Небо сквозь жалюзи - Дарья Панкратова

– В жизни всякое бывает?

– Именно. По крайней мере, будешь знать наверняка. Не придется мучиться от неизвестности и ожидания.

– Ладно, уговорила. Через несколько дней.

– А из других фирм тебе звонили? – вспомнила Яна.

– Пока не звонили. Ой, и почту я проверить забыла. Может, кто-нибудь из них ответил?..

– Молодец, что тут скажешь. Иди, проверяй. А я пока чай заварю.

* * *

Агата исправно проверяла почту и рассылала резюме по интересующим ее вакансиям, а также время от времени выбиралась в магазин за продуктами.

Больше всего на свете ей не хотелось чувствовать себя нахлебницей на шее у Ясмин, хоть девушки и сдружились за то время, что провели вместе на одной тесной жилплощади.

Поэтому Агата исправно набирала в пошкрябанную пластиковую корзинку хлеб для тостов, яйца, кефир, пряники, жевательный мармелад, сгущенку и кильку в томате. В один прекрасный день она пересчитала оставшуюся в кошелечке наличность. Прикинув свои траты и соотнеся их с потребностями, Агата поняла, что близок тот день, когда ей не на что будет даже доехать на очередное собеседование.

Денег не было. Работы не было, зарплаты тоже не было. Ничего не было…

В ближайшее время должен был вернуться из командировки Макс, бойфренд Ясмин. Агата понимала, что тогда ей придется немедленно съезжать. Но куда?

Возвращаться в Москву? Признать поражение, опустить свой щит?

Нет, этот вариант отметался с порога.

И тогда Агата решилась на то, о чем думала уже несколько дней.

* * *

– Алло? Мама, привет. Это я.

Агата нерешительно дышала в телефонную трубку…

– Агата, доченька, ты где?

– Мам, я в Питере сейчас.

– Как это? – удивилась мать. Помолчала немного, а потом снова спросила: – Ты там с Кириллом, да?

– Нет, мама. Кирилл в Москве.

– Как это он отпустил тебя одну?

Агата любила свою маму. Но была куча вещей, недоступных для маминого понимания. Вещи делились на две категории: вот этого маме лучше не знать, а вот этого она все равно не поймет, нечего и рассказывать.

– Мам, не хочу вдаваться в подробности, но мы расстались. Только не будем это обсуждать, хорошо?

– Хорошо, – вздохнула мама.

А что еще она могла сделать, находясь от своей взбалмошной дочери на расстоянии восьмисот километров?

– Я тебе все объясню при встрече, – пообещала Агата.

– А когда она будет? Встреча эта…

– Пока не знаю, мам. Мама, я ищу работу. Тут, в Питере.

– В Питере? Как это – в Питере? И почему не в Москве? В Москве у тебя хоть знакомые какие-то есть. А там…

– Так надо, мама. Поверь мне.

– Агата, тебе не кажется, что ты ведешь себя легкомысленно? Я ведь даже не знала, где ты.

– Да какая разница, – Агата махнула рукой, – и двух недель не прошло, как я здесь. А в Москве мы иной раз по нескольку месяцев с тобой не видимся.

– Ладно, уговорила, так уж и быть… Но что произошло у вас с Кириллом? Он знает, где ты? Агата, что вообще с тобой происходит?

– Уверяю тебя, мамочка, абсолютно ничего страшного не случилось. Тебе не из-за чего переживать и волноваться.

Мать помолчала, размышляя в задумчивости.

– Точно?

– Точно.

– Тогда что это за история с Кириллом?

Честное слово, она иногда бывала просто невыносимой.

Тем более что Агате не хотелось рассказывать никаких деталей, раскрывать подробности.

* * *

Агата упаковала свои тщательно отобранные вещи, когда Кирилл был на работе.

Накануне она купила билет до Питера – плацкартный, наверное, самый дешевый из имеющихся, на поезд, который шел двенадцать часов.

Кириллу она оставила в квартире путаную записку, написанную, впрочем, прекрасным четким почерком, хорошо знакомым жениху. Там было что-то про кризис, про переосмысление и про то, что Агата отправилась погостить к дальним родственникам в область. Надолго. В какую именно область, Агата, естественно, не указала.

Она надеялась, что у Кирилла не возникнет импульсов приезжать к ее прежнему месту жительства и караулить мамочку у подъезда в надежде получить хоть какую-нибудь информацию о местонахождении и загадочном поведении дочери.

Собственно говоря, Агата вообще была уверена в том, что Кирилл только вздохнет с облегчением. Что он лишь порадуется такому разрешению ситуации. Поймет, что возвращаться она и не собирается.

Направляясь днем на вокзал, Агата в последний раз созвонилась с Ясмин, а потом недрогнувшей рукой извлекла московскую сим-карту из мобильного телефона. Время до ночного поезда она скоротала в ближайшей пиццерии.

В Питере, зайдя в первый попавшийся салон сотовой связи, она приобрела «симку» самого выгодного местного оператора. С нее она сейчас и звонила маме, и с Яной связывалась все то время, что находилась в новом для себя городе.

* * *

– Говорю же тебе, мама, – вздохнула Агата, – мы просто расстались. С людьми такое бывает. Мама, я тут хочу снимать квартиру… Не могла бы ты… – Она решительно набрала воздух в легкие: – Я обязательно вышлю тебе деньги с первой же зарплаты! Я уже скоро найду тут работу. Обязательно. Мама, ты можешь…

– А зачем тебе снимать квартиру? – перебила ее мать в своей обычной бесцеремонной манере.

– Как зачем? – удивилась Агата. – Я тут временно остановилась у одной знакомой. Но к ней скоро возвращается ее парень, так что…

– Агата, ведь у нас есть квартира в Питере.

Агата была так удивлена, что, попытавшись присесть на мягкий диван, промахнулась мимо него и съехала попой по краю прямо на ковер.

– Что?! Как это? Своя квартира?..

– Ну да, конечно. Разве ты не помнишь?

– Мам, что я должна помнить?

* * *

Мама принялась рассказывать.

Сколько-то лет тому назад умерла ее бабушка. Тихо, быстро, почти незаметно оставила этот мир и ушла, как мама надеялась, в мир гораздо лучший.

Агата в тот момент была на море, в Адлере. С Кириллом. В те времена Кирилл зарабатывал пока не особенно хорошо. Только на Адлер и хватило.

– Да, мам, я припоминаю. Мы тогда приехали на юг, и сразу ты позвонила, но связь была очень плохая. Все, что я поняла – это про смерть нашей родственницы. И что ты поедешь на похороны.

Мама съездила на похороны. Оказалась прямой и единственной наследницей однокомнатной квартиры. Еще через пару месяцев у нее нарисовалась командировка в Питер. Почти на бегу, отрывая время от основной цели поездки, она оформила документы о вступлении в права наследования. Вернувшись, внимание дочери на этом не акцентировала, ибо дел было невпроворот, а виделись они редко. Очередная деловая поездка совпала с вступлением в права наследства.