Поверь в любовь - Ирина Надеждина

– Нет. Если ты устал и хочешь, чтобы я ушла, я уйду.

– Нет, только не это, – он налил кофе в чашки. – Коньячок сюда принести или туда пойдем.

– Можем посидеть здесь и без коньячка. Слушай, а, может, тебе просто стоило пригласить к себе какую-нибудь свою подружку и провести с ней ночь?

– Все мои подружки разбегаются после первой же ночи, проведенной со мной рядом. Я уже пять лет нормально не сплю, мечусь во сне, кричу, просыпаюсь каждый час. Я вообще-то могу трахаться до утра, но девчонкам иногда хочется спать. Поэтому сплю я один, без подружки, охрана и сын привыкли. Собственно, охрана за дверью, сын в другой спальне. Последняя моя подружка смоталась от меня две недели назад. До этого она очень упорно просилась провести со мной не вечер часов до одиннадцати – двенадцати, а нормальную ночь. Ну, прокувыркались мы с ней в постели не как обычно три – четыре часа, а с восьми вечера до двух ночи. Потом она заснула. Я вроде бы тоже устал. Курил часов до четырех, а потом не выдержал и заснул. Утром она меня послала со всеми моими бабками, внешностью, подарками и крутым сексом, и сказала, что если она еще раз проведет со мной спящим хоть два часа, то просто умрет от страха. Теперь я один.

– Ты сказал, что кого-то любишь. Это про неё?

– Нет, – он снова смутился. – Её я, слава Богу, не любил.

– Тогда я тебя не понимаю. Кого-то любишь и, в то же время, никого нет. Странно.

– На ту, которую я люблю, я не имею права.

– Ты в этом уверен?

– Да. Я же тебе уже сказал, что я старый неврастеник с кучей проблем не финансового характера.

Ника удивленно смотрела на него. Владислав опустил глаза.

– Не смотри на меня так, – попросил он.

– Как?

Ответить он не успел. Мигнул и погас свет. Ника испуганно ойкнула. В следующий момент она почувствовала на своей руке его ладонь.

– Что с тобой? – спросил он.

– Ничего, просто я темноты с детства боюсь, – смущенно пояснила Ника.

– Не бойся, я же рядом.

– Не боюсь. Только ты пересядь, пожалуйста, поближе.

Он сел рядом. Ника слышала его дыхание, он все также держал её за руку. У неё закружилась голова. Повинуясь непонятному порыву, она прижалась к нему, и коснулась губами его щеки.

– Девочка, я не имею на тебя права, – почти шепотом сказал он.

– Имеешь. Я даю тебе это право. Тебе ведь сейчас тяжело и больно, а я хочу тебе помочь. Я не испугаюсь, если ты потом будешь кричать во сне. И ещё, я ни на что не претендую.

– Замолчи, – он прижал палец к её губам. – Ты можешь претендовать на все. Я люблю тебя.

– Но…

– Я же сказал: у меня либо сразу, либо никогда. Я говорил о тебе. Я прошу тебя только об одном, не надо, таким образом, меня жалеть.

– Я не жалею тебя.

– Ты не боишься? Мы ведь почти не знаем друг друга…

– Нет. Мне хорошо с тобой.

Он в темноте губами отыскал её губы. От его поцелуев у Ники пропало ощущение пространства и времени. Она отвечала ему, как могла нежно. Когда сильные руки Владислава коснулись её тела, она зашептала:

– Только не здесь…

Легко, будто пушинку, он поднял её на руки и понес наверх, в спальню. Она прижалась к нему, как ребенок, и только удивлялась, как хорошо он ориентируется в темноте.

В комнате все продолжалось так же. Она попала в водоворот, ещё неизвестных ей ощущений, этот водоворот кружил и уносил в бездну, на дне которой было сумасшедшее наслаждение. Ника закрыла глаза и полностью погрузилась в этот водоворот. Очнулась она от острой резкой боли, пронзившей её тело. Боль была настолько сильная, что она застонала, а на ресницы сами собой навернулись слезы. Владислав замер и прошептал:

– Зачем?

– Я так хочу… Прошу тебя продолжай…

– Прости. Я люблю тебя.

На губах Ника почувствовала с поцелуем привкус слез и не могла понять, чьи это слезы. Понемногу боль утихла, и ей стало снова хорошо от ощущения его сильного гибкого тела. В какой-то момент Владислав сделал резкое движение, застонал и замер, а Ника ощутила, как в неё проливается густая влага. Через минуту он покрыл её тело благодарными поцелуями и откинулся на подушку.

– Как ты, маленькая моя? – путаясь пальцами в её волосах и обнимая её, спросил он.

– Хорошо.

– Прости, я сделал тебе больно. Почему ты не сказала, что я у тебя первый?

– Какое это имеет значение? Я хотела быть с тобой.

– Почему?

– Я хотела быть твоей женщиной. И больно мне было совсем чуть-чуть. А тебе? – в её голосе послышалось смущение. – Тебе не понравилось?

– Все было прекрасно. Мне никогда и ни с кем не было лучше.

– Поцелуй меня ещё раз, мне так хорошо с тобой.

– Почему ты хотела быть моей женщиной? – после поцелуя спросил он.

– Потому что ты самый чудесный мужчина, которого я встречала в жизни. Ты мне нравишься.

– А как же мальчики?

– Мне не нужны мальчики. Мне нужен только ты.

– Ты не оставишь меня?

– Нет. Скажи, то, что говорил.

– Я люблю тебя, солнышко мое.

– И я люблю тебя. Я хочу быть с тобой.

– Но…

– Я прошу тебя, – она прильнула к нему и обвила его шею руками.

В этот раз больно ей почти не было.