На крыльях надежды - Барбара Картленд

«Это то, чего я ожидала», — подумала Лорна.

Она повернула назад к воротам, через которые вошла в сад, и в этот момент что-то привлекло ее внимание: светился красный огонек горящей сигареты.

Он все-таки пришел! Поколебавшись, она решительно повернулась к воротам, но было поздно!

— Лорна!

Она услышала, как он позвал ее по имени. В следующую минуту он перелез через изгородь и быстро преодолел лежащее между ними пространство, резко наклоняя голову, чтобы избежать столкновения с ветками фруктовых деревьев.

«Ну почему я была такой дурой, что пришла! — волнуясь, подумала Лорна.

Теперь убегать было нелепо; она стояла, стараясь казаться равнодушной.

— Так вы пришли. — Он радостно протянул к ней руки.

— Я могу сказать то же самое о вас, — резко ответила Лорна.

Теперь она видела его улыбку, а темные глаза Джимми смело смотрели на нее.

— Вы рассердились, что я опоздал? Не сердитесь, я не мог вырваться раньше. Комендантша суетилась надо мной после обеда, как старая курица: я не мог от нее удрать.

Его голос был умоляющим. Лорна почувствовала, как ее злость испаряется.

— Я не собиралась приходить.

— Но пришли.

— Да, из любопытства. Я не могла поверить, что вы действительно способны прождать целый час.

— Я готовился ждать до полуночи, если нужно.

— Неправда. Вы собирались здесь быть до десяти.

— Тут вы не правы, — победно сказал Джимми. — На тот случай, если вы будете добры ко мне, я договорился кое с кем, чтобы меня впустили в любое время.

— Так вы улизнули без разрешения сиделки?

— Конечно.

— Разве вы не попадете в ужасный переплет, если вас поймают?

— Наверняка будет ужасный скандал! Но я не попадусь. Я очень удачлив.

— Вы не должны подвергаться риску. Оно того не стоит.

— Об этом мне судить. Идите сюда и садитесь. Я хочу поговорить с вами.

— Я не могу остаться, мне нужно проследить, чтобы дети легли спать. И я не хочу нести ответственность за ваши ребяческие проделки. Вы должны вернуться.

— Продолжаете меня бояться? — спросил Джимми своим колдовским голосом.

Лорна не ответила, а прошла по траве к поваленному дереву и села. В ее глазах светилось твердое намерение не сдаваться.

— Пять минут, — сказала она.

— Посмотрим. Положитесь на Джимми Брайта!

— Я не боюсь, только пытаюсь быть разумной.

— Вы всю жизнь поступаете разумно?

Он сидел, вытянув свои длинные ноги.

— Не все ли мы пытаемся так себя вести?

— Категорически нет! Я, например, терпеть не могу разумные вещи, к которым меня призывают людей, говорящих мне о вещах, которые по их мнению, я должен знать. Меня привлекают волнения, риск, приключения и, конечно, любовь.

Лорна молчала.

— Ну, — наседал Джимми, — у вас есть что сказать на эту тему? Что вы думаете о любви?

— Я не много знаю об этом.

— Нет? А что ваш друг доктор? Разве он не любит вас?

— Конечно нет! — решительно сказала Лорна. — Да, Майкл почти член нашей семьи, он мне как брат. Довольно забавно, что я сегодня вечером говорила ему то же самое.

— И что он на это сказал? Был доволен?

— Да… Мне так кажется… — Лорна задумалась.

Был ли доволен Майкл? Предположим, он не хотел, чтобы она так думала о нем. Но нет, это абсурд. Она не должна позволять этому чужаку вкладывать ей в голову нелепые идеи.

— Я знаю Майкла с тех пор, как была ребенком.

— И несомненно, он оценил вас еще тогда, — ответил Джимми. — Но вы знаете, Спелая Вишня, теперь вы очень красивая молодая женщина.

Лорна была довольна, что глубокая темнота скрывает цвет, в который окрасились ее щеки.

— Спасибо, — сказала она робко. — Хотелось бы вам верить.

— Святые небеса! Неужели в Малом Уолтоне нет мужчин? Или они все слепые? Вы действительно не знаете, как вы привлекательны?

Джимми склонился над ней; он вглядывался ей в лицо, его взгляд обладал необыкновенной притягательной силой. Внезапно Лорна испугалась… он приблизился почти вплотную. Она вскочила на ноги.

— Я должна идти, — сказала она. — Дети меня, наверное, заждались. Очень хорошо, что вы пришли, но я ужасно беспокоюсь, что у вас будут неприятности. Уходите к себе, пожалуйста.

Она говорила быстро, слова лихорадочно срывались с ее губ. Она чувствовала, что Джимми наслаждается ее тревогой. Он протянул руки и обнял ее:

— Если я вас сейчас отпущу, вы придете снова завтра вечером?

Лорна покачала головой:

— Это не должно входить у нас в привычку.

— Конечно нет, дорогая маленькая гордячка.

Есть еще масса увлекательных вещей, куда более интересных, чем сидение в саду; но сейчас подходит и сад.

Лорне казалось, что слова Джимми находятся за пределами ее понимания. События разворачивались слишком быстро; ей казалось, что она теряет контроль над ситуацией.

— В любом случае мне нужно идти, — упрямо настаивала она.

— Мне страшно, — тихо сказал Джимми.

— Страшно? — Лорна неподдельно удивилась.

— Вы, как призрачная мечта, исчезнете, и я пойму, что это был сон. Неужели мы только сегодня днем встретились под этими деревьями? Кажется, я знаю вас целую вечность и все же боюсь потерять вас. Как будто придет завтрашнее утро, и вы растаете.

Его слова обволакивали ее своим колдовским обаянием.

— Я никуда не денусь. — Она говорила тихо, почти шепотом.

— Обещаете?

Она смотрела на него, слегка запрокинув голову. Стало совсем темно; их очертания были расплывчаты, но они ощущали присутствие друг друга, а вот остальной мир был забыт. Остались только они, мужчина и женщина, лицом к лицу.

— Вы не забудете меня? Обещайте мне это.

— Обещаю.

— Я мечтаю о вас, Спелая Вишня.

Его голос гипнотизировал, притягивал к себе, как магнит, более сильный, чем ее воля. Они стояли очень близко друг к другу; рука Джимми сжимала руку почти до боли. Лорна чувствовала, что вся дрожит и ждет… ждет… В тишине раздался бой церковных часов!

Бум! Первый удар разрушил волшебство. Она отшатнулась от него:

— Я пойду. — Ей было странно слышать свой собственный голос — это был шепот, сопровождающий тревожное трепетание ее сердца. — Спокойной ночи, Джимми. Надеюсь, вы дойдете целым и невредимым.