Мяу, мой коварный муж - Маша Моран

Логайре поддался зову инстинкта, наклонился и провел языком по этой ране.

Его слюна могла заживить рану, а могла напитать ее ядом, от которого та никогда не затянется. Он добавил яда совсем чуть-чуть, чтобы на коже остался тонкий шрам — его знак, символ ее принадлежности ему. Теперь она его человек, и он ее не отдаст, пока не наиграется.

По языку расплылся сладко-соленый вкус ее крови с ароматом теплого пряного вина.

В ушах зашумело, а в груди и животе взвились огненные вихри.

Он ощутил свою наготу, а ткань, скрывающая ее тело, вызвала ненависть.

Ногти на пальцах начали превращаться в когти, вытягиваться, намереваясь впиться в ее тело.

Демоническая часть его души уже чуяла свою добычу.

Логайре прикрыл глаза и медленно, чтобы не разбудить свою жену и не выдать себя, прижался носом к ее макушке.

Ее волосы пахли соснами, растущими во дворе поместья. Шелковистые, прохладные, гладкие. Еще никогда женские волосы не вызывали в нем подобного интереса. Хотелось по-кошачьи играть с ними. Трогать, путать, цепляться пальцами.

Ему понравилось, как она защищала его от младшего брата и его слуг. И хоть для Логайре не было никакой опасности, и он просто издевался над ними, он с удовольствием принял ее заботу.

Жена… Супруга…

Что ему теперь нужно делать? Все-таки, она человек, а у людей свои законы. Но ему очень хотелось сотворить с ней кое-что демоническое и дикое.

От этих мыслей рот наполнился голодной слюной, а язык облизнул губы.

Логайре сдвинул одеяло, улегся и осторожно перетащил свою крепко-спящую жену на себя.

Она тихо вздохнула и уткнулась носом ему в грудь.

Окна ее крошечных покоев зазвенели от врезавшегося в них ветра, снаружи набирала силу вьюга. А внутри остывали жаровни.

Жены демонов не должны страдать от холода.

Логайре так крепко обнял жену, что она протестующе завозилась. Пусть привыкает. Теперь они будут спать так.

Он переплел свои ноги с ее, а потом не удержался и лизнул кожу на виске. Она была невероятной на вкус. Тут же захотелось облизать ее всю. Кошачьи и демонические инстинкты брали верх над его человеческой частью.

Но Логайре заставил себя лежать неподвижно.

* * *

Его разбудил громкий женский возглас.

И, к сожалению, это была вовсе не его жена.

— Логайре! Сынок! Это чудо! Чудо! Ты сам пришел сюда? К своей жене? О, боги! А твой отец не верил мне! Это благословение!

Логайре тяжело вздохнул и открыл глаза.

— Приветствую, матушка.

Спящая на его груди жена завозилась.

— Это чудо! Чудо!

Мать продолжала радостно причитать, а супруга распахнула глаза. Она тихонько вскрикнула и отпрянула, увидев его. Закутавшись в одеяло, она тут же юркнула на противоположный край кровати. Но их ноги продолжали соприкасаться.

Логайре спрятал улыбку. Из-за нее его раскрыли раньше времени. Ну и как она будет расплачиваться за это? Он знал пару способов…

Конец