Разорванные сердца - Клэр Контрерас

— Что потеряю тебя, — сказал он, оторвавшись, что бы взглянуть на меня. — Потеряю

это. — Его губы снова вернулись к груди и сомкнулись на мне, а его язык начал ласкать мой

сосок. Его руки оказались между моих ног, когда он перевел внимание на другую грудь. —

Ты - все, чего я когда-либо хотел, — прошептал он, двигаясь поцелуями к моему животу. —

Ты все, что мне нужно.

Моя голова ударилась о стойку, когда я почувствовал его язык на себе.

— О Боже, — сказала я.

— Я умру, если ты оставишь меня, ты ведь знаешь это? — сказал он, смотря на меня.

— Я никогда не оставлю тебя.

— Ты могла бы. Может быть, ты найдешь кого-то лучше меня, когда я уеду, — сказал

он.

— Дерьмо.

— Успешного парня, — продолжил он.

— Я хочу только тебя, — ответила я, потянув его за волосы.

— Может быть, кого-то с меньшим багажом, — сказал он.

— Мне нравится твой багаж, — сказала я.

Это вызвало у него смешок. Он подул на меня, играясь пальцами.

— Дженсен, пожалуйста.

— Продолжать? — спросил он.

— Продолжай, — скандировала я. — Продолжай.

Он продолжил. Он не останавливался, пока я не увидела фейерверк в глазах. Когда я

снова открыла глаза, он уже поднимал меня. Я обхватила его за шею руками и вздохнула, уткнувшись ему в грудь.

— Почему ты всегда так делаешь? — спросила я тихо.

— Что делаю?

— Говоришь о таких вещах, когда ты... ну, ты знаешь.

Я посмотрела на его лицо. Его шаги замедлились. Он остановился, когда мы подошли к

порогу его комнаты, и посмотрел на меня. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл

его, покачав головой.

— Скажи мне, — я провела рукой по его волосам.

— С тех пор, как мы вместе, у меня было ужасное чувство, что я растрачиваю твое

время, — сказал он с грустью в словах. — В моей жизни нет ничего. Ничего хорошего.

Он вывалил свои слова и подошел к кровати, бросив меня на нее, когда стянул свои

ботинки. Я села на кровати, чтобы быть на одном уровне с ним, он посмотрел на меня, и я

схватила его за запястья, когда он снял ремень, и потянула к себе.

— Ты говоришь это в течение тех двух лет, что мы вместе, — сказала я.

Он медленно кивнул, все еще выглядя неубежденным.

— Ты прекрасный человек. Ты ведь знаешь это? — спросила я, осматривая его лицо. —

Ты забавный, добрый, чертовски талантливый и такой привлекательный, что иногда на тебя

больно смотреть, — сказала я, заставив его рассмеяться и закатить глаза. Я улыбнулась.

— Ты намного больше, Мия. Гораздо больше, — сказал он, переплетая наши пальцы.

— Когда я с тобой.

— Я скоро уезжаю, — сказал он, глядя на наши соединенные руки.

— Временно, — напомнила я ему.

— Это длительный период.

— Ты любишь меня, Дженсен? — спросила я.

Его глаза снова встретились с моими.

— Больше всего на свете.

— Тогда мы будем в порядке.

Прежде чем он успел углубиться в свои страхи, я оттолкнула его, спрыгнула с кровати и

начала снимать с него одежду.

Эти выходные были одним из моих любимых воспоминаний о нас.

Глава 5

Настоящее

Я резко вернулась к настоящему моменту, когда он припарковал мотоцикл и протянул

руки, чтобы я отдала ему шлем.

— Я просто думала о том дне, когда ты подарил мне это, — сказала я, улыбаясь.

Его губы дернулись.

— До или после того, как я заставил тебя плакать своим членом?

Я ударила его по груди.

— Ты не заставил меня плакать своим членом, — пробормотал я. — Это была

эмоциональная ночь.

Что-то в его взгляде изменилось, но он взял мою руку и повел через улицу, чтобы

зарегистрироваться в отеле, прежде чем я успела это осознать. Как только дверь нашего

номера закрылась за нами, я сняла рубашку и бюстгальтер, чтобы переодеться в купальник. Я

завязывала его, когда почувствовала большие руки Дженсена на спине и неудержимо

задрожала. Он завязал его и оставил поцелуй на моем голом плече, но прежде чем я смогла

его поблагодарить, он развернулся и направился в ванную.

На пляже мы сидели в тишине, я фотографировала воду, солнце, некоторых серферов

вдалеке, в то время как Дженсен рисовал рядом со мной, используя уголь. Я повернулась

всем телом, чтобы сфотографировать его, после того, как я сделала снимок, решила его

рассмотреть. Я бы никогда не призналась ему, но он был моим любимым объектом для

фотографирования. Его бейсболка, с надписью «Доджерс», была надета задом наперед, а

волосы убраны с глаз. Он прищурился и сосредоточенно прикусил губу, пока рисовал. Мое

сердцебиение ускорилось, просто от взгляда на фотографию. Я подпрыгнула от

неожиданности, когда его рука обернулась вокруг моего плеча, я опустила камеру, чтобы

посмотреть на него. В его глазах было море смятения. Я была уверена, что независимо от

того, через сколько вещей я прошла, выражение его глаз было самым сильным, что могло

опечалить меня.

— Ты собираешься сказать мне, что случилось? — прошептала я, закрыв глаза, когда

его дыхание охватило мое лицо. Он пах мятной жвачкой.

— Ты помнишь, как я оказался с Пэтти? — тихо спросил он.

Мои глаза снова распахнулись, и я кивнула. Я никогда не забуду, как пьяный Дженсен

высказывал свое отвращение к своему отцу, и как он оплодотворил его мать, а после заплатил

ей, чтобы она молчала, или как мать бросила его, когда начала встречаться с мужичиной, который ненавидел детей. Он отвел взгляд, нервно прикусив губу. Мои глаза последовали за

ним и задержались на солнце, исчезающем в океане. Я прижалась к нему всем телом, и он

крепко обнял меня, положив подбородок мне на макушку, пока мы смотрели на закат.

— Что насчет нее? — спросила я, когда уже были видны последние лучи солнца.

— Я никогда не хочу быть таким, как моя мама. Или он. Я не позволю себе быть

эгоистом. Я не хочу быть лжецом и обманщиком, — сказал он. Я нахмурилась и отстранилась

от него.

— Окей?

Дженсен выдохнул.

— Это так хреново, — сказал он, глядя на песок. Когда он