Женьшеневая карамель - Рия Ли

Фразу закончить она не успевает. Минхён пинает её под столом, требуя незамедлительно замолчать:

— Отличная идея для одного из эпизодов. Тебе обязательно стоит её записать и поделиться с остальными, — начинает тараторить он, и Тэджи с ужасом понимает, что приглушённой музыки из чужих наушников больше не слышно. И медленно оборачивается, тут же натыкаясь на ледяную стену равнодушного взгляда Кан Тэхёна.

И как долго он подслушивал их разговор?

— То есть ты не весь день слонялась без дела по съёмочной площадке? — спрашивает Тэхён, и появляется ощущение, будто он вовсе не моргает, точно робот. — Ты оглохла?

— Что? — переспрашивает она.

— Ты сегодня вообще хоть что-то написала? — раздражение отчётливо слышится в каждом слове.

— Э-э-э, не совсем… — смущается она, разрывая зрительный контакт и переводя взгляд на свой монитор, где до сих пор открыт пустой текстовый документ.

— А ты в следующий раз почаще ходи кофе пить, — язвит он и отворачивается, и до ушей Тэджи снова долетают звуки музыки.

Да как он себе позволяет так с ней разговаривать? Думает, что если старше на несколько месяцев, то может вот так распылять свой яд? И всё-таки люди не меняются — сегодняшний день тому доказательство.

— Ты это слышал? — она снова поворачивается к Минхёку, шепча как можно тише.

— Просто поговори с ним, — по взгляду Хёка становится понятно, что он искренне хочет ей помочь с этой «проблемой». — По крайней мере, попробуй это сделать. И если ничего не выйдет, то хотя бы для себя ты будешь понимать, что всё возможное для примирения уже сделала. А остальное пусть останется на его совести. — Минхёк допивает свой кофе и сминает пустую коробку от круассанов, добавляя: — Я верю в тебя. Хумин тоже верит, иначе бы ты тут не сидела, — и снова эта подбадривающая улыбка, внушающая надежду. — Если ты думаешь, что не можешь ничего дать, тогда бери сама. Учись у других, наблюдай, набивай шишки и набирайся опыта. Только так можно чего-то добиться.

Он встаёт из-за стола, и, глядя на него снизу вверх, Тэджи чувствует себя такой маленькой. Не физически, а морально. В этот момент она видит в лице Минхёка своего отчима, который всегда был заинтересован в её благополучии, прямо как Хёк сейчас.

И когда только Ан Минхёк успел набраться такой жизненной мудрости? Кажется, Джи ещё совсем не знает этот мир, потому что его слова кажутся ей такими мудрыми, а у них с ним всего пара лет разницы.

— Просто сделай это, а потом расскажешь, как всё прошло, — напоследок произносит Хёк, выбрасывая мусор в ведро возле выхода. — На сегодня я закончил, так что, до завтра, — прежде чем выйти из офиса, прощается со всеми присутствующими, но получает кивок лишь от Тэджи.

* * *

Через пятнадцать минут этот адский рабочий день подойдёт к концу. Больше тянуть нельзя, да и Джи уже сто раз проиграла у себя в голове их диалог. Так что, делая последний глоток чая — для храбрости — она всё же поворачивается в сторону Тэхёна, предварительно прочищая горло — боится, что голос будет звучать не так уверенно, как надо.

— Слушай, я тут подумала. А что, если нам завтра сесть и вместе поработать над сценарием? — ждёт ответа, но Тэхён даже не двигается с места, продолжая внимательно читать свою писанину на экране компьютера. — Тэхён? — зовёт чуть громче, но получает лишь тишину. — Кан Тэхён, я с тобой разговариваю? — приходится помахать рукой, пытаясь привлечь к себе внимание. Но только это тоже не работает. — Ты издеваешься? — уже более настойчиво и громко спрашивает Тэджи, но снова не получает никакой реакции. Да быть же не может, чтобы он её не замечал. Просто игнорирует. — Вот козёл, — выплёвывает она, резко поднимаясь с кресла и подходя к соседнему столу.

Но и это никак на него не действует. Кан Тэхён будто заработал себе туннельное зрение и больше не видит ничего, что происходит по сторонам. Он полностью сфокусирован на тексте — или делает вид, что сфокусирован. И раз он не хочет по-хорошему, то будет по-плохому. Джи уже тянется, чтобы выдернуть его наушники, как Тэхён ловко перехватывает её запястье:

— Что тебе надо? — поднимает на неё усталый взгляд, свободной рукой выключая музыку.

— Может, перестанешь меня игнорировать и начнёшь вести себя профессионально? — серьёзно спрашивает она, освобождая запястье.

…и откуда в ней взялась эта уверенность?

— Ещё что-то? — он вальяжно откидывается на спинку стула, накручивая белый провод наушников на три пальца.

— Мы оба заинтересованы в успехе проекта. И раз уж нам некуда деваться, то давай вести себя по-взрослому и делать свою работу, как полагается, — она опирается рукой о рабочий стол: то ли чтобы создать более суровый образ, то ли чтобы не потерять равновесие и не опозориться от волнения. И слегка наклоняется в сторону собеседника, продолжая: — Поэтому я предлагаю завтра попытаться провести совместную работу над сценарием. Обсудить идеи и всё такое. Ты покажешь свои наброски, я покажу свои и обсудим…

Она говорит не запинаясь, а он слушает, всё ещё теребя провод:

— Согласен, — прерывает на полуслове, оставляя наушники в покое.

— Что?

— Я согласен, — кивает он. — Завтра этим и займёмся, — больше не смотрит на неё и снова поворачивается к монитору компьютера. — Только перед тем, как демонстрировать кому-то свои великие мысли, советую для начала их хотя бы записать, — ухмыляется он, указывая взглядом в сторону рабочего места Тэджи.

— Ладно… — неуверенно тянет она, ожидая какого-то подвоха. — Тогда я пойду?

Диалог явно себя исчерпал. Можно сказать, что Тэджи одержала свою первую победу над Кан Тэхёном

…и над самой собой.

Но теперь нельзя опускать планку. Поражение перед Кан Тэхёном будет приравниваться к вселенской катастрофе — Джи этого не переживёт.

— Будь добра, — безэмоционально отвечает он, уже полностью концентрируясь на работе. — Не хочу задерживаться в первый день.

Как же хочется съязвить ему. Придурок думает, что может вот так разговаривать с ней, будто он уже начальник. А они ведь партнёры. Но Джи будет умнее. Приходится даже прикусить изнутри щеку, чтобы ненароком не сболтнуть то, о чём она потом может пожалеть. В конце концов, она ведь сама установила одно из правил — нужно вести себя профессионально.

* * *

После такого эмоционального дня, единственное, что может заземлить Мин Тэджи — тарелка острого рамёна за просмотром очередной новой дорамы. Так думал Шиву, пока не осознал, что сегодня новую серию они спокойно не посмотрят.

— Не, ну ты прикинь! А потом он мне ещё