Ночная Фурия: первый акт - Аврора Белль

— Святое дерьмо…

Я хихикаю, и он кричит:

— Тащи свою задницу сюда! Тебя не было слишком долго.

Я спускаюсь вниз к Кларку, его кодовое имя — Поток Данных, проворный компьютерный мастер. Выше меня, но не очень, он был моей первой любовью. Его каштановые волосы сейчас достаточно длинные, чтобы заправить их за ухо, а голубые глаза теплые и доброжелательные.

Щетина заставляет его выглядеть более мужественным, чем может быть позволено компьютерному чудику.

Из-за этих размышлений мое лицо становится ярко-красным, когда я приближаюсь. Я очень давно его не видела.

Улыбаюсь ему, мое сердце екает. Я крепко сжимаю руки. Внезапно нервничаю:

— Привет, Кларк.

Нежно улыбаясь, он медленно подходит, словно испуганное животное. Он открывает руки, и, не раздумывая, я ступаю в его объятия. Он крепко обнимает меня, я закрываю глаза и вдыхаю острый цитрусовый аромат на его воротнике. Я и забыла, как это, когда тебя обнимает мужчина.

Больше не нервничаю, но начинает кружиться голова, и я выдыхаю в его плечо:

— Привет.

Его щетина щекочет мой лоб, когда он целует его:

— Скучал по тебе, Кэт!

— Я тоже скучала по тебе.

Кларк был отличным другом, прежде чем меня отстранили от программы. Несколько лет назад мы вместе проводили время, прежде… ну просто… прежде.

Кто-то откашливается, рассеивая чары, под которыми я находилась.

Я осторожно отстраняюсь от Кларка и поворачиваюсь к усмехающейся Френки и смотрящему с любопытством новому парню. Его глаза ищут мои за секунду до того, как он маскирует свое любопытство и делает шаг ближе, протягивая руку:

— Я собираюсь рискнуть и предположить, что ты Катарина.

Я на мгновение ошеломлена.

Застывая на своем месте перед Кларком, я, насупившись, смотрю на нового парня.

Выше Кларка, но ниже Боба, его выправка кричит о том, что он военный, ноги, немного расставлены, суровая внешность. Его тело выглядит так, что я чувствую себя маленькой рядом с ним. Растрепанные светло-русые волосы и зеленые глаза, которые наблюдают за мной, как будто я могу удрать в любую секунду.

Этого не случится.

Моя рука проскальзывает в его руку, и я тихо спрашиваю:

— Как ты узнал это?

Он ухмыляется:

— Я знаю о тебе все.

Вот это да!

Аккуратно выпуская мою руку, он откашливается, перекрещивает руки на груди и выдает информацию, будто компьютер:

— Катарина Уайт. 18 лет, 170 см, 63…

Я фыркаю и смотрю на него. Он ухмыляется и продолжает:

— Я имел в виду, 59 кг…

Он рассматривает мое тело под моей повседневной одеждой:

— …Конечно. Черные волосы по плечи. Светло-карие глаза. Родинка в форме голубя на внутренней части левого бедра.

Мое лицо краснеет, но он игнорирует это и продолжает:

— Обучалась лучшим из лучших. Черный пояс — E1 — по крав-мага. Имеет высокую квалификацию в «Эскриме»[1]. Оружие, с которым ты работаешь лучше всего — бастон[2] и ларго мано янток[3]. Отличилась в фехтовании. А также хорошо натренирована в боевых искусствах без применения оружия, а именно, самбо. Эксперт в борьбе с мечами и кинжалами, ты предпочитаешь меч. Рукоять из слоновой кости, 24-дюймовый меч катана, который ты нежно называешь Конеко, что означает «котенок».

Он кокетливо улыбается мне, и прежде чем улыбка исчезает, тихо продолжает:

— Твоя первая работа не была выполнена успешно. Цель: Джеймс…

Я перебиваю его и раздраженно говорю:

— Я в курсе. Спасибо.

Убираю шпильки, прикрепляющие мое покрывало, вытаскивая их одну за другой. Когда мои волосы свободны, я спрашиваю:

— Кто ты?

— Я Марко. Кодовое имя Огнемет. Здесь год.

Я ухмыляюсь:

— Огнемет?

Кларк кладет руку мне на плечи, наклоняется к уху и весело говорит:

— Потому что он может сжечь любой брандмауэр, поставленный перед ним.

Он мечтательно вздыхает.

— Он великолепен.

Отлично. Моя старая любовь дружит крепкой мужской дружбой с мудаком.

Марко разглядывает мое порозовевшее лицо, прежде чем ухмыльнуться, зная, что смутил меня.

— Прекрасно. Надеюсь, сработаемся с тобой.

Я нагло лгу.

Глава 5

Я весь день готовилась к вечеру. Думала, что буду работать с моим старым другом Кларком, но вместо этого попала, мягко говоря, в неудобную ситуацию, когда меня поставили в пару с Марко, и он доставит меня к сегодняшней цели.

Френки и Кларк идут к самой дальней доске, где Кларк неистово начинает что-то объяснять. Френки кивает, когда он говорит, и я знаю, что они обсуждают предстоящие дела.

Чувствуя себя немного неловко, я обнимаю сама себя, и жду Марко, чтобы он проинструктировал меня. Он смотрит на меня.

Я смотрю на него в ответ, не отводя взгляда. Он усмехается.

Я — нет.

Он указывает подбородком на второй офисный стул за его столом:

— Эй, сажай свою задницу.

Это выводит меня из себя:

— Знаешь, мог бы любезнее предложить.

Его усмешка превращается в ухмылку. И я не могу не заметить, что он чрезвычайно привлекательный. Это также заставляет меня хотеть показать ему, как хорошо я натренирована, подарив ему сломанную руку.

Марко удивляет меня, когда встает, подходит к стулу прямо за мной и ждет, когда я присяду. Я секунду жду… Это может быть подстава.

Когда он не отходит, чтобы отправить меня приземлиться задницей на пол и показывает неожиданное терпение, я сажусь. Он осторожно придвигает мой стул, садится рядом со мной и заявляет:

— Я могу быть джентльменом.

Стыд сдавливает грудь. Кажется, я недооценила его. Его улыбка ослепляет меня.

— Просто я решил им не быть.

Нет. Я точно угадала, что он самоуверенный подонок.

Я закатила глаза, и он захохотал, низко и грубо. Звук ласкает меня, информируя, что этот мужчина опасен больше, чем кажется. Я спрашиваю:

— Итак, ты бывший военный, да?

Он перестает стучать по клавиатуре, коротко кивает и отвечает:

— Да, мэм. Военный.

— Как попал на эту работу?

Он разражается хохотом:

— Вообще не представляю. Боб пришел ко мне домой однажды, одетый, как отец Роберт и сказал, что хочет кое о чем поговорить со мной.

Он поворачивается лицом ко мне и продолжает с нежной улыбкой:

— Мужчина мог бы продавать лед эскимосам. На следующий день я приехал в «Мираж». И больше не уезжал.

— Я думаю, мне интересно, как ты закончил в этой части всего разнообразия. Ты выглядишь, как человек, который может постоять за себя. Я уверена, ты прежде сражался.

Мое заявление явно ставит Марко в неудобное положение. Его тело напрягается, так же, как и черты лица:

— Дорогая, я видел больше, чем львиная доля моих сражений. Я думаю,