Однажды, может быть... - Боб Белланка

Я вышел из дому в четверть восьмого. За Эйфелевой башней свернул на набережные, проехал по мосту Альма, а потом двинулся по улице Лувра в сторону площади Побед. Смеркалось, атмосфера была самое что ни на есть романтичная — красивее Парижа города на свете нет. Сколько раз возвращался сюда после своих поездок — столько раз в этом убеждался, и даже вид Консьержери, промелькнувшей мимо, не заставит меня в этом усомниться.

Было еще только без четверти восемь, а я уже припарковался у дома Софи. По радио Кристофер Кросс пел «Sailing», в голове у меня все смешалось, в животе набух узел, сердце покалывало, и больше всего мне хотелось умотать отсюда к своим мимолетным подружкам.

Без десяти восемь. Что сказать, когда она откроет дверь?

«Привет, красавица, готова к потрясениям?»

Понимаю, это глупо звучит, но был и другой план: опоздаю минут на пять и начну вроде как оправдываться: «Ох, извини, дел навалом, продохнуть некогда, только что встречался с Жаном Маре, представляешь — хочет со мной работать, вцепился вмертвую, настоящий репей, никак не мог от него отделаться…»

Чтобы принять такое за чистую монету, нужно быть наивной на грани слабоумия.

Без пяти восемь. А что, если я попросту скажу: «Привет, Софи, как я рад тебя видеть и…» И буду выглядеть идиотом! Ну почему я не готов к ситуациям такого рода? Десятки девиц перетрахал, не задаваясь вопросами, а из-за этой паникую. Господи, да я ведь даже груди ее не видел, — нет, от всего от этого просто рехнуться можно…

Ровно восемь, пора. Ужасно не хотелось опаздывать, но дать понять, что сгораю от нетерпения, хотелось еще меньше. Ладно, пускай потомится, решил я — и позвонил в дверь в одну минуту девятого. Сердце колотилось с превышением скорости до двухсот километров в час, ноги едва держали, а во рту пересохло так, что я испугался: а вдруг язык вообще отсох и я не смогу слова выдавить? И — не смог. Хуже того: когда передо мной появилась Софи — а она выглядела великолепно, смотрела мне в глаза и чуть-чуть улыбалась, — я чуть сознание не потерял. Кстати, сказать бы я все равно ничего не успел, потому что ее губы тут же прижались к моим. Господи, что это со мной? Мозг вот-вот лопнет, тело колотит крупная дрожь, руками-ногами пошевелить не могу, в ушах грохочет слово «независимая»… А может, Софи вовсе не нужны никакие отношения, может, ей просто нужен секс на одну ночь? Пока ее язык обследовал мой рот, я вовсю размышлял о нашем будущем. Все, хватит, пора взять себя в руки! Я, ходок каких мало, да таких раз, два — и обчелся, и на тебе — чувствую себя пацаном, который впервые в жизни трогает женскую грудь, счастливый и до смерти напуганный одновременно. И вот, точно этот неопытный мальчишка, я обдумываю, как поступить — облапить грудь всей ладонью или просто потеребить соски? Впрочем, кому не случалось задаваться такими вопросами? Так и не успев придумать ничего путного, я оказался на кровати, и Софи сама лапала меня вовсю. Мир перевернулся, все стало шиворот-навыворот… я вырвался из ее рук и вскочил.

— Перестань, Софи, что ты делаешь?.. Я тебе не какой-нибудь…

Господи, что я опять несу? Реплика «хорошей девочки» из фильма категории В. Что со мной? И что со мной делает эта женщина?

Софи удивленно, даже растерянно смотрела на меня.

— Жаль… Ты не знаешь, что упустил! — Но тут же опомнилась и разозлилась: — Поосторожнее, ты уже второй раз мне отказываешь, третьего может и не случиться!

Где-то в глубине души я слышал, как дружно покатываются со смеху все мужчины мира — им было неловко за представление, которое я устроил. Да уж, ничего не скажешь, я сыграл худшую свою роль. Любой нормально устроенный мужик сейчас набросился бы на нее и овладел этим телом, которое только того и ждет, а я корчу из себя недотрогу…

— Софи, ты извини меня, просто я не хочу, чтобы все это произошло вот так.

— Жюльен, ты же украл мою реплику, обычно такое говорят девушки!.. И мне казалось, я тебе нравлюсь…

— Господи, да не в том дело! Я миллион раз представлял себе в мечтах эту минуту, и… и… нет, не знаю, как тебе объяснить!..

— Ладно, пошли поужинаем, может, как поешь, так и соберешься с силами, — развеселившись, предложила она.

Я выбрал совершенно открыточный и очень романтичный ресторанчик на набережной. Огромные окна выходят на Сену с речными трамвайчиками, на потолке пляшут отблески их огоньков… За столиками одни туристы и парижане, чья love story в самом разгаре. Все время, пока мы ужинали, Софи рассказывала о себе. Вообще-то я привык говорить сам, но на этот раз весь обратился в слух. И, хотя слушал очень внимательно, не переставал терзаться вопросом, что произойдет, как только закончится ужин.

— Подумать только, ты ведь считаешься донжуаном и мачо каких мало, а мы тут добрых два часа сидим, и ты меня слушаешь, как не слушал никто и никогда. Просто не верится!

Та-ак, вместе с комплиментом получил по башке своей плохой репутацией.

— Жюльен, может, уже поедем ко мне?