Путешествие в любовь - Джудит Мэлори

— Александр, нам надо поговорить, — осторожно начала девушка.

— Ты впервые назвала меня по имени. — Черты лица Александра стали потихоньку разглаживаться.

— Мы давно перешли на «ты», и «мистер Питсулис» здесь было бы неуместно. — Мелани робко улыбнулась, и у смотревшего на нее мужчины перехватило дыхание. — Мне хотелось бы знать: Димитриос в курсе, что я прилетаю?

— Нет, я ему ничего не сказал. Не стал заранее обнадеживать — я не был уверен, что застану тебя в Лондоне. — Он потянулся к бутылке и налил себе еще бокал. — Маленьким пташкам свойственно перелетать с места на место, а у меня не так много времени, чтобы гоняться за ними по всей Англии.

— Значит, если бы ты не застал меня дома, вернулся бы в Грецию один?

Мелани сразу же пожалела, что не задержалась на пару дней в Сан-Диего, а ведь у нее была такая возможность.

— Не совсем так, — сказал Александр. — Я что-нибудь придумал бы, но непременно нашел тебя. Когда ты увидишь Димитриоса, то поймешь, почему я веду себя подобным образом. На него больно смотреть. Первое время я боялся оставлять его одного, с ним постоянно кто-нибудь находится. И лишь когда он мне поклялся, что ничего с собой не сделает, я отправился в Англию. Не считая бабушки, он единственный близкий мне человек.

Мелани стало жалко Димитриоса. Неудивительно, что Александр так груб с ней. Он считает ее виновницей в бедах, постигших Димитриоса. Ей отчаянно захотелось все рассказать, признаться и как-то утешить его, прижаться к крепкой груди, запустить руки в непослушные черные волосы и сказать, что все будет хорошо. Она, как наяву, представила нарисованную воображением картину, и по спине пробежал холодок.

— А бабушка живет с вами? — задала вопрос Мелани.

— Да, — Александр кивнул. — Ей уже за восемьдесят, но она полна сил и энергии. Именно она сейчас присматривает за Димитриосом. У нее бойцовский характер, и мы до сих пор вынуждены считаться с ее мнением, иначе смело можно попрощаться со спокойствием в доме.

При воспоминании о бабушке его губы расплылись в улыбке, обнажив ряд белых зубов. Сейчас в нем исчезли повадки хищного зверя, и Мелани подумала, что в такого Александра не долго и влюбиться. Она не сомневалась в его успехах у противоположного пола.

— А она… знает о моем… ну, что я приеду?

— Да, я с ней говорил о тебе, — неожиданно Александр хмыкнул, чем вызвал у нее интерес. — И знаешь, что она мне сказала?

Мелани отрицательно покачала головой.

— Чтобы я не смел тебя обижать. — От удивления девушка вскинула голову, и они встретились взглядами. — Видишь ли, она считает, что у меня слишком буйный характер, и я, цитируя дословно, «могу обидеть крошку», сделать тебе больно. Донья Кристина уверена, что произошло нелепое недоразумение, и «бедная девочка» ни в чем не виновата. Так что, Мелани, у тебя в моем доме есть очень хороший заступник.

Мелани скрестила руки на груди, чем еще сильнее подчеркнула их соблазнительные округлости.

— Я рада, что хоть кто-то на моей стороне.

— И ты забываешь о Димитриосе.

— О нем совершенно другой разговор. Ты будешь удивлен нашей встречей.

— Не уверен, — резко бросил он. — Скажи, Мелани, зачем тебе понадобилось говорить ему, что он — единственная твоя любовь? Димитриос был без ума от тебя, и все принимал за чистую монету. Зачем ты согласилась выйти за него, если с самого начала знала, что это фарс? Ты сломала его, Мелани, искалечила его душу!

— Все изменится.

Мужчина с грохотом поставил бокал и подошел к ней.

— Что ты имеешь в виду? Я тебя предупреждаю в последний раз…

— Хватит угроз! Надоело! — вспылила она. — Ты знаешь только верхушку истории, но на самом деле никому неизвестно, что творится в душе Димитриоса!

— О! Значит, все-таки задело за живое! — торжествующе воскликнул Александр.

— Конечно! Ты не представляешь, до какой степени мне понятно и знакомо то, что он переживает! Можешь не верить, но это действительно так. Я знаю, что такое отчаяние, когда никто не в состоянии уменьшить боль, рвущую тебя изнутри на части, даже самые близкие и родные люди!

Такого всплеска эмоций Мелани от себя не ожидала, но он затронул запретную тему. На глазах у нее заблестели слезы. И она судорожно провела ладонью по лицу.

— Извини. — Александр протянул к ней руку, но Мелани, боясь его прикосновения, отшатнулась.

По его лицу пробежала тень, и он нахмурился. Мужчина заходил по комнате, как совсем недавно делала она. Плечи его сгорбились, он нервно запустил пятерню в волосы. Она продолжала сидеть, съежившись в кресле, и из-под опущенных ресниц наблюдала за ним.

— Может быть, — наконец произнес Александр сдавленно, — я повторяю, может быть, я и ошибаюсь. Прав я или не прав, покажет время. Пока что я знаю одно: я тебе не доверяю. И считаю твой поступок подлым. Но ты тоже человек и, значит, не застрахована от ошибок.

Мелани не верила своим ушам. Он повторил ее слова, тем самым соглашаясь с ней. Неужели ей удалось немного его смягчить?

— Да, я не знаю всех тонкостей ваших отношений, в этом ты тоже права. Но я вижу тебя, какая ты есть. Эти мягкие серые глаза сначала манят, а потом вдруг скрываются за ресницами, как за ширмой, доводя человека до безумия. Соблазнительные губки чуть приоткрываются, когда ты говоришь, приглашая выпить твою сладость до дна…

— Прекрати, ради Бога, прекрати, — закричала она, не в силах более его слушать. Его слова обволакивали, точно нежнейший бархат.

Быстрым шагом мужчина подошел к ней и руками оперся о подлокотник кресла.

— Прекратить? Ты понимаешь, до какой степени ты сейчас желанна? В этом шелковом халатике с распущенными волосами…

— Александр… — прошептала она тихо, голос изменил ей.

Он поднял лицо и снова посмотрел на нее холодными, насмешливыми глазами. Лицо его отдаленно не напоминало лицо мужчины, который пару секунд назад добивался расположения желанной женщины.

— Не получилось, — сказал он и театрально развел руками, — думал, что смогу довести задуманное до конца и представить тебя Димитриосу в качестве моей любовницы, но, как говорится, не рассчитал сил. Сказывается усталость и возраст. Ладно, спокойной ночи, мисс Мелани Харт. Я оставляю вас одну и удаляюсь.