Розовый космос Розы - Ада Николаева

— Конечно, — усмехнулся парень. — Вам на два этажа ниже, лифт в той стороне, — он рукой указал направление.

— Спасибо, — улыбнулась в ответ и двинулась к подъёмнику.

Лифт привёз меня на этаж, который выглядел пока самым оживлённым местом из всех, где успела побывать. Здесь не было коридоров, весь этаж сам по себе являлся огромной столовой с множеством столиков, линий раздачи и тремя буфетами. Пройдя мимо группы офицеров, чья синяя форма сливалась с голубизной стен, я отыскала стойку с подносами и встала в конце очереди на ближайшую линию раздачи. Я не знала, что сегодня в меню, но надеялась на фруктовое желе и шоколадный пудинг. Увы, в ассортименте имелось пять гарниров, столько же видов мяса и два крем-супа, но ничего из десертов. Как оказалось, за сладостями надо идти в буфет, но в какой именно работница не уточнила.

Женщина на раздаче выглядела раздражённой и взмыленной, так что я не стала утомлять её вопросами, решив самостоятельно отыскать то, что мне нужно. Мотаясь в разные стороны с подносом в руках, я всё-таки нашла конец очереди в один из буфетов, чем-то напоминающий земной фуд-корт, с той разницей, что здесь не имелось вменяемой вывески с меню. Предполагалось, что члены экипажа и так знают его наизусть, а новички как-нибудь разберутся со временем.

Пока очередь медленно продвигалась вперёд, заметила у стены Нирона, беседующего с капитанской помощницей. Девушка покраснела, склонила набок голову и принялась наматывать на палец длинные каштановые локоны, вместе с тем закусив нижнюю губу.

«Да она запала на него!» — хмыкнула, прислушавшись к разговору моего ментора с очередной жертвой, павшей от красоты дафианина.

Разобрать их голоса в шумном помещении оказалось непросто, но кое-что я всё же расслышала:

— Как приятно видеть в числе нашего экипажа столь опытного пилота, — пропела девушка, а у меня машинально закатились глаза.

— Благодарю, — сухо ответил Нирон. — Если это всё, то я бы хотел откланяться.

— Чуть не забыла! — спохватилась она. — На главный компьютер поступил сигнал о запросе доступа на открытие пусковых шлюзов под номерами девять и десять. В моих данных сказано, что они закреплены за лейтенантом Нироном Креосом и его ученицей Розой Росс. Вы запрашивали вчера доступ на вылет?

— Запрашивал.

— Но у меня нет никаких данных о появлении смока, — девушка принялась перепроверять данные в планшете.

— Угрозы не было, — пояснил парень, чем вызвал у неё на лице лёгкое недоумение. — Я проводил аттестацию навыков пилотирования кадета Росс.

— И как? — девушка опять принялась кокетничать, не желая отпускать Нирона.

— Вполне удовлетворительно.

«Ха! А я что говорила? Теперь убедился?» — порадовалась про себя, продвинувшись дальше в очереди, из-за чего стало хуже слышно.

— Но есть проблемы с дисциплиной и субординацией, — вдруг добавил парень. — Этот недостаток образования моей подопечной ещё требует устранения.

«Эй, а это что значит?!» — возмутилась я, приблизившись к буфетной стойке. Больше ничего услышать не удалось.

Набрав целую гору вкусностей, правда без шоколадного пудинга, который закончился, я нашла себе укромное местечко в углу и уселась за маленький двухместный столик. Поставила на столешницу поднос с добычей и принялась за распаковку лотка незиранских лунных пирожных. Я с детства не ела инопланетных сладостей, но помнила, что очень их любила. К десертам с других планет стоит подходить осторожно, не везде предпочтения жителей совпадают со вкусами землян, однако на крейсере с преимущественно человеческим экипажем подавалось в основном то, что было съедобно нашему виду. И понемногу всего остального, пригодного в употребление отдельным расам. Те же крекеры с каменной крошкой находились на отдельной витрине и продавались исключительно для представителей расы Малланиан. За другим же стеклом имелись санторианские фруктовые пончики — звучит аппетита, но по вкусу они напоминают скорее горькие таблетки, нежели лакомство. Вот такие необычные предпочтения в десертах у Санториан.

Я же взяла только то, что находилось на общем прилавке, и по вкусу чего соскучилась с детства. От первого пирожного у меня аж глаза закрылись, а из жующего рта вырвался тихий стон удовольствия:

— М-м…

Однако когда я распахнула глаза, то увидела перед собой Нирона, нависнувшего над моим столиком.

— Доброе утро, Роза, — сухо поздоровался парень.

— Какой приятный сюрприз, — не удержалась от сарказма в голосе. — Чего надобно?

— Чтобы ты выбросила всю эту гадостью со своего подноса в утилизатор, — он рукой обвёл набранные мною в буфете сладости.

— И не подумаю! — возразила, искренне удивившись такой наглости.

— Это приказ, кадет Росс. — Тон Нирона стал строже. — Это недопустимая для первого приёма пищи еда. Я бы даже сказал — просто недопустимая.

— При всём моём уважении, но какое тебе вообще дело до того, что я ем? — без капли уважения огрызнулась я. — У самого-то даже прыщ на носу вскочить от сахара не может!

— Внутреннее здоровье важнее того, что снаружи, подумай над этим.

«Сказал тот, кто и снаружи идеален, лицемер», — фыркнула, произнеся вслух:

— Как бы там ни было, это не ваша забота, господин ментор, — я специально обратилась к нему на «вы», начав распаковывать второе пирожное. — Так что прошу вас оставить меня в покое.

Долго не думая, Нирон выхватил у меня из рук лакомство, которое я подносила к открытому рту, и зашвырнул в ближайшую от нас урну. Первым делом я отметила его меткое попадание с расстояния в три метра, а следом возмутилась:

— Ты что себе позволяешь?!

Парень не ответил, молча взял мой поднос и смёл его содержимое в тот же утилизатор.

— Обалдел?! — я вскочила на ноги, скрестив на груди руки.

— Я принесу тебе нормальный завтрак, — спокойно и даже дружелюбно сообщил Нирон.

— Вот сам его и ешь! — прорычала, гневно зашагав в сторону лифта.

Не передать словами, насколько я была зла, когда поднималась на жилой этаж. Если бы я ещё хоть секунду посмотрела на эту самодовольную бледную физиономию, клянусь, швырнула бы в неё подносом!

«Учить меня вздумал! — внутри я закипала. — Да кто он такой, чтобы решать, чем мне питаться? Некоторых индивидов нельзя допускать до командирских должностей. Власть их развращает, а страдают потом подчинённые!»

Путь до каюты преодолела в два раза быстрее, чем от неё же до столовой: злость придавала ногам скорости. Я залетела к себе в комнату и плюхнулась на койку, желудок всё ещё урчал от голода, так что я носиком ботинка подцепила выглядывающую из-под кровати шлейку спортивной сумки. В боковом кармане были припасены любимые земные сладости: молочный шоколад, желатиновые червячки и вишнёвые