Только сердце подскажет - Натали Андерсон

– Так чем ты занимался последние пять лет?

– А ты не знаешь?

Она бросила на него холодный взгляд.

– Нет. Ты просто уехал в то Рождество, и все.

Его брови поднялись над очками.

– Хочешь сказать, ты не искала меня в Интернете?

– Нет. – Виктория не смогла сдержать смех от его неуемной гордыни. – Мне не хочется ранить твое самолюбие, но я не преследовала тебя, даже виртуально. – Что вовсе не означает, что она никогда о нем не думала. Но она подавляла свое любопытство и отгоняла от себя мысли о нем. Его слова заинтриговали ее. – А ты когда-нибудь искал информацию обо мне?

Он улыбался, глядя на дорогу, ритмично постукивая пальцами по рулю.

О боже.

– Ты искал. – Она повернулась и посмотрела на него. – Когда?

Информацию о ней было легко найти. Она не изменила фамилию – то, что действительно беспокоило Оливера. У нее был сайт – с ее фотографией. И она, как все, была на Фейсбуке. Виктория нахмурилась и закусила губу. Что же Лайэм узнал о ней в Интернете?

– Когда услышал, что вы с Оливером расстались, – сказал он.

То есть все это время? Одинокая бабочка запорхала у нее в животе.

– Как ты узнал об этом?

– Я все еще общаюсь с некоторыми знакомыми в Лондоне.

– Но не с Оливером? Ты знаешь, что он уехал в Канаду?

Лайэм кивнул.

Тогда он, вероятно, в курсе, что Оливер уехал туда не один. Что еще он знает?

– Откуда ты знаешь Орелию?

Наступила пауза.

– Я один из ее бывших парней.

Сжав руки в кулаки, Виктория не отводила глаз от лобового стекла. Значит, он хотел Орелию. И он ее добился. Потом она вспомнила выражение его лица, когда прервала ту сцену с объятиями. Ему было больно, потому что его любимая женщина выходит замуж за другого?

Виктория наконец выдохнула.

– Вы все еще друзья?

– Мы близки. – Лайэм склонил голову и мельком взглянул на нее. – В это трудно поверить?

Честно говоря, да. Какая женщина может «просто дружить» с Лайэмом Уилсоном? Он был слишком привлекателен.

Удивительно, что он все еще общался с Орелией. Всего несколько лет назад он сжигал за собой все мосты.

– Она бросила тебя? А ты все еще волочишься за ней?

– Я очень нежно отношусь к Орелии, но…

– Но себя ты любишь больше? – Виктория грубо прервала его: она уже сожалела, что спросила.

Он усмехнулся.

– Что во мне так пугает тебя?

– Ничего. Я вовсе тебя не боюсь. – Господи, ну почему ее голос звучит так взволнованно? Она откинула голову на спинку сиденья в надежде, что ветер охладит ее щеки.

– Нет? И все-таки я взволновал тебя однажды. Я заставил тебя желать того, что ты считала запретным. – Он все еще улыбался.

– Ты все такой же самонадеянный и амбициозный. – И все такой же игрок. Она была для него трофеем в очередном соревновании. Он просто не мог справиться с собой – был охвачен страстным желанием побеждать. Даже если речь шла о лучшем друге. Оливер как-то рассказал ей о новичке в их яхтенной команде, одержимом победой во всем.

Она знала это, и все же сердце ее сжималось. Это ведь была не совсем игра? То притяжение было слишком сильным. Не может быть, чтобы она одна настолько реально ощущала это.

И в ту ночь, когда они впервые встретились и обменялись теми пылкими взглядами и кроткими нежными словами, Лайэм не знал, что она подруга Оливера.

– Ты испытала бы сильное разочарование, не будь я таким.

Она закатила глаза, но не смогла подавить интерес.

– То есть ты и Орелия?…

Кривая улыбка на его губах подсказывала Виктории, что он удивлен ее любопытством. Невероятно, но она почти считала, что у нее есть право знать. Он когда-то вмешался в ее личную жизнь – разве это не давало ей определенную свободу действий в ответ?

– Как долго вы были вместе?

– Почти три года.

Виктория была шокирована так же, как в тот момент, когда увидела его входящим в ту комнату в замке. Он был с Орелией дольше, чем она была замужем за Оливером? Должно быть, он любил ее.

Лайэм усмехнулся:

– Я удивил тебя.

– Да. – Виктория вздохнула и кивнула. – Это точно. Но в хорошем смысле. Ты способен на длительные отношения.

– Ты не думала, что у меня получится? – В голосе зазвучала странная нотка.

– Это не вяжется с твоим имиджем.

– А какой у меня имидж?

Виктория повернулась к нему, чтобы взглянуть в глаза, – она хотела подразнить его:

– Неукротимый. Амбициозный. Высокомерный.

Еще очень много прилагательных она могла добавить к этому определению, но не собиралась тешить его и так раздутое самолюбие.

– И что из этого говорит о том, что я не способен на длительные отношения?

– Ну, ты любитель пофлиртовать, – прямо сказала она.

Он засмеялся, и его руки крепче сжали руль.

– Только с тобой.

– Ага, конечно.

Это был еще один яркий образчик его флирта.

Виктория не могла поверить, что он был с Орелией три года. Что разлучило их? Почему она выходит замуж за другого? Виктория догадывалась. Просто Лайэм был не из тех, кто женится. Даже на такой сногсшибательной девушке-мечте, как Орелия. Несомненно, было слишком много других многообещающих возможностей: гонки, трофеи, женщины.

– У тебя сейчас кто-то есть? – Ее любопытство снова взяло верх.

– Нет, – мягко сказал он, растягивая слова. – У меня ведь боязнь серьезных отношений.

Виктория рассмеялась. Хотя она знала, что это было единственное правдивое предложение, которое он произнес за весь день.

– А как насчет тебя? – спросил он. – У тебя новый парень?

Виктория покачала головой:

– У меня та же боязнь.

Теперь засмеялся Лайэм.

– Так что ты не можешь винить меня за то, что я сейчас настолько осторожна и недоверчива, – криво улыбнулась она.

Он сразу перестал смеяться.

– Мне жаль, что у вас с Оливером не получилось.

– Я думала услышать от тебя «Я же говорил».

Лайэм покачал головой:

– Он был идиотом. – Молчание. – Да мы все были дураками.

Виктория вжалась в сиденье. Это она была круглой дурой. Она была не в состоянии постоять за себя и сказать, чего действительно хотела. А на самом деле ей не был нужен ни Оливер, ни Лайэм. Что она действительно хотела – это свобода и независимость, но у нее не хватало смелости заполучить их. Теперь она наконец-то была свободна и независима, и просто так от этого не откажется.