Ключ к разгадке - Хельга Нортон

Свалившись почти без чувств на газон, она затуманенными глазами наблюдала, как высокий человек, только что спасший ее, вернулся в Монжуа и через секунду появился опять с бабушкой на руках.

Меньше всего Мэри могла предположить, что они встретятся вот так — избегая взгляда друг друга, склонившись над распростертой на земле Шанталь. И, уж во всяком случае, ей вовсе не хотелось быть чем-то обязанной ему! Впрочем, Патрик, кажется, на какую-то особую благодарность и не рассчитывал. Убедившись, что ее бабушка дышит, он поспешил назад, чтобы помочь другому мужчине, выносившему из дверей Терезу.

— Вот сюда, — сказал Патрик, и голос его был полон спокойствия. — Здесь они будут в безопасности. — Его взгляд остановился на Мэри, и на миг посреди всей этой паники и страха искра взаимопонимания, более опасная, чем пламя в доме, пробежала между ними, мгновенно сменившись полным безразличием в его голубых глазах. — В доме есть еще кто-нибудь? — спросил он.

Мэри покачала головой и приложила руку к своему обожженному горлу.

— Нет. Там никого не осталось.

Незнакомый мужчина приятным голосом спросил:

— Где ваш садовый шланг? Пламя, похоже, ограничилось только одной комнатой. Может быть, мне удастся погасить его или, по крайней мере, не дать распространиться дальше.

— Даже и не пытайтесь идти туда снова! — коротко проговорил Патрик. — Нечего разыгрывать из себя героя: нам совсем ни к чему еще одна жертва.

— Не беспокойтесь: я разобью окно и буду действовать снаружи. — Манера поведения незнакомца была спокойной и убедительной. — Не можем же мы просто стоять и смотреть, как имущество семьи уничтожается огнем!

— Поступайте, как считаете нужным, — пробормотал Патрик, опускаясь на корточки рядом с Шанталь, чтобы проверить ее пульс.

Через несколько секунд он сел на землю и шумно перевел дыхание. Не успев подумать, Мэри протянула руку и коснулась его локтя. Если бы она схватилась за оголенный провод, удар тока едва ли потряс бы ее больше! Быстро убрав руку, Мэри спросила:

— Как она?

— Похоже, что лучше, чем вы обе, — ответил он, кивнув на Терезу, которая лежала на земле и шумно дышала.

Его безразличный тон и то, что он не соизволил даже взглянуть на нее, заставило Мэри почувствовать себя человеком, вмешивающимся в чужие дела. Раздосадованная, она возразила так резко, как только ей позволяли обожженные легкие:

— Как это может быть? Она ведь лежала без сознания на полу!

— Вот именно, — высокомерным тоном ответил Патрик, как будто только полный идиот не может понять таких простых вещей. — Дым поднимается вверх. Она почти не наглоталась вредных веществ.

Тут Шанталь решила, что пора вмешаться: ей явно не понравилось, что о ней говорят так, будто ее здесь нет.

— Я вовсе не теряла сознания, — заявила она. — Я просто поскользнулась и упала.

— В самом деле? — бесстрастно спросил Патрик. — А как вы чувствуете себя сейчас?

— Чертовски плохо, Патрик Мэйн! И если бы ты был настоящим врачом, то понял бы это, не спрашивая.

Сохраняя прежнюю невозмутимость, Патрик начал осматривать ее, легкими прикосновениями ощупывая шею и руки.

— Не хотите рассказать мне, как именно случилось, что вы упали?

— Я пыталась сообщить своим домочадцам, что в доме пожар.

— А из-за чего, как вы думаете, он начался?

— Понятия не имею, — ответила она ледяным тоном.

— Все произошло так же, как и в прошлый раз, — проговорила Тереза. — Мадам…

— Помолчи! — перебила ее Шанталь. — Как ты можешь хоть что-нибудь знать, если ты была наверху и храпела так громко, что я не могла заснуть?

Именно в этот момент среди деревьев появилась Дороти Мэйн, бабушка Патрика, закутанная в шаль поверх парчового пеньюара, с растрепанными волосами, свисающими ей на спину длинной седой гривой.

— Слава богу, Патрик вытащил вас живыми! — вскричала она, описывая лучом карманного фонарика широкую дугу и вглядываясь в каждую из женщин. — Вы ведь все могли зажариться прямо в собственных постелях!

— Ты, должно быть, ужасно разочарована, — заметила Шанталь, злорадно глядя на нее.

— Нехорошо так говорить, Шанталь Дюбуа! Я никому не желаю смерти, даже тебе.

На счастье, в этот момент раздался вой сирен, оповещая о прибытии «скорой помощи» и пожарных машин. Тем самым был предотвращен еще один раунд многолетней вражды между двумя вдовами.

— Трое пострадавших, но ничего серьезного, — проинформировал Патрик врачей «скорой», пока брандмейстер давал указания своим людям. — Вот у этой старой леди недавно был удар, две другие просто наглотались дыма. Тем не менее, ночь в больнице не повредит ни одной из них.

— Мне лично не нужна никакая госпитализация! — объявила Шанталь, пытаясь сесть. — А вот Терезу заберите в любом случае: она пыхтит как паровоз.

Патрик пожал плечами, зная по опыту, что спорить со старухой бесполезно. Но когда та заявила, что намерена остаться в собственном доме, в его голосе появились едва различимые нотки раздражения.

— Если вы отказываетесь последовать моему совету, тогда вам надо подумать о каком-то другом пристанище. Не может быть и речи о том, что вас пустят в ваш дом сегодня и, я подозреваю, в ближайшее время тоже.

— Патрик абсолютно прав, — вмешалась Мэри. — Мы вызовем такси и снимем номер в отеле, а утром я свяжусь с семьей и договорюсь, чтобы вы временно пожили у…

— Ты не сделаешь ничего подобного, Мэри Клэр! Более того, если ты попытаешься использовать это досадное происшествие, чтобы заманить меня к кому-то из моих детей, ты больше не будешь желанной гостьей в моем доме.

— В таком случае она будет желанной гостьей в моем! — вступила в разговор Дороти. — И тебе советую подумать об этом предложении, Шанталь Дюбуа, хотя я и сама не понимаю, почему приглашаю тебя к себе. Очевидно потому, что ты превратилась в жалкую старуху, и я молю Господа, чтобы и мне не стать такой же, когда я достигну твоих лет.

— Ты уже достигла и даже превзошла!

Дороти возмущенно вскинула голову и отвернулась, намереваясь отправиться назад тем же путем, которым пришла.

— Я не буду зря тратить времени, споря с тобой, — бросила она через плечо. — Если мой дом для тебя недостаточно хорош, можешь спать хоть здесь, под звездами. Мне все равно! Мэри Клэр, если ты решишь воспользоваться моим приглашением, ты знаешь, где я живу.

Она была уже почти на границе двух поместий, когда Шанталь с явной неохотой прокричала ей вслед:

— Я никогда не говорила, что твой дом недостаточно хорош, ты, глупая женщина!

Дороти резко обернулась.

— Следует ли это понимать так, что ты хочешь, чтобы я приготовила для тебя комнату? — спросила она, явно наслаждаясь победой.