Повторение чувств - Шери Уайтфезер

— Тогда не переигрывай! Может, Энди и без ума от своей жены, но не до такой же степени! — Она дала выход своему раздражению, который, правда, был больше вызван реакцией ее тела на его прикосновения.

— Я говорил тебе, что каждая ссора Энди и Тины заканчивается одинаково? — Он развалился на постели, наблюдая за ней.

— И как же? — Хотя сердце забилось сильнее в ожидании его ответа, голос ее звучал ровно.

— Хочешь, продемонстрирую?

Одним гибким движением Аарон поднялся с кровати и окинул ее многозначительным взглядом.

Стук в дверь избавил ее от необходимости отвечать на его вопрос.

Носильщик внес их багаж, и Аарон мгновенно превратился в Энди, швыряющего деньги направо и налево, дав молодому человеку щедрые чаевые.

— Ну что, пора в казино? Только учти, нам еще предстоит ужин в ресторане. Энди сегодня улыбнется удача, и он будет очень щедр и предупредителен к своей жене.

— Разве по твоему замыслу он не должен лишиться последней рубашки?

— Не сегодня. Потому что сегодня будет играть Аарон.

— Я пойду в казино, но не на ужин, — запротестовала Тэлия.

— Может, Тэлия и не пошла бы, но вот Тина пойдет, — убежденно сказал Аарон. — Она все еще питает надежду, что у них с Энди все наладится.

— Когда ей будет дозволено закатить небольшой скандальчик, после того, как она снова убедится в тщетности своих надежд?

— Думаю, завтра.

Аарон открыл чемодан и кинул ей черное платье с блестками. Тэлия подхватила его и направилась в ванную комнату, игнорируя насмешливый взгляд «мужа». Ей необходимо побыть одной, чтобы собраться с силами. Наверняка для своей жены Энди устроит романтичный ужин при свечах, но вот страдать от этого будет Тэлия.

Аарон и сам не ожидал, что ему будет так везти. Может, дело вовсе не в нем, а в Тэлии и удача улыбалась в этот вечер именно ей? Как бы то ни было, каждый раз, когда Тэлия по его просьбе дула на фишки, они приносили ему удачу.

Они провели в казино уже несколько часов, а гора фишек перед Аароном только росла. Глядя на ее порозовевшее лицо, он улыбнулся своей жене и под одобрительные выкрики мужчин засунул стодолларовую фишку в вырез ее платья.

Чувствуя, как холодная металлическая фишка проваливается в чашечку бюстгальтера, и не смея ничего ему высказать, дабы не отступать от роли, Тэлия раздвинула губы в улыбку и прошипела ему на ухо:

— Зачем ты это сделал?

— Разве я не женат на леди, приносящей мне удачу? — Он весело ей улыбнулся и притянул к себе.

Горячий поцелуй обжег ее губы, и их языки сплелись. Тэлия забыла, кто она и что здесь делает. Остались только губы мужчины на ее губах, от любви к которому ей уже не будет спасения.

В отличие от своей жены Энди Торрес прекрасно отдавал себе отчет в том, что делает. Или это был Аарон Труэно? Для Аарона эти границы стерлись, остался только голод, который, как он знал, способна утолить единственная женщина в целом мире. И эту женщину он сейчас сжимал в своих руках.

Аарон неохотно ослабил объятия и посмотрел на затуманенные глаза жены.

— Ты обещал мне ужин, — с соблазнительной хрипотцой в голосе напомнила ему Тэлия.

— Ох уж эти женщины! — не отпуская ее от себя, рассмеялся Аарон. Он наклонился и легко коснулся ее щеки. — Я люблю тебя, Тина.

Ее сердце замерло, а израненная душа беззвучно выкрикнула: «Меня зовут Тэлия!»

Аарон с сожалением посмотрел на игорный стол и решительно направился к выходу, сказав крупье, что за выигрышем они вернутся позднее.

— Ты играешь не по правилам, — пожаловалась Тэлия, когда Аарон, заботливо поддерживая ее за локоть, вел в ресторан.

— Ты жалуешься потому, что мне отлично удается моя роль? — Он иронично изогнул бровь.

— Да, — призналась она и добавила: — Я не должна была соглашаться на такое безумие.

— Но ведь ты меня не бросишь? — Аарон изобразил испуг и прикоснулся к обручальному кольцу, которое ей не принадлежало.

— Только если наш сценарий изменится, — с достоинством сказала она, хотя ее сердце разрывалось на части.

Официант проводил их в спрятанную от других глаз уединенную нишу, предложил меню и удалился.

— Знаешь, мне почему-то кажется, что когда-то я знал женщину, удивительно на тебя похожую. Только она была блондинкой, — задумчиво протянул Аарон.

— Наверное, тебе следовало жениться на ней.

— Боюсь, она не принесла бы мне счастья.

— Боюсь, я тоже.

— Разве?

Тэлия не успела опомниться, как он перегнулся через стол, и его длинные пальцы нырнули за вырез ее платья.

— По-моему, лучшим доказательством моих слов является вот это, — он продемонстрировал выуженную из ее бюстгальтера фишку.

— Я больше не буду дуть на фишки, — пригрозила она.

— Рыжие так не могут, — весело отозвался Аарон. — Сумасбродство у них в крови.

— А я его буду проявлять необычным способом!

— Я слышал, у рыжих бурная фантазия. — Аарон произнес это спокойным голосом, но глаза его смеялись.

— Как и характер, — медовым голосом произнесла Тэлия.

— Да, характер у них не сахар, — согласился Аарон. — Но все рыжие немного резковаты, поэтому в этом нет ничего удивительного.

— А блондинки, значит, нет? — Тэлия почувствовала себя уязвленной.

— Только не та, которую я знал, — Аарон покачал головой. — Та блондинка ранила больнее самого острого мачете. Она ударила меня в грудь, — он положил руку на сердце, — и с тех пор эта рана не заживает.

Тэлия не знала, стоит ли ему верить. Аарон так хорошо вжился в свою роль, так что даже ей, которая знала его одиннадцать лет, было сложно определить, говорит ли он правду или просто шутит.

Официант принес заказ, разлил вино по бокалам и оставил их одних.

Вопреки ее опасениям, ужин прошел без эксцессов. Ей даже удалось немного расслабиться и получить удовольствие от еды. До тех пор, пока не подошло время подниматься в номер. Тэлия почувствовала, как ее охватывает паника только при мысли о том, что может произойти, когда они останутся наедине. Она не доверяла Аарону, но еще меньше она доверяла себе…

Аарон с интересом наблюдал, как Тэлия копается в своем чемодане.

Она оторвалась от своего занятия и нахмурилась:

— Прекрати на меня так смотреть!

— Как это «так»? — Он придал своему лицу невинное выражение.

— Просто прекрати, и все! — Она не нашлась, что ему ответить.

— А что, если мне любопытно, что ты наденешь?

— Фланелевую рубашку.