Такая разная любовь - Вера и Марина Воробей

– Ты умеешь быть убедительным, когда хочешь, – сдалась впечатлительная Кошка. – Иди, Шустов. Доверяю тебе подвешивать шарик к магниту.

Опыт обещал превратиться в настоящее зрелище! Шустов чуть ли не побежал к доске. Метелкин чисто по-дружески подставил ему подножку. Борька споткнулся, но устоял, а Юрка получил подзатыльник, тоже по-дружески.

Кошка этого не заметила. Она возилась с прожектором со стробоскопическим эффектом. Проще говоря, с прибором, который мигал с определенной частотой, в данном случае – десять герц.

– Поскольку наша школа не имеет богатых спонсоров, которые могли бы подарить нам видеокамеры и компьютеры, мы пойдем простым путем, – сообщила завуч. – Объясняю технику предстоящего опыта. Шарик будет падать вниз так часто, как нам это понадобится. Этим займется Боря. Он будет включать магнит и подвешивать шарик для следующего измерения. А один из вас станет фиксировать мелом на доске положение падающего шарика в определенные моменты времени. Здесь нужен точный глаз.

– Ирка Дмитриева, – подсказали Кошке девчонки. – У нее глаз художника, точнее не придумаешь.

– Согласна.

Ира пошла к доске, взяла мел, встала так, чтобы ей были видны доска и шарик.

Проще простого: шарик падает в мерцающем свете, Борька его снова подвешивает, а ты отмечаешь на доске точку за точкой. И в конце концов они дружно определяют величину земного ускорения.

Они уложились точно в срок, со звонком. Кошка ушла, все повскакали с мест. Стали запихивать тетрадки в рюкзаки, сумки, галдя не переставая, и тут услышали:

– Никто никуда не уходит!

В классе недовольно заворчали: опять штучки старосты. Юля не придала этому никакого значения. Она подошла к учительскому столу, а Марина для большей убедительности загородила дверь. Сводных сестер и подруг одноклассники называли АББА. Одна из них – Юля – была блондинкой, другая – Марина – брюнеткой. Юля к тому же была отличницей и бессменной старостой.

Аня, переглянувшись сначала с Ваней, потом с Ирой, сморщила нос, выражая недовольство. Ира знала, что парочка спешила на ВВЦ за новым плеером для Ани. Лиза с Тусей послушно заняли свои места, но было заметно, что дай им только волю – и их тут же ветром сдует. Что уж говорить о парнях! Те ерзали на стульях, как на россыпи кнопок.

– Ну давай, паркуйся скорее, Туполева! – прикрикнул на Юльку Димка Савушкин.

– Сова, ты потише! – предупредил лопоухий Колька, усаживаясь на парту верхом.

Перекрывая шум голосов, Юлька прямо спросила:

– У вас совесть есть?

– А в чем проблемы? – отозвался Максим, считающий себя совестливым человеком.

– В том! – отрезала Юлька. – Вы все в курсе, что Федор Степанович в больнице. Так?

– Так.

– Все старшие классы директора уже навестили, кроме нас. Бледно выглядим!

– А может, мы самые сострадательные в этом смысле. Человек болеет, а к нему толпа визитеров косяком валит, – рассудил Юрка Метелкин.

– А Людмила Сергеевна говорит, что он уже идет на поправку и очень рад, когда к нему приходят ученики.

– Вот ты и иди, – предложил Шустов. – Тебе по штату положено.

– Я-то пойду, а кто со мной?

– Кто же, как не Колян. Он же в тебя влюблен по самые гланды!

Колька Ежов показал кулак Борьке, но на губах его играла улыбка. Он и Юлька не первый год регулярно встречались после уроков, так что глупо было спорить и лезть в драку. Конечно, были и у них свои черные пятна на солнце, но об этом знали только избранные.

– Я серьезно с вами говорю! – строго приструнила Юлька.

Ира подумала, что ей полезно прогуляться, развеяться.

– Я могу пойти, – предложила она.

– Так и быть, я тоже составлю вам компанию, – подключился Юрка Метелкин. – Глядишь, зачтется при случае.

– Это точно, – мрачно пошутил Борька, – ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Это все? Или еще что-нибудь, председатель?

– Пока все! Завтра «окно» на третьем уроке – обсудим новогодний бал, – пообещала Юля, а Марина, верный помощник, незаметно отошла от двери.