Невинный обман - Джорджетт Хейер

– Дорогуша, но это же было давным-давно! – раздраженно воскликнул лорд Биденден.

– Может, и так, но я ничего не забыла и всегда буду благодарна своему кузену Камиллу.

– Смехотворно.

– Это ты смешон, Джордж, однако я согласен с тем, что наш двоюродный дед не проявил деликатности в таком деле, – сказал преподобный Хью. – Все мы попали в весьма неловкое положение. Я убежден, что наша кузина не будет возражать, если вы с Долфинтоном удалитесь… Я настаиваю на этом…

– Уверен, это вполне соответствовало бы твоим желаниям, дорогой братец, – произнес его светлость, – я бы с радостью сделал тебе такое одолжение, однако отходить ко сну в семь часов вечера не намерен.

– Но, Джордж… Ложиться спать нет никакой необходимости.

– Боюсь, есть, – нахмурившись, произнес лорд Биденден. – Не сомневаюсь, что наш хозяин велел разжечь в камине библиотеки яркий огонь, но я буду весьма удивлен, если найду еще где-нибудь хотя бы зажженную свечу.

– В его спальне тоже горит, – сказала Китти. – Если вы не против общества мисс Фишгард, то можете пойти в классную комнату. Впрочем, там вам, полагаю, не понравится.

– Пожалуй, что нет.

– Нашему дорогому Долфинтону там тоже не понравится. Кстати, он хочет что-то сказать, – заявила Китти, заметив, как лорд Долфинтон безмолвно открыл и закрыл свой большой рот, силясь произнести что-то.

– Что ты хочешь сказать, Фостер? – мягким тоном осведомился священник.

– Я не желаю идти с Джорджем! – произнес лорд Долфинтон. – Мне он не нравится. Я сюда не к нему приехал. Его здесь быть не должно. Джорджа не приглашали.

– Боже правый! Опять за старое! – пробормотал лорд Биденден. – Ты можешь с одинаковым успехом пойти к себе в спальню, Долфи, или продолжить сидеть тут сиднем.

– Не пойду, – набравшись храбрости, заявил его собеседник. – Я холост, и я… граф.

– Ну и что, ради всего святого, из этого проистекает? Хотел бы я…

– Это важно, – сказал лорд Долфинтон. – Выйдя замуж за графа, девушка становится графиней.

– Как я понимаю, это официальное предложение, – с сарказмом усмехнувшись, произнес лорд Биденден. – Замечательно, Фостер, просто чудесно.

– Вы настолько любезны, что делаете мне предложение? – удивилась мисс Чаринг, не выказав ни тени смущения.

Лорд Долфинтон несколько раз кивнул головой, радуясь тому, что девушка сразу его поняла.

– Я буду польщен, – произнес он. – Не из-за денег… Не в этом дело… Я всегда питал к вам сильнейшее расположение… Сделайте мне честь. Примите мое предложение.

– Право слово! – воскликнул лорд Биденден. – Если бы я тебя не знал как облупленного, Фостер, то, ей-богу, счел бы, что ты еще тот пройдоха.

Лорд Долфинтон, осознав, что утратил нить заготовленной речи, растерялся и покраснел до самых кончиков своих жидких вьющихся каштановых волос. Он бросил умоляющий взгляд на мисс Чаринг. Девушка встала со своего места и пересела на стул подле молодого человека. Успокаивающе похлопав лорда Долфинтона по руке, она сказала:

– Мило, конечно, но я уверена, что сделать мне предложение вас надоумила ваша матушка. Я права?

– Да, – с видимым облегчением произнес лорд Долфинтон. – Я не хотел вас смущать. Простите.

– Ваше поместье заложено, а карманы пусты, вот матушка и решила, что так будет лучше. На самом деле вам совсем не хочется жениться на мне.

Его сиятельство тяжело вздохнул.

– Ага, – с добродушным видом подтвердил он.

– И поэтому я не приму вашего предложения, – сказала мисс Чаринг как можно мягче. – Вы выполнили поручение маменьки. Успокойтесь. Все будет хорошо.

Лоб графа вновь избороздили морщины.

– Нет, не будет, – уныло произнес он. – Мама станет меня бранить и скажет, что я все сделал неправильно.

– Что меня положительно удивляет, так это то, что моя тетя Августа позволила ему приехать сюда одному, – чуть слышно сказал лорд Биденден преподобному Хью.

– Не захотела, – откликнулся лорд Долфинтон, еще раз поразив родню способностью реагировать на замечания, адресованные не ему. – Дедушка Мэтью сказал, что он не позволит ей переступить порог его дома. Он заявил, что я должен приехать один. Я не возражал, но теперь маменька скажет, что я сделал все не так, как она мне велела. Но я же сделал все правильно? Ведь я правильно сделал вам предложение? Я сказал, что граф, сказал, что буду польщен… Но она не поверит мне…

– Не печалься, – произнес лорд Биденден. – Мы все трое, если на то пошло, сможем свидетельствовать в твою пользу. Мы подтвердим, с каким жаром и упорством ты говорил.

– Вы так считаете? – с надеждой в голосе спросил Долфинтон.

– О небеса, дайте мне вытерпеть эту муку! – воскликнул его двоюродный брат.

– Вот терпения тебе явно недостает, – хмуро заметил преподобный Хью. – Можешь быть уверен, дорогой Фостер, ты сделал все именно так, как велела тебе твоя матушка. Не сомневаюсь, что никакие посулы и доводы не подействовали бы на нашу Китти. Нет – значит, нет.

– Спасибо вам, Хью! Вы совершенно правы, но позвольте мне самой говорить за себя, – сказала мисс Чаринг. – А вы сами не будете делать мне предложение руки и сердца?

Лорд Долфинтон, сумевший успешно провалить задание матери, теперь с интересом смотрел на своего кузена-священника.

– Уму непостижимо! – воскликнул лорд Биденден.

Священник был явно не в своей тарелке. Поколебавшись, он натянуто улыбнулся и произнес:

– Ситуация весьма щекотливая, поэтому я предпочел бы остаться с вами тет-а-тет. Тогда мне будет проще.

– Но вы же не станете настаивать на том, чтобы Джордж и бедняга Долфинтон ушли отсюда в нетопленое, неосвещенное помещение, – невозмутимо возразила мисс Чаринг. – Бесполезно просить, чтобы огонь развели в другой комнате. Вы и сами это прекрасно понимаете. Ничто так не раздражает опекуна, как расточительность. Если его попросить, чтобы слуги растопили камин в комнате Фостера или Джорджа, он сочтет, что это напрасная трата дров. А что касается неловкости положения, в котором мы все оказались, то я постараюсь быть предельно откровенной. Лучше будет сразу же прояснить ситуацию: джентльмены, у меня нет ни малейшего желания выходить замуж ни за одного из вас.

– Не сомневаюсь в этом, Китти, но, честно говоря, меня несколько озадачило то обстоятельство, что вы решили поведать о своем отказе таким образом. Как-то это неподобающе для хорошо воспитанной молодой леди. Я удивлен, что мисс Фишгард, особа весьма достойная, не научила вас вести себя по-другому. – Тут лорду Бидендену пришло в голову, что ссора с Китти вряд ли будет способствовать воплощению в жизнь задуманного, поэтому молодой человек сменил тон: – Впрочем, должен признать, при сложившихся пикантных обстоятельствах соблюсти все светские приличия представляется весьма проблематичным. Я вам сочувствую, Китти! Верьте мне! Вы стали жертвой очень недоброго каприза вашего опекуна.