Верните, где взяли, или Попаданка для дракона - Лана Морриган

Я опустила взгляд на самые обычные черные спортивные легинсы и майку, а потом осмотрелась по сторонам. Ну да, я точно не вписывалась в местное население. Женщины носили длинные юбки с белыми передниками и закрытые блузы. А тут я. На меня поглядывали, перешептывались. Не очень приятное чувство.

– А вы мне хотели помочь с тросом, – напомнила я.

– Обещал-обещал. Идем, – он махнул в воздухе ладонью-лопатой. – Женушка моя матушку поехала навещать, да приберет ее Богиня земля по-скорому. Никакого терпения уже нет на эту гнусавую лосиху, – Шуп с удовольствием жаловался на тещу, не забывая при этом открыть кузню и углубиться в полумрак помещения в поисках какого-то инструмента. – Мы с женушкой уже сорок лет живем вместе, а это старая матрасина никак не успокоится. А вот же они, – он повернулся ко мне, держа в руках огромные ножницы.

– Никогда таких не видела, – призналась я, трусливо отступая. Да при желании ими голову можно чик! И все…

– Так больше ни у кого таких и нет. Это я выковал, когда надо было драконьи сети резать.

– Драконьи? – переспросила я.

Ну что за напасть с этими драконами. А может, это слово в Дюдях означает что-то другое. И у меня просто трудности перевода со староверского на современный русский?

– Угу. Было дело. Нашли мы как-то молодого дракона в сетях…

– Извините, – перебила я, пока мужчина не наговорил других странностей, и спросила: – А драконы – это такие животные огромные, с крыльями, хвостом, лапами, жуткими мордами и летают?

– Чего? – спросил Шуп и расхохотался. – Нет, конечно.

– Фух, вы меня успокоили. Аж от сердца отлегло, – пробормотала я, поворачиваясь так, чтобы он смог срезать с меня снаряжение. – Я так испугалась!

– Скажешь тоже, животные. Они разумная раса, – припечатал Шуп, с легкостью освобождая меня от троса. – А ты откудова такая, а, Стася? Как же можно не знать о том, кто тобой правит?

– Я?..

И что мне сейчас нужно ответить?

– Из-за воды прибыла?

– А?

– Большую воду пересекла? – уточнил он, недоверчиво сощурив глаза.

– Да! – ответила я без раздумий.

Большая вода – это же типа моря, океана, да?

– Во-о-о! – у Шупа аж глаза округлились. – Ты только никому об этом не говори. Говори, что приехала с краю гор. Так безопаснее будет. У нас хоть деревня и хорошая, но перед тайной канцелярией тоже любят выслужиться. А в подземелье разбираться не будут. Вшить – и голова с плеч.

Я мало что поняла, но вот поговорку вспомнила: молчание – золото!

Глава 6. Тот самый день

– Угу, буду говорить, что из-за гор, – пообещала я Шупу, прислушиваясь к его наставлениям.

– Это правильно, девчоночка. Нужно меньше к себе внимания привлекать, если ты, конечно, не девица на выданье, – захохотал он, щелкая огромными ножницами. – Или на выданье? – переспросил серьезно.

– Да нет, – я неопределенно пожала плечами. – Не то чтобы я торопилась замуж, но и не против браков. Тут же главное – найти своего человека.

– Это ты правильно говоришь. Очень правильно. Точно из знатных. Как бы проблем от тебя ни было, – он покачал головой.

– Не будет, – пообещала я. Меня здесь точно никто не знает.

Мужичок тяжело вздохнул.

– Ох-ох-ох. Доброта сведет меня в могилу. Отставь ножку, девчоночка, – попросил Шуп, и его лицо из ржаво-рыжего окрасилось в бордовый. – Слышала бы меня сейчас моя женушка, эх, скалкой бы меня отходила! – засмущался еще сильнее. – Ну все, снимай, – попросил, клацнув гигантскими ножницами в последний раз. – А что это за веревка такая диковинная? – он увлекся изучением троса.

– Честно говоря, я и сама не знаю. Трос.

– Вот бы нам такую. Я бы прыгунки детям сделал на площади. Вот радости у мелкотни будет. Эх, люблю детей. Сын-то уже давно вырос.

– Так берите, – сказала я. – Мне она совершенно не нужна.

– Точно? – Шуп прищурил один глаз и уставился на меня.

– Конечно.

– Вот спасибо, девчоночка. Так я вот завтра же и начну заниматься. Я такой веревки никогда не видал.

– Лучше бы и я не видела, – проворчала я. – Извините, Шуп, а можно у вас воды попросить? С утра ничего не пила, не считая, когда нахлебалась в озере.

– Да, конечно. Может, и перекусить хочешь? – мужичок оживился, любовно поглядывая на свое новое приобретение.

– Нет, только пить.

– Понял, жди. Сейчас освежимся, и я тебя отведу на площадь.

– Зачем? – спросила я с подозрением. Слова про тайную канцелярию еще были свежи в памяти.

– Тебе ж связь нужна была? А только там у нас связь и есть.

– А-а-а, – я понимающе протянула. – У нас тоже не везде вышки стоят и связь плохая, – я поделилась бедами родного городка.

Пока Шуп скрылся за массивной деревянной дверью и гремел, судя по звукам, посудой, я осмотрела кузницу. Обыкновенная такая кузница. Насколько я могла судить о ней по фильмам и книгам. Печь огромная, молоты неподъемные, один из них я даже попыталась сдвинуть с места.

– Держи, девчоночка. Холодненькая. М-м-м, хороша.

– А что это? – спросила я, принюхиваясь к содержимому глиняной кружки.

– Бражка.

То, что бражка была хороша, я определила по пене на усах Шупа и довольной улыбке.

– Да пей, не бойся. Ребятишек таким поим.

– М, квас, – ответила я, сделав глоток. Чуть сладкий и ядреный, как говорила моя бабуля. Я с жадностью выпила все до капли и вытерла проступившие на глазах слезы.

– Во, даешь, девчоночка, так даже моя женушка не могет!

– Очень пить хотела.

– А то и видно. Ну пойдем, весточку твоим отправим, что жива-здорова.

– Да, пойдемте. А… – я притормозила у двери. – А ничего не будет, если я вот в такой вот одежде пойду? – уточнила я на всякий случай. Мало ли какие правила у этих староверов.

Шуп отмахнулся ладонью.

– Боги с тобой. Сегодня тот самый день! –