Покровитель для Ангела. Собственность бандита - Екатерина Ромеро

Откинув одеяло, осторожно поднимаюсь и подхожу к выходной двери. Мне нужно уйти отсюда, и чем скорее, тем лучше.

Нажимаю на ручку и тут же слышу за спиной низкий хриплый голос:

– Далеко собралась?

Резко оборачиваюсь. Слишком резко для того, чтобы закружилась голова и я пошатнулась. На предплечье тут же чувствую его руку, и разряд оголенного тока вперемешку со страхом проносится по венам. Больно.

– Не надо!

Глава 5

– Пусти!

Отшатываюсь от него, Бакиров убирает руку, а мое тело пробирает дрожь.

– Ты чуть не упала.

– Не упала я! Я хочу уйти!

– Тебе некуда идти.

– Есть! Я не хочу быть здесь. У меня есть дом!

Михаил сканирует меня строгим взглядом с высоты своего роста, а я голову поднимаю, стараясь выглядеть смелой и не выдавать своего дикого волнения перед ним.

– Те четыре стены обгорелые домом не считаются.

– Мне все равно. Это мой дом. Дай мне уйти! Я не хочу быть здесь!

Быстро распахиваю дверь, но он руку кладет на нее, и дверь захлопывается прямо перед моим носом.

– Нет.

– Нет? Почему?!

– Потому что я так сказал!

Я слышу все это, и меня дрожь пробирает, кровь стынет в жилах. У Бакирова опасный блеск в глазах, и он… он меня безумно пугает.

– Зачем я тебе теперь? Я не понимаю. Михаил… я все еще твой враг?

– Нет.

Отхожу от мужчины, раздается шум на пороге, и я с огромным облегчением вздыхаю, когда дверь распахивается и я вижу Анатолия.

***

– Бакир, что ты творишь?!

Анатолий хочет зайти, но Михаил резко ставит руку на косяк двери, преграждая ему дорогу.

– Тоха, я тебя не звал к себе.

– Ты в адеквате вообще?! Че ты делаешь? Где она? Что у вас тут творится? Лина! Да отойди ты!

Толик пытается оттолкнуть Бакирова, но это все равно что стену с места сдвинуть. Он меньше по комплекции, и я вздрагиваю, когда Михаил одним махом хватает Толика за грудки, отталкивая его назад.

– Ты охренел, брат?

– Не лезь, сука, не то пришибу!

– Не ссорьтесь. Пожалуйста.

Выглядываю из-за спины Михаила и ловлю встревоженный взгляд Анатолия. Становится не по себе. Они лучшие друзья, и я не хочу, чтобы из-за меня они ругались.

– Спасибо, что приехали.

– Лина, все нормально? – обеспокоенно спрашивает Толик, и я бросаю взгляд на Бакирова, который стоит, сложив руки в карманы, напряженный, злой, злющий даже. Сглатываю, коротко киваю.

– Да.

– Идем. Отвезу тебя на квартиру.

Протягивает мне руку, но я боюсь даже с места сдвинуться. Мне не нравится то, как Михаил смотрит на это все. Кажется, если я сейчас подам руку Анатолию, Бакиров ее просто оторвет, и страшно мне уже даже не за себя, а за Анатолия, который просто приехал помочь.

– Лина, отмирай! Едем! Бакир, отойди на хуй, она боится тебя!

– Отъебись, Тоха. Иди к своей жене!

Еще никогда не видела Анатолия таким злым. На Михаила. Он не выбирает выражений, тогда как Бакиров отвечает ему тем же.

– Я… Все нормально, Анатолий. Не ругайтесь, пожалуйста.

– Иди в гостиную, Ангел, – строго чеканит Михаил, достает сигареты, и они вместе с Анатолием выходят на улицу. Я вижу через окно, что они о чем-то очень серьезно говорят. Толик заметно нервничает, активно жестикулирует, пока Бакиров стоит спокойно, глубоко затягиваясь сигаретой.

Обхватываю себя руками, хоть с загипсованной рукой сделать это не так просто. Что у них за секреты, что вообще происходит, не знаю. Что я помню с того ада… Те бандиты перестреляли друг друга или нет? Архипов… я не слышала больше о нем ничего, как и о крысе. Я до сих пор не знаю, кто стал предателем. Все хотела спросить у Люды, но язык не поворачивался. Она такая счастливая беременная, а тут я со своими разборками. Судя по тому, что мою квартиру Архипов все же не отнял, как говорил, его нет в городе, и что с ним, я не знаю.

Через пару минут вижу, что Толик проводит рукой по лицу, опускает голову. Бакиров за это время уже третью сигарету докуривает. Он всегда до чертиков много курит, я это знаю с первого дня нашей встречи.

Как ни стараюсь услышать, о чем они говорят, не получается, и через минуту они просто пожимают руки, и Анатолий уезжает, словно ничего не произошло. Я же опускаюсь на диван, понимая, что теперь точно никто меня отсюда не заберет и я… я даже не знаю, кто я для Бакирова. Не любимая больше, уже не крыса, не полотерка. Я просто… никто для него.

Хлопает входная дверь, и я резко вскакиваю, видя, как Михаил надвигается на меня, будто гора. Он зол, и я машинально отхожу от него назад.

– Почему Анатолий уехал? О чем вы говорили?

– Ни о чем. Иди на кухню, будешь завтракать.

– Нет, не буду! Я вообще здесь ничего не буду! Так, все, хватит!

Иду на выход мимо него, но Бакиров за предплечье меня перехватывает, цементируя на месте.

– Ты никуда не идешь.

– Пусти!

– Не пущу. Успокойся.

– Пусти-и-и меня, не трога-а-ай!!! Я не твой щенок, которого ты захотел – забрал себе!

С трудом отрываю от себя его огромную руку, сердце неистово колотится в груди, ведь я вижу, что Бакиров со мной не шутит. Он так страшно смотрит на меня… Боже, аж мурашки бегут.

– Ты будешь находиться здесь.

– Нет, не буду! Я не буду!

Пячусь к двери, но она оказывается закрытой. Конечно, ключ только у него, и я понимаю, что я в ловушке. Он запер дверь на ключ, и это заставляет запаниковать еще сильнее.

– Что тебе надо от меня? Я что, пленница твоя теперь? Так теперь, Михаил?

– Ты будешь жить здесь, – холодно и спокойно чеканит каждое слово, а я смотрю на его жестокие карие глаза с зеленой радужкой и не верю в то, что слышу.

– Ты не можешь…

– Могу.

Боже, он и правда настоящий бандит, и я его плохо знала раньше. Бакиров всегда таким был, а я была слишком влюбленной девочкой для того, чтобы