Волчья страсть - Надя Найт

— Сегодня у нас праздник! — громко озвучивает альфа, привлекая к себе внимание. — Мой брат наконец обрел волка!

Он хлопает Аррона по плечу, и толпа одобрительно гудит.

— И он добыл нам ужин. Ешьте! — добавляет альфа.

Мужчины встают со своих мест, подходят к туше, что жарится на костре, и отрывают большие куски. Аррон повторяет их действия, отщипывает немного мяса от своей доли и подносит к моим губам.

У них так принято? Осматриваюсь по сторонам и замечаю, что другие мужчины делают то же самое. Открываю рот, позволяя покормить себя. Аррон не сразу убирает пальцы, и я случайно прихватываю их губами, замечая, как его глаза вспыхивают золотом.

— Аррон, — отвлекает его альфа, — скоро откроется ярмарка. Надо бы подготовить шкуры…

Я отворачиваюсь, не вслушиваясь в дальнейший разговор. Мне нужно продержаться до конца ужина и попробовать сбежать.

Время тянется медленно, но никто не спешит расходиться. Постепенно я расслабляюсь возле жаркого костра, и меня начинает клонить в сон. Чувствую уверенную хватку на плече, а затем слышу голос Аррона

— Пойдем.

Послушно поднимаюсь, напоследок ловя ненавидящий взгляд Майры, и следую за мужчиной.

Захожу в дом. Очаг все еще горит. Снимаю жилетку и кладу на край постели, собираясь спать в колючем платье, но слышу тихий приказ:

— Раздевайся.

Аррон снимает штаны, подходит ко мне, и в его взгляде мелькает что-то хищное, голодное. Вспоминаю его вчерашние слова. «Не трону тебя сегодня». Но «сегодня» уже прошло. Видимо, мне не сто́ит рассчитывать, что сейчас мы будем «просто спать».

— Раздевайся, — повторяет он хриплым голосом.

— Отвернитесь, пожалуйста, — негромко прошу, но мужчина лишь хмыкает и продолжает стоять рядом.

Выхода нет. Снимаю платье и кладу рядом с жилеткой.

Аррон собственнически осматривает мое тело, заставляя сгорать от смущения. Потом тянет меня на себя, и его губы болезненно впиваются в мою шею.

Я вскрикиваю, пытаюсь оттолкнуть его, но он только крепче прижимает меня к себе.

— Подождите… — протестую я, но мужчина и не думает слушать.

Он разворачивает меня и толкает к стене. Его тело прижимается ко мне сзади, горячее, тяжёлое. Пальцы сжимают бедра, между ягодиц скользит твердая плоть.

— Нет! Пожалуйста…

Аррон обнимает меня, касается груди. Его зубы царапают шею.

— Я поставлю тебе метку, — горячий шепот опаляет ухо. — Ты будешь под моей защитой.

— Нет! Я не хочу! — громко вскрикиваю я, и мужчина замирает, дышит тяжело.

— Мне не нужно разрешение, — рычит он. — Ты моя!

Сердце громко стучит от страха. Ему ведь, действительно, не нужно разрешение.

Несколько секунд ничего не происходит, а потом он резко отпускает меня и выходит из дома.

Натягиваю платье, жилетку. Сажусь на край кровати и прислушиваюсь. Ничего. Тихо. Только со стороны общего костра доносятся приглушенные голоса.

Сижу так довольно долго, пока снаружи не стихают все звуки. Аррон не возвращается. Может он пошел к Майре? Мне все равно. Должно быть все равно, но эта мысль отчего-то неприятна.

Выжидаю еще немного, осторожно открываю дверь и выхожу на улицу. Вокруг ни души. Делаю несколько шагов по хрустящему снегу и замираю.

Луна. Их две. Одна большая, желтая. А вторая — прямо рядом с ней — бледно-голубая.

Как такое возможно? Только если это… другой мир.

ДРУГОЙ МИР.

Осознание накрывает меня словно лавина. Теперь все становится логичным — переселение душ, превращение в волка. Это просто другая реальность.

Я не смогу вернуться домой. Никогда.

— Что ты здесь делаешь? — раздается рядом голос Аррона, заставляя вздрогнуть.

— Зайди в дом, — приказывает он.

Глава 6

Я валяюсь в постели несколько дней. Просто лежу, бездумно уставившись в стену. Ем через силу, не ощущая вкуса, и почти все время сплю.

Аррон, видимо, решает, что это из-за его приставаний. Больше не трогает меня. Не пытается заговорить. Да и дома он почти не бывает. Уходит на охоту рано утром, возвращается поздно вечером. Молча несет меня в баню, раздевает, купает, одевает и возвращает в постель.

Я больше не пытаюсь прикрыться в его присутствии, не стесняюсь своей наготы. Мне все равно.

Но потом меня отпускает. Словно что-то щёлкает внутри, и я понимаю — я не умерла. Я здесь, в другом мире, но я — все еще я. Мне дали второй шанс. Да, будет трудно, но главное — я жива. И я справлюсь. Должна справиться.

Я начинаю обживаться. По-настоящему.

Заполняю время делами. Тем более дел у меня достаточно: найти новую посуду, разнообразить питание, чтоб на столе было что-то кроме жареного мяса и отваров из ягод, придумать, как применить мягкую пряжу, что я случайно нашла на дне сундука. В общем, обустроить быт так, чтоб дом стал похож на дом, а не на хижину отшельника.

Проблему с посудой решает Аррон — приносит откуда-то несколько новых глиняных чашек разного размера и пару кружек. А с пряжей помогает Ингрид. Она учит меня вязать. Конечно, получается не сразу — я и раньше-то не умела, а здесь, на самодельных спицах из костей какого-то животного вообще не представляется возможным. Первые несколько раз приходится распускать пряжу и начинать заново, но я не сдаюсь, и постепенно выходит почти ровное полотно.

Первым делом вяжу носки себе, чтоб не ходить по дому в ботинках, потом для Ингрид — в знак благодарности за обучение. После этого пряжа почти заканчивается, но не моя фантазия. Делаю из остатков стельки, прошу у Аррона пару небольших кусков кожи и мастерю теплые домашние тапочки — себе и ему. Мужчина принимает подарок с подозрением, даже сперва убирает в сундук, но через пару дней все же надевает.

Не благодарит, но мне достаточно и этого. Я уже знаю, что он всегда такой — хмурый, молчаливый, но выполняет все мои просьбы. Даже когда я попросила отдать мне кости из заячьей тушки, чтобы впервые приготовить суп, он не возмутился, отдал, только посмотрел странно. Он даже съел тот суп, не поморщившись, хотя я сильно его пересолила.

Постепенно я осваиваюсь в новом мире. Забываю про прошлую жизнь.

В доме становится уютно, чисто и тепло. Когда Аррон возвращается с охоты, на столе его ждет горячий ужин. Так я пытаюсь отплатить за проживание, хотя понимаю — ему нужно совсем другое.

После того случая мужчина хоть