Романтическое путешествие - Клэр Бакстер

Она расслабилась.

— А позже я узнала, что мои братья следили не только за мной, но и за моими друзьями. Вот так. Им можно было встречаться с девочками моего возраста, а мне было нельзя встречаться с их ровесниками. Или вообще с мальчиками любого возраста.

— А что думали об этом ваши родители?

— То же, что и братья. Они очень строгие. Им не нравилось, что я дружу с австралийскими девочками, потому что они могут развратить меня. Им бы хотелось держать меня взаперти до замужества, хотя не знаю, как бы я могла найти себе жениха при таком образе жизни. — Она вздохнула. — Честно говоря, трудно расти в итальянской семье в такой стране, как Австралия.

— Трудно?

— Поймите меня правильно. У меня было счастливое детство, но в эмиграции происходит смешение двух культур. Мои родители были приверженцами старых обычаев, а я была частью другого мира. Уверена, что и на их родине многое изменилось, но они сегодняшней Италии не видели и представляют ее такой, какой она была во времена их молодости. Вы понимаете меня?

— Я понимаю, из-за чего возникали проблемы.

— Все, чего хотела я, отличалось от того, что они делали в юности, поэтому было неправильно. Одежда, музыка, танцы… и во всем они винили новую страну.

— Так вам не разрешали быть похожей на ваших друзей?

— Нет. С нами жила еще моя бабушка. Из-за нее было так неловко.

— Почему?

— Я стояла в столовой вместе со всеми, чтобы купить что-нибудь на завтрак, когда появлялась бабушка с домашней едой. Она заставляла меня есть то, что она принесла, и я не могла ей отказать.

Лисса отмахнулась, когда Рик рассмеялся.

— Вы думаете, это забавно, но тогда мне было не смешно. А еще хождение за покупками. Вы даже не представляете, что это было такое.

— Почему?

— Например, покупка овощей или фруктов. Не знаю, как здесь, но там продавцы не любят, чтобы вы трогали товар руками. Они даже помещали надписи по этому поводу. Но мои мама и бабушка делали вид, что не умеют читать по-английски, и хватали все, что было в магазине. Они практически выдавливали сок из того, что не решались купить.

— Вы ведь преувеличиваете?

— Совсем нет. — На самом деле она немного преувеличила, но было приятно слышать, как Рик смеется после их предыдущего грустного разговора. — Я могла бы продолжить. Просто считайте, вам повезло, что вы не росли за границей.

— Наверное.

— А вы ездили куда-нибудь?

— Да. Я даже жил за границей, в Англии. Какое-то время я играл в английской команде.

— В самом деле? Это объясняет, почему вы так хорошо говорите по-английски. Вам там понравилось?

— Да. Я бы еще остался, но мой клуб затребовал меня обратно. Я путешествовал по Европе, был в Америке, но никогда не был в Австралии. — Он выехал на главную дорогу. — Вот и гостиница.

Лисса увидела трехэтажное белое здание со сводчатыми окнами, выходящими на балконы.

Красивая молодая женщина за конторкой приветливо улыбнулась Рику.

— Мы ждали вас.

Лиссу она, казалось, просто не заметила. Но разве можно было сердиться на девушку за то, что она пожирала глазами Рика? Ей самой надо прекратить это делать — ведь он интересует ее только как гид, а не как мужчина.

Рик подошел к ней, и они договорились встретиться за обедом, а потом разошлись по своим комнатам.

В номере Лиссы была кровать с голубым покрывалом, на балконе — кадки с красными пеларгониями. Сквозь сосны открывался вид на море. Они присела на край кровати. Хотелось прилечь, но она знала, чем это может кончиться.

Имело смысл пойти в душ и освежиться перед обедом. Так она почувствует себя лучше. Лисса вытащила из чемодана одно из своих вечерних платьев и взяла его в ванную.

После душа она распрямила все завитушки и наложила косметику. Потом натянула простое зеленое платье и встала перед зеркалом.

Неплохо. Немного поправилась, но это благодаря аппетиту, а не чему-нибудь другому. Платье не обтягивало, а подчеркивало ее изгибы.

Влезла в туфли на высоких каблуках. Она совсем не хочет произвести впечатление на Рика, но нужно же показать ему, что она взрослая женщина.

Когда Лисса вошла в ресторан, по лицу Рика было понятно, что ее цель достигнута. Она ощутила возбуждение.

Он молчал, и девушка не удержалась от вопроса:

— На какой возраст я сейчас выгляжу?

Он улыбнулся.

— На древний.

Рассмеявшись, она сделала глоток воды, которая уже стояла перед нею.

— Принимаю это как комплимент.

Он кивнул и сел. Когда он смотрел на нее, глаза у него блестели.

Вдруг разволновавшись, она пустилась болтать, пока ела картофельные клецки, потом салат, сыр и мороженое на десерт.

Вернувшись в свою комнату, Лисса чувствовала себя отдохнувшей и счастливой. Давно ей не было так хорошо — с того дня, когда она сообщила Стиву о беременности.

Отогнала мысли о Стиве. Он уже в прошлом. Не хотелось тратить драгоценное время на мысли о нем. Не хотелось думать и о том, как она справится одна. Казалось, что она вошла в новую действительность, где не надо беспокоиться о будущем, а только ждать следующего дня.