Любитель женщин - Голди Росс

— Эмма мне нравится, и мне захотелось, чтобы она жила в этой квартире.

Рой прищурился.

— Вам стало трудно управляться с домом одной?

— Ерунда, конечно нет! Два раза в неделю приходит уборщица, больше мне ничего не нужно.

— Может, вам одиноко?

— У меня слишком много дел, чтобы чувствовать себя одинокой.

— Тогда почему…

— Я же сказала, она мне понравилась, — нетерпеливо прервала его Аманда. — Ей нужно было где-то жить, а у меня…

Вот оно, подумал Рой, и выпалил:

— Она бездомная бродяжка!

То, что он увидел утром, позволяло сделать подобное умозаключение.

— Рой, не будь таким снобом, — упрекнула Аманда, — разумеется, она не бродяга.

— Откуда вы знаете? Вы навели о ней справки?

— Нет, но…

— Я так и знал.

— Рой, дай же мне сказать! У нее хорошая работа.

— Да? И где же она работает?

Аманда была вынуждена признаться, что не знает. Эмма ей говорила, но Аманда не запомнила. Скептицизм Роя усилился.

— Но Эмма не эксплуатирует мое хорошее отношение к ней. Если хочешь знать, именно она настояла на том, чтобы мы заключили официальный договор.

Это еще более подозрительно, решил Рой.

— Она подстраховалась. Предусмотрительная особа.

— Ты всегда подозреваешь самое худшее! — возмутилась Аманда. — Между прочим, это вредно для здоровья. Может развиться язва желудка.

— От общения с упрямыми тетушками — тоже, — усмехнувшись, парировал Рой. Он посерьезнел. — Так вы собираетесь потребовать у нее рекомендации? Если нет, это сделаю я.

Аманда покачала головой.

— Рой, тебе нужно научиться доверять людям.

— Значит, я займусь ее рекомендациями.

С тем он и ушел. Аманда выждала немного, давая племяннику уйти подальше, потом довольно улыбнулась, подбросила в воздух перчатки и издала победный клич:

— Есть!

Эмма услышала этот вопль. Она лишь слегка остыла после инцидента с гостем Аманды. Эмма не знала, на кого больше злится: на этого типа за его высокомерие или на себя за глупость. Подумав, она пришла к выводу, что главная причина ее гнева — ни в том, ни в другом. Больше всего ее возмутило то, как незнакомец на нее смотрел. Никто не смел смотреть на нее таким взглядом!

Она сердито сорвала с себя одежду и пошла в ванную. Только увидев свое отражение в большом зеркале, Эмма ужаснулась и отчасти поняла, в чем дело. Лицо бледное, помятое, вокруг глаз разводы от туши, волосы… на волосы вообще смотреть страшно. Кикимора, да и только! Эмма издала короткий смешок, но гнев быстро вернулся. Пусть она выглядела странно, никто не имеет права смотреть на нее, как на насекомое, и если она когда-нибудь увидит этого типа снова, то так ему и скажет. А пока нужно выкинуть его из головы. G этой мыслью Эмма включила воду и встала под теплые струи.

После душа она прошла в кухню и открыла дверцу холодильника. Пакет прокисшего молока, бутылка минеральной воды, две вялых морковки — не густо. Эмме было совершенно необходимо срочно выпить кофе, а черный она не пила. Делать нечего, придется идти в магазин. Взглянув в окно, она увидела, что на улице дождь и, судя по всему, холодно. Выходить не хотелось, но желудок напомнил о себе урчанием.

Может, один разок выпить кофе без молока? Или подождать, пока от Аманды гость уйдет и занять молока у нее? Эмма решила ждать. Но время шло и шло, дождь полил сильнее, а звука закрываемой двери она так и не услышала. Проклятье!

Эмма нашла зонтик, взяла сумочку с ключами и кошельком, и направилась к выходу.

Рой злился. Он сидел во взятой напрокат машине и наблюдал за домом тетки. Роль частного детектива была ему не по душе, Рой чувствовал себя одновременно и нелепым, и жалким, при этом ни одно из ощущений ему не нравилось. И в этом тоже виновата квартирантка Аманды, подумал он. Однако я обещал тетке заняться этим делом — и займусь.

К счастью, ждать долго не пришлось. Парадная дверь отворилась, и в щель юркнула фигурка, тут же спрятавшаяся под зонтом. Рой испытал необъяснимое удовлетворение: квартирантка его тетки выглядела очень подозрительно, глядя на нее, легко было представить, что она скрывается от полиции.

Эмма не заметила темно-серый седан, припаркованный на другой стороне улицы. Зонт почти не спасал от струй воды, которые ветер бросал в лицо. В конце концов Эмма выставила зонт перед собой как щит и, не глядя по сторонам, двинулась к магазину.

Седан медленно тронулся. Эмма не заметила и этого. Если бы несносный тип не поднял ее с постели, она до сих пор спала бы, и ей не понадобился бы кофе с молоком, и не пришлось бы тащиться под дождем в магазин. Наконец она нырнула в дверь небольшого магазинчика и вскоре вышла оттуда с пакетом, из которого выглядывал длинный батон. Эмма пришла за молоком и не собиралась покупать хлеб, но соблазнилась аппетитным запахом. Выйдя из двери, она на кого-то наткнулась.

— Ой… извините…

И тут она увидела, кто стоит у нее на пути. Виноватая улыбка сбежала с ее лица.

— Что вы здесь делаете?

— Слежу за вами, — не стал притворяться Рой.

— За мной?!

Эмма подозревала подобное, но все равно опешила, услышав бесстрастное признание типа, что он следит за ней.

— Я хотел с вами поговорить, — сказал он, словно это его оправдывало.

— Мы уже поговорили.

Пакет в руках Эммы опасно накренился, Рой ловко подхватил чуть было не выпавший длинный батон, а затем, к изумлению Эммы, отломил горбушку и отправил в рот.

— Неплохо, — небрежно заметил он с видом знатока.

— А вы, конечно, крупный специалист?

Рой озорно улыбнулся.

— Практика, знаете ли.

Эмма не могла не отметить, что у него обаятельная улыбка, это ее встревожило: она не желала, чтобы ее влекло к какому бы то ни было мужчине. Один неудачный опыт у нее уже был, больше ей не нужно, а этот высокомерный тип уже заставил ее почувствовать себя дурочкой, чего с ней давно не случалось. Эмма прижала пакет к груди и кивнула в сторону магазина.

— Там сколько угодно хлеба, идите и покупайте.

Эмма ждала, что он обойдет ее или посторонится, но мужчина не двинулся с места.

— Я же сказал, мне нужно с вами поговорить.

— Здорово! А если я не хочу, это, по-вашему, ничего не меняет.

— Боюсь, что нет. — В его тоне не было и намека на извинение. — Пойдемте, а то мы оба промокнем. Я на машине.

Он забрал у Эммы пакет.

— Отдайте мои покупки! — потребовала она.

— Не упрямьтесь.