Сладких снов, мой пекарь - Велена Князь

— Привет, — шепчу я.

— Привет, — отвечает он.

— Я тебя… обнять бы…

Если он и удивлён, то не показывает этого. Просто подходит ближе и неловко меня обнимает. На мой взгляд, это самое правильное, что могло случиться за весь этот долгий день. Мне так спокойно и тепло. Закрываю глаза и вдыхаю — пахнет дровами и свежим хлебом. Вкусно. Пахнет Марком.

— Ты здесь, — шепчу я, когда мы наконец отстраняемся.

Он улыбается, и у меня внутри всё замирает.

— Здесь.

— Как так вышло?

— Главный повар в Страннополье спросил, кто хочет поехать в эту поездку, — говорит он. — Кажется, я никогда ещё ни на что не соглашался так быстро.

— Наверное, приятно вернуться.

— Сейчас стало намного приятнее, — тихо отвечает он.

Я сглатываю и не знаю, что говорить. Не знаю, что делать с этим чувством, которое разливается в груди и не даёт дышать.

— Я рада, что ты дома, — наконец выдавливаю из себя. — Пусть даже ненадолго.

— Я тоже рад, — смущённо говорит он.

— Ты мне всё расскажешь? — вдруг вырывается у меня. — Всё-всё, о чём ты не написал в письмах?

Он смеётся. Тепло и по-доброму.

— Конечно, расскажу.

— Договорились! — Я стараюсь улыбнуться. — И пообещай забегать ко мне как можно чаще!

— Конечно, — говорит он. — Я буду приходить каждый вечер и печь вместе с тобой. А где же Искра? Помню её ещё совсем маленькой.

— Спит в моей комнате, — говорю честно. — Если бы я знала, что ты так быстро приедешь, разбудила бы её заранее.

— Я правда рад тебя видеть, и дракон тут не при чём, — признаётся он.

В коридоре слышатся шаги, мы оборачиваемся и видим в дверях шеф-повара Марту. Волосы у неё собраны в строгий пучок, а на поясе повязан форменный фартук королевской кухни. Увидев меня, она останавливается и кланяется.

— Ваше Высочество, — она почтительно кланяется, увидев меня.

— Шеф-повар Марта, — киваю в ответ. — Я пришла поприветствовать шеф-повара Матвеева. Он уже вернулся.

Смотрю на Марка и улыбаюсь, а он улыбается в ответ. Краем глаза замечаю, как Марта переводит взгляд с него на меня и обратно, но ничего не говорит.

— С нетерпением жду ваших идей на завтрашнем совещании по банкету, шеф-повар Матвеев, — отчеканивает Марта.

— Я тоже, — отвечает он.

— Если что-то понадобится, дайте знать, — Марта переводит взгляд на меня. — Ваше Высочество.

Она кланяется и уходит. Мы слышим, как её шаги затихают в коридоре.

— Наверное, она тоже рада, что ты вернулся, — говорю я.

— Сомневаюсь, — качает он головой. — Я здесь как представитель иностранной делегации. Уверен, она скорее раздражена моим присутствием, чем рада.

— Странно. — Я хмурюсь. — Ты же очень талантливый пекарь. Не понимаю, почему кого-то может раздражать твоё присутствие на кухне.

Он усмехается.

— Может, что-то и изменилось.

— Может, я узнаю сегодня вечером? После ужина?

— Было бы здорово, — говорит он. — А что ты хочешь приготовить?

— Круассаны, — отвечаю я, не задумываясь. — У меня с ними всё никак не получается, и срочно нужна твоя помощь.

— Я должен был догадаться, что ты захочешь довести их до совершенства, — искренне смеётся Марк.

— Ох, скорее бы уже вечер, — говорю и с горечью понимаю, что не могу оставаться здесь вечно. Скоро начнётся суета перед грядущим банкетом, и нам с Марком нужно будет расходиться по делам.

Но сейчас… сейчас я просто наслаждаюсь моментом и тем, что он рядом.

— Да, я тоже не могу дождаться, когда мы с тобой снова возьмёмся за дело, — отвечает он и смотрит так, что у меня внутри всё переворачивается.

Я не знаю, что это значит. Но чувствую — всё налаживается. Марк здесь. Пусть ненадолго, пусть всего на несколько дней — но он здесь. И я собираюсь использовать каждую минуту этого времени. До последней секунды.

Глава 5. Званый ужин

В углу парадной столовой играют музыканты, наполняя зал живой музыкой, которая почти заглушает звон вилок и ножей. Сегодняшний вечер — гораздо более камерный, чем те банкеты, за организацию которых я отвечаю, но от этого он не становится менее торжественным. Интересно, почему отец ни разу не попросил меня организовывать такие вечера? Впрочем, не буду ему об этом напоминать — пусть сам додумается, если захочет.

За большим столом собралось около двух десятков человек. Мои родители сидят во главе, чинно и важно. Через два кресла от меня брат наклоняется к жене и что-то шепчет ей на ухо. Они у нас такие милые, когда вместе, зато порознь каждый так и норовит сморозить очередную гадость про другого за спиной.

Справа моя старшая сестра Ксения оживлённо болтает с адмиралом флота. Странно, я никогда не замечала за ней особого интереса к морю. Может, он просто хороший собеседник?

Смотрю на свою тарелку и задумчиво ковыряю тушеную морковку вилкой. Она лежит сразу в двух разных соусах, причём так удачно, что они уже смешались, и мне теперь противно даже прикасаться к ней, не то что есть. С другой стороны, обижать кухонный персонал не хочется, особенно учитывая, что после ужина я собираюсь к ним спуститься, чтобы вместе с Марком печь круассаны.

— Не ешь, если не хочешь, — тихо говорит Вероника, которая сидит по левую руку от меня.

— Не хочу обижать поваров, — тяжело вздыхаю, наблюдая, как соус превращается в бесформенную кляксу непонятно какого цвета.

— Ева, — она качает головой. — Ты же не можешь это есть. Так зачем мучиться?

— Надо бы…

— Нет, — мягко, но уверенно отвечает она. — Поэтому просто отодвинь тарелку и не мучай себя.

Вздыхаю и откладываю вилку. Она права, как обычно. Но от этого чувство, будто я проиграла какой-то дурацкой морковке, никуда не девается. И обижать поваров тоже не хочется. В общем, сплошные противоречия.

— Что ты собираешься сегодня готовить? — спрашивает Вероника, и я по голосу слышу — она пытается меня отвлечь.

— Круассаны, — отвечаю я. — Марк обещал показать мне, как их правильно готовить.

Вероника усмехается уголком губ.

— Значит, теперь, когда он вернулся, ты будешь убегать с ужина ещё раньше обычного?

— Он тут не при чём! — бросаю на сестру полный возмущения взгляд. — И вообще, если бы было можно, я бы сбегала ещё до подачи горячего, даже без участия в этом Марка!

— Ну-ну, — она явно не верит.

Перевожу дыхание, пытаюсь успокоиться.

— Я просто ухожу сама, когда считаю нужным. И я знаю, сколько мне нужно здесь пробыть, прежде чем это станет прилично.

— Не