блин, мотивация. Кажется, я здесь умру. А ведь мне просто хочется вернуться домой… К чёрту всю эту магию. Буду искать пути обратно. Никакая я не избранная.

* * *

Гилль проводила меня в опочивальню, которую я не успела толком разглядеть, потому что сразу же завалилась спать, голышом, стянув насквозь провонявшую потом и водорослями пижаму.

Ночью я видела тревожные сны. Я вновь гуляла по лабиринтам библиотеки. Сверху светило кровавое солнце. Говорят, что кровавое солнце — это к большой битве. Но схватка уже состоялась, поэтому знак теперь излишен.

Проведя рукой по прозрачному полу, под которым плавали карпы-кои, оранжевые, белые, в крапинку, красные и практически чёрные, я обнаружила следы крови. Она уже запеклась, поэтому потеряла яркость, став коричневатой. Поднеся руку к носу, я зачем-то понюхала. Разумеется, я