Хочу замуж! - Сандра Мэй

Лаура быстро закончила разговор и повернулась к братьям Роджерсам.

— Что ж, еще раз прошу передать мои искренние поздравления вашей маме… Рой, завтра я жду тебя в своем кабинете. Часов в двенадцать устроит?

— Поздновато начинаешь работать, Флоу.

— Я начинаю в восемь, если тебе интересно, а к двенадцати заканчиваю утренний прием. Я могла бы предложить тебе прийти к половине восьмого, но это бесчеловечно, тем более что спать мне сегодня, вероятно, не придется.

— Вот как? Еще пара стрип-шоу на выезде?

— Очень смешно. Нет, я иду в больницу. Меня вызвали к пациенту.

— Что-то срочное?

— Пока непонятно. Пациент капризничает.

— Ребенок?

— Да. Сэнди Викерс.

Рой улыбнулся.

— Неужели дочка Фила Викерса? Как он?

Лаура не ответила. Гай кашлянул в углу комнаты:

— Ты и не знаешь… Фил погиб три года назад. Когда Сэнди родилась, ему пришлось много работать. Он заснул за рулем и врезался в бетонное ограждение. В закрытом гробу хоронили. Я думал, ты знаешь…

Фил Викерс был лучшим другом Роя. Они росли вместе, сидели за одной партой, лето проводили то на ранчо Викерсов, то у Роджерсов. Когда Рой уехал из Литл-Соноры, Фил пошел в армию. Пару раз они созванивались, все собирались повидаться…

Рой скрипнул зубами, потом посмотрел на Лори Флоу.

— Могу я пойти с тобой?

— Зачем?

— Ну… к примеру, проводить тебя до больницы. Сейчас уже полночь, и девушке одной…

— … Совершенно нечего бояться на улицах этого города. Рой, ты чего? Это же Литл-Сонора. Здесь нет ни одного чужака.

Рой вздохнул:

— Хорошо. Тогда просто — можно пойти с тобой?

— Ну… можно. Парни, пока!

— Пока, девочка. Рой, что маме сказать?

— Отстаньте от меня! Братья называется…

Пряча улыбку, Лаура зашагала впереди, Рой шел следом. На улице было тепло, темно и тихо.

Только звенящий хор цикад разрывал ночную мглу да сверкали на небе яркие, словно бриллианты, звезды. Рой шел и беззастенчиво разглядывал тугую попу Лауры Флоу, обтянутую джинсовыми шортами. Только через несколько минут он опомнился и окликнул девушку:

— Эй! А где твоя машина?

— Дома, в гараже.

— Мы что, туда идем?

— Нет, лично мы идем в больницу. Это на холме, в двух кварталах. Да ты должен помнить — там стояла пасека Эйба.

— Неужели снесли?

— Эйб решил перенести ее подальше, за черту города. Пчелы завели привычку роиться в саду у миссис Паркер, а у старушки астма, для нее это опасное соседство.

— Аллергия?

— Анафилактический шок. В ее возрасте — летальный исход обеспечен. Эйб перевез пасеку в яблоневый сад, а участок на холме отдал под больницу.

— И давно вы построились?

— Шериф и доктор Грей собрали деньги по подписке еще пять лет назад. Я тогда работала в Чикаго. Твой брат оплатил две трети счетов.

— Бранд?

— Да. А строили всем городом. Потом доктор Грей заведовал, но он же уже старенький, так что пришлось мне.

— Доктор Абрахам Грей… Как он?

— Консультирует у нас. Без работы он не может, но здоровье не всегда позволяет.

— Сколько народу работает в больнице?

— Три медсестры, Тони Бокадеро — детский врач, Бен Даймон — анестезиолог, Сэмми Джоунс — акушерка. Ну и я, естественно.

— Четыре врача, три медсестры, один консультант — и три тысячи жителей?

— Не считая обитателей буровых и дальних ранчо. Много? Мало?

— Как тебе сказать… А если срочный вызов?

— Шериф вызывает полицейский вертолет. Слава богу, такое случалось всего лишь несколько раз. Ты очень сердишься?

— Я в бешенстве.

— А не видно.

— Ты хочешь, чтобы я прыгал по мостовой и бил себя кулаками в грудь?

— Нет, просто… Я думала, ты меня убьешь.

Рой искоса посмотрел на Лори, она несмело улыбнулась в ответ. Он возмущенно фыркнул — и отвернулся.

Если честно, он чувствовал себя полным идиотом. Девяносто девять и девять десятых процента обитателей Земли не принимали бы сложившейся ситуации близко к сердцу, но Рой Роджерс, к сожалению, принадлежал к оставшейся одной десятой процента.

Он прилюдно дал слово остаться — и ему придется это сделать. Рой Роджерс весьма трепетно относился к собственному честному слову.

Но работать в больнице, где всего семь человек персонала…

Лори больно пихнула его локтем в бок.

— Мы пришли, доктор Роджерс. Не упади.

Больница была длинной и двухэтажной. Перед главным входом размещалась вполне приличная стоянка машин на двадцать, приемный покой был оборудован наклонным пандусом. Большие окна, выкрашенные в светлый цвет стены, цветник, разбитый под окнами. В темноте сильно пахли маттиола и резеда. Звенели цикады. Рой подумал, что уже тысячу лет не дышал полной грудью — на загазованных улицах Остина это грозит приступом удушья.