Санта Байкер - Никки Лэндис

Диабло открыл дверь со стороны водителя и скользнул внутрь, крутанув ручку, чтобы увеличить обогрев, как и обещал. Все еще дрожа, я случайно взглянула в его сторону, пока он наблюдал за мной своими темно-карими глазами, почти обсидиановыми в темноте и слишком проницательными.

— Ты когда-нибудь видела этот грузовик раньше? — Спросил он, оценивая мою реакцию.

— Нет. По крайней мере, я так не думаю. Чертов дальний свет бил мне в глаза. Трудно сказать.

Он кивнул, обдумывая это.

— А как насчет водителя? Он был один? Ты узнала кого-нибудь?

— Все, что я увидела, это черную маску на лице водителя, когда он умчался. Я даже не смогла разобрать цвет грузовика. Мои глаза все еще привыкают после того, как этот мудак ослепил меня. — Моргнув, чтобы доказать свою правоту, я внезапно вспомнила, что мои дети дома одни, и вытащила телефон, нажав на номер своего сына Рэва.

— Мама! Где ты? — Спросил он, отвечая, и его голос прозвучал немного взволнованно. — Уже почти полночь!

— Прости, милый. Моя машина снова сломалась. Я скоро буду дома. Я обещаю. Где Лив?

— Она спит с 9:30.

— Ты не устал?

— Не-а, — Солгал он, зевая.

— Я буду дома меньше, чем через тридцать минут, — пообещала я, когда Диабло выехал на шоссе и направился в сторону Тонопы. — Люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, мама.

Я откинулась назад, внезапно обессилев, когда звонок закончился, и Рэв повесил трубку.

— Джина. На том грузовике не было номерного знака. Я не могу отследить его. Ты уверена, что никогда раньше его нигде не видела?

— Нет, — призналась я со вздохом.

— За тобой никто не следит?

— Нет, — ответила я с некоторым настроем. — Прости. Я немного на взводе.

Он кивнул, крепче сжимая руль.

— Я понимаю.

Последовало молчание, и напряжение постепенно спадало. Мои глаза затрепетали, когда я уставилась в темноту за стеклом. Сегодня так много звезд.

— Джина.

Глубокое рокочущее упоминание Диабло моего имени вернуло мой разум к осознанности.

— Мы на месте.

Внедорожник припарковался на моей подъездной дорожке, а я моргала, прогоняя сон с глаз.

— О, прости. Я проспала всю дорогу.

— Так и было, — подтвердил он с легким смешком. — Ты даже похрапывала всю дорогу.

— Я не храплю, — высокомерно возразила я. — Ты, должно быть, бредишь.

В его темных глазах была смесь юмора, беспокойства и неоспоримой привлекательности, когда они скользнули по моему телу, а затем вернулись к моему лицу.

— Во мне много всего, дорогая, но бред не входит в их число. — Его слова обдали меня теплом и густой сладостью меда.

— Диабло, — прошептала я, захваченная моментом, когда мы наклонились ближе. — Ты байкер. — Я хотела поднять себе настроение и в то же время придерживаться своего мнения. Я не была одной из его клубных девушек, а он не был обычным парнем. Мы можем вращаться в одном кругу, но мы не можем быть более разными.

Улыбка тронула уголки его полных, чувственных губ, когда он обдумывал мои слова.

— Держу пари, так и есть. Королевский ублюдок. Подлый ублюдок. Безжалостный ублюдок. Выбирай сама.

— Я не думаю, что это хорошая идея ограничивать тебя только одним, — подразнила я.

— Нет, лучше не надо, — пробормотал он, сокращая расстояние, между нами. — Могу быть разным, для тебя если бы ты захотела, — признался он, поднимая руку, чтобы провести костяшками пальцев по моему лицу.

— Серьезно? — О, это была такая плохая идея. О чем, черт возьми, я думала?

— Гребаный ублюдок. Покровительствующий ублюдок. Заставь-свои-колени-дрожать-от-удовольствия, ублюдок. Список можно продолжать и дальше.

Сонная, дезориентированная часть моего мозга впитывала его слова, как губка, и не позволила фильтру в моем мозгу остановить мои следующие слова, когда они слетали с моего языка.

— Замени-мой-вибратор-потому-что-он-может-делать-это-лучше, ублюдок.

Озорная улыбка растянула его рот в самую восхитительную ухмылку.

— Дорогая, игрушкам не место в твоей постели, когда я в ней. Ни один член на батарейках никогда не доставит тебе такого удовольствия, как я.

Этого было достаточно, чтобы мои глаза закрылись, а с губ сорвался тихий всхлип. Черт. Мне определенно нужен мужчина в моей жизни. Тот, который может унять мой зуд. От которого у меня трясутся бедра и болит киска. Я хочу раствориться в страсти и забыть жестокость этого мира на один эгоистичный момент в своей жизни.

Все эти чувства были подавлены, когда я услышала голос своего сына, зовущий меня.

— Мама?

Мои глаза в панике распахнулись, и Диабло откинулся назад, в его глазах было что-то похожее на сожаление.

— Спасибо, что подвез.

— В любое время.

Я открыла дверь и выскользнула из внедорожника, хлопнув дверью, даже не взглянув в его сторону, побежала к своему сыну. Он обнял меня за талию, я поцеловала его в макушку и обняла в ответ. Фары все еще были направлены в нашу сторону.

Я не была уверена, почему Диабло ждал, пока я не окажусь внутри, прежде чем медленно выехать задним ходом с подъездной дорожки, пока я не заметила, что он припарковался на другой стороне улицы. Облегчение разлилось теплом по каждому мускулу моего тела, и я расслабилась, укладывая обоих своих детей в постель. Как только дом был заперт, я скользнула под простыни, но не раньше, чем проверила в последний раз, чтобы убедиться, что Диабло все еще там.

Он так и не сдвинулся с места. Покровительствующий ублюдок.

Глава 4 Диабло

Зевая, я заехал на парковку Перекрестка, направляясь внутрь, чтобы успеть отдохнуть несколько часов, прежде чем вечером появиться у Джины. Если она думает, что я отступлю после того инцидента с грузовиком, она чертовски ошибается. Прежде чем я смогу отдохнуть, мне нужно поговорить с моим президентом.

Грим, казалось, не удивился, когда я постучал в дверь его кабинета, закрыв ее за собой с громким щелчком.

— Что тебя беспокоит?

— Джина. Ее дети. И этот гребаный придурок, который пытался напугать или причинить ей боль прошлой ночью.

— Я тебя понял. Никто не собирается причинять им вред, — заверил он меня.

— Я хочу поймать этого мудака, — прорычал я, помечая свою чертову территорию, как будто Джина была моей, и я имел на это право. — Я хочу, чтобы он чертовски страдал, прежде чем я заберу его душу и передам Люциферу.

Ублюдок, который чуть не ранил Джину, будет страдать, и мне все равно, что я для этого сделаю. В этот момент мой жнец не мог не согласиться. Он вцепился в Джину и предъявил свои права, никто не может помешать мне и жнецу защищать то, что принадлежит нам.

Черт возьми.

Это был полный бардак. Я не собирался подходить к ней так близко и говорить то, что я сказал. Мой жнец взял верх, как он делал это много раз в прошлом и мои инстинкты последовали за