Мой дикий маг - Юлия Викторовна Журавлева

год старше, но попала в пансион в тот же год, что и я. Как и у меня, ее магия проснулась слишком рано, только о том, что именно подтолкнуло первые выброс, я не знала до сих пор. Ее родные и близкие точно были живы и здоровы. Этой темы Лия всегда избегала, а я не давила. Знала, что ничего хорошего точно не услышу.

Интересно, как все эти годы жилось Анху? Что-то мне подсказывало, что совсем не сладко…

— Анх, — я обратилась к нему, нарушая повисшее за столом молчание, — а где ты учился раньше? В какой школе?

Он ведь единственный, кто не назвал первое учебное заведение.

— Ни в какой, — отозвался он.

— Эмм… — мы переглянулись с Лией. — В смысле, ни в какой?

В Королевскую академию брали не только по силе магии — вступительные экзамены по пяти предметам были более чем серьезным. Даже мне, отличнице, пришлось непросто.

— Я был на домашнем обучении, — нехотя ответил парень и вернулся к обеду.

Лия бросила на меня еще один красноречивый взгляд.

Я тоже не стала больше задавать вопросов: Анх явно не расположен к общению, будто его вовсе не тяготило одиночество. Привык?

Не удержавшись, я бросила на него еще один взгляд, и он, словно почувствовав, поднял голову. Наши глаза встретились, и я быстро отвернулась, смутившись. После чего парень, аккуратно сложив приборы, поднял поднос с пустой посудой и ушел, не сказав ни слова.

— Фух! — Лия откинулась на спинку стула. — Вот куда тебя вечно несет, а? Что в пансионе помогала всем сирым и убогим, теперь в академии продолжишь?

— Тебе я тоже помогала, — напомнила ей.

— Домашки не в счет, я про другое.

На самом деле я отлично поняла, про что говорит Лиенна. Я действительно вступалась за девочек, становившихся объектами издевок и насмешек. Одна толстая, другая бедная — в пансион брали по силе дара и на бесплатной основе, третья прыщавая, некрасивая, недостаточно умная — попадались девочки, не умевшие при поступлении читать и писать.

А мне претило, что их задирали за внешность, за бедность, за происхождение. Каждый раз я вспоминала Анха и свист кнута…

И понимала, что должна была остановить Алекса раньше.

Я невольно бросила взгляд на столик, где собрались остальные из нашей группы, включая девушек, открыто флиртующих с парнями. И в этот момент в нашу сторону повернулся сам Даргнаут. Заметив меня, он приветливо улыбнулся и помахал рукой, привлекая внимание других одногруппников.

Я выдохнула и отвернулась.

Анх изменился до неузнаваемости, не внешне, конечно, хотя и внешне тоже. Но самые разительные перемены были в его поведении. При нашей первой встрече он и разговаривать по-нашему не умел, а только рычал и пытался кусаться. Теперь же аккуратно и даже изящно ел, не говоря уже про сдержанную, но грамотную речь. Видимо, его учителя постарались.

Домашнее обучение…

Я бы ни за что не променяла пансион с кучей девочек на подобную изоляцию. А Анх продолжает держаться особняком и сейчас, не пытаясь наладить связи.

Алекс Даргнаут выглядел его полной противоположностью. Интересно, он все-таки изменился? Очень бы хотелось…

После обеда мы присоединились к нашей группе, устроившись на лавочках во дворе общежития, и проболтали до самого ужина. Все, кроме Анха. Ребята подобрались веселые и интересные, и если не касаться темы магстрайка, то общаться с ними одно удовольствие. Даже Алекс казался просто душкой, шутил и немного острил, но границ не переходил.

Девушки напропалую строили ему глазки, даже мимо проходящие студентки заглядывались.

На ужин мы тоже пошли все вместе и в итоге сели за один стол. Уже под конец я заметила Анха, прочно обосновавшегося в углу в гордом одиночестве, но пересаживаться было уже глупо.

К тому же он сам даже не попытался подсесть к нам. Может, ему и не нужно?

Остаток вечера также прошел с одногруппниками, за исключением Анха. Мы разошлись совсем поздно, чтобы хоть немного выспаться.

Завтрашний день по расписанию был посвящен боевой магии и самообороне — парни предвкушали, девушки тоже, но с ровно противоположными чувствами. Лия вообще ныла, что ни на что ей не сдалась эта самооборона.

А перед сном подруга выдала интересную мысль.

— Знаешь гадание: спишь на новом месте — приснись жених невесте?

— Лия… — простонала я, уткнувшись в подушку.

— Что? Кто из нас все время думает в сторону магии разума? Вот и развивай, — наставительно заметила подруга.

Признав ее правоту и решив, что ничего не теряю, я мысленно произнесла эту короткую фразу, усилив ее магией, волной пробежавшей по телу. На самом деле в таких простых заговорах что-то было, нам даже наставники говорили.

Ну что ж, увидим.

4. Боевая магия

Я шла в красивом платье к алтарю, глядя прямо перед собой. В руках — букет лилий, который я судорожно сжимала, словно от него зависела моя жизнь. От их резкого запаха, а может, от волнения кружилась голова. Каждый шаг давался с усилием, как в толще воды. Но сложнее всего было держать лицо и сохранять улыбку, когда улыбаться совсем не хотелось. Вокруг множество разряженных людей, храм утопает в цветах, а красный торжественный ковер под ногами навевает мысли про кровь…

Я подхожу к алтарю и впервые поворачиваюсь к тому, кто ждет меня в таких же торжественных белых одеяниях…

Александр Даргнаут смотрел на меня с улыбкой победителя.

* * *

Из сна я буквально вынырнула, хватая ртом воздух. За окном едва брезжил рассвет, подруга сладко спала, а я судорожно дышала, не в силах полностью вернуться в реальность.

В которой свадьба с Даргнаутом выглядела полным бредом!

Рывком сев на кровати, я растерла лицо и, не выдержав, направилась в ванную, где несколько раз умылась ледяной водой, смывая остатки сна и той приклеенной улыбки, от которой сводило лицо.

Сердце до сих пор отчаянно колотилось в груди, и я оперлась о раковину, окончательно приходя в себя. Выбившиеся из заплетенной на ночь косы светлые пряди делали меня похожей на какую-то нежить, так что я поспешно привела себя в порядок. Расчесала волосы, нормально умылась, вспомнила освежающее заклинание, убиравшее красносту с глаз, чтобы ничего не подмешивалось к их естественному голубому цвету. А искусанные губы наоборот чуть посветлели и стали менее пухлые. Зато привычные.

Спустя несколько минут мне уже было не страшно смотреть на себя в зеркало.

Сон. Это просто дурной