Леди никогда не лжет - Джулиана Грей

Александра понимала, что после ужина ей следовало бы уйти в свои комнаты. Мужчины явно ожидали, что она отправится вместе с Лилибет и Абигайль наверх укладывать в постель зевающего малыша. Английские женщины всегда поступают так — оставляют мужчин наслаждаться бренди, сигарами и разговорами о политике. Это правило не меняется даже в маленькой придорожной гостинице, затерянной в итальянском захолустье.

Но сегодня она этого не сделала.

Ей всегда хотелось остаться и поговорить о политике. Только приличия не позволяли. Но теперь она вдова, находится вдали от английских гостиных, да и граппа готова к употреблению. И что еще важнее, с аппетитом поглощая внушительную порцию жареного тосканского гуся, Абигайль все же поведала ей, что она обнаружила в конюшне. Александра сразу вспомнила, чем, как говорили знающие люди, сейчас занимается мистер Финеас Берк, во что он решил вложить свой блестящий ум. И капитал тоже.

Экипаж без лошади.

Все-таки ей послал этого человека Бог.

Поэтому после окончания ужина она осталась на месте, и когда юбки Лилибет, прошуршав по лестнице, скрылись на втором этаже, повернулась к мистеру Берку и спросила с дерзкой улыбкой:

— Скажите, мистер Берк, что привело вас в эту глушь? Я знаю, что Уоллингфорд и Пенхоллоу способны на всякие крайности, но вы кажетесь человеком сдержанным и рациональным.

Берк устремил на свою собеседницу внимательный взгляд, и Александре показалось, что он без труда проникает в ее мозг и душу, читает мысли, понимает чувства.

— Возможно, я могу задать вам такой же вопрос, леди Морли?

— О нет, ни в коем случае. Нам, леди, позволено иметь свои маленькие секреты. Такова привилегия нашего пола, — начала протестовать Александра, заставляя себя смотреть на собеседника прямо и твердо, хотя отвести глаза очень хотелось. — А вы, мужчины, наоборот, должны рассказывать все, что у вас на уме. Абсолютно все. Ну же, говорите. Мне не терпится услышать вашу историю. Путешествие по Европе? Поиски утраченного полотна эпохи Ренессанса? Или Уоллингфорд решил жениться на итальянской графине с ребенком?

— Я оскорблен, — подал голос герцог. — Вы считаете меня способным на подобное безрассудство?

Александра с облегчением перевела взгляд на Уоллингфорда. Многие женщины считали его устрашающим, но она уже давно поняла, что в этом крупном мужчине нет абсолютно ничего пугающего. Стоило ей узнать его получше, как он стал казаться ей мягким и чертовски привлекательным.

Она откинулась на спинку стула, задумчиво вертя в руках кружку с остатками вина. Почему-то в ее кружку попал только мутный осадок. Вино было резким и очень терпким, имело вкус дерева, но Александра продолжала цедить его по каплям, чтобы иметь повод оставаться за столом.

— О вас так много говорят, Уоллингфорд. Не знаешь, чему верить.

— Уверяю вас, леди Морли, в нашей поездке нет абсолютно ничего интересного. Очередной этап обучения, ничего больше.

Она рассмеялась.

— Обучение? Какой вздор. Я могла бы в это поверить, если бы речь шла только о мистере Берке. Но вы двое? — Ее взгляд скользнул по все еще не вышедшему из ступора лорду Роуленду. — Что же вы изучаете в настоящее время, ваша светлость? Вист? Или, быть может, римские оргии?

— Конечно, нет, — возразил Уоллингфорд и стряхнул пылинку с рукава. — Если бы мы планировали оргию, леди Морли, то непременно пригласили бы вас принять участие.

Александра почувствовала, как лицо заливает жаркая волна, и мысленно выругалась. Она считала, что лишилась способности краснеть, пусть даже при таком резком и несправедливом ударе.

— Ради бога, Уоллингфорд, думай, что говоришь, — прошипел мистер Берк и со стуком поставил свой стакан на стол.

— Да, это было грубо, брат, — вяло заметил лорд Роуленд, все это время пребывавший в глубокой задумчивости.

Герцог безразлично пожал плечами:

— Мои извинения.

Александра сделала попытку взять себя в руки:

— Вам не удастся убедить меня, что ваша поездка носит чисто академический характер. В Лондоне о вас ходит столько слухов…

— Все это правда, чистая правда.

Она подалась вперед:

— По-вашему, я должна поверить, что вы отказались от разгульного образа жизни, который вели последние десять — двенадцать лет, и занялись изучением философии? Здесь, в Италии?

— Возможно, это звучит несколько неправдоподобно, — не стал спорить Уоллингфорд, — однако это правда.

Вмешался мистер Берк. Его голос был низким и уверенным.

— Мы разработали очень жесткое расписание теоретических и практических занятий, в котором нет места порокам столичной жизни.

Александра окинула задумчивым взглядом сначала одного мужчину, затем другого. Какие же они разные! Один угрюмый и циничный, другой ловкий и проницательный.

— Полагаю, ваша поездка как-то связана с выставкой двигателей в Риме этим летом? Кажется, вы сейчас этим занимаетесь, мистер Берк?