В мечтах о тебе - Лиза Клейпас

– Итак, решено – завтра. Но имейте ввиду, – Ворзи нахмурился, – вы не должны подходить к мистеру Кравену. Задавать ему вопросы то же не следует. Скажу даже больше, я хочу, чтобы вы попросту избегали его. Говорите с кем угодно, только не с ним. Со своей стороны обещаю непременно вам помочь.

От неожиданности Сара даже закашлялась.

– Но почему? Мистер Кравен мог бы рассказать мне много интересного и нужного для моего романа. – Ее удивлению не было границ: чего-чего, а такой предусмотрительности от Ворзи она не ожидала.

– Мистер Кравен очень скрытный человек. К тому же его прошлое – тайна для посторонних. Уверяю вас, он не станет вам рассказывать о себе.

– А вы… Вы можете мне рассказать что-нибудь о нем?

Сара отпила глоток чаю и с мольбой посмотрела на доверенного слугу Кравена.

– Это очень непростая задача. Дерек Кравен – самый сложный человек из тех, с кем мне приходилось встречаться. Он добр, но… – Ворзи хлебнул бренди. – … Боюсь, мистер Кравен слишком часто думает о себе как о конченом человеке. Он пришел из жесткого мира, мисс Филдинг, из такого жесткого, что вы даже и представить себе не можете. О своей матери он знает лишь то, что она была проституткой в Тайгер-Бей – это район доков, где промышляют матросы и проститутки. Она рожала в дренажной трубе, да там и оставила своего первенца. Другие девки подобрали малыша и вырастили его в борделях и притонах.

– Ох, мистер Ворзи, – взволнованно проговорила Сара, – как, должно быть, ужасно оказаться в таких условиях.

– В пять или шесть лет Дерек начал работать помощником трубочиста, – продолжал Ворзи. – Он должен был забираться на трубы и по необходимости спускаться внутрь. Когда мальчик подрос и не мог больше этого делать, он начал попрошайничать, воровать, выполнять кое-какую работу в доках… В жизни мистера Кравена есть несколько лет, о которых он вообще никогда не рассказывает, словно их и не было вовсе. Не знаю, чем он занимался тогда… Впрочем, не сказал бы, что я очень этим интересовался.

Так вот. Непонятно каким образом, но Дерек все же научился читать и писать. Будучи подростком, он освоил ремесло букмекера и именно с той поры решил, что у него будет свой собственный игорный дом.

– Надо же! – воскликнул девушка. – И это у мальчика с таким тяжелым детством!

– Да, – согласился Ворзи. – В те годы ему и крохотного притончика было не построить, а он мечтал о таком необычном и шикарном клубе, вступить в который будет почетно даже для самых высокопоставленных людей.

– Именно такое заведение он и создал, – задумчиво прошептала Сара.

– Да. Мальчишка был без гроша в кармане… Что деньги! У него даже имени не было! А теперь он богаче всех завсегдатаев своего клуба. Никто не знает, насколько он богат. У него есть поместья, виллы, улицы с магазинами и домами, сдаваемыми в аренду; Кравен владеет картинными галереями, яхт-клубами, ипподромами: всего и не перечислишь. И при этом он считает каждый фартинг… – А какова его цель? Чего он вообще хочет в жизни?

Ворзи улыбнулся:

– Я могу ответить вам одним словом – еще! Он, как бы это сказать?.. Вечно голоден, что ли.

Заметив, что Сара допила чай, Ворзи предложил ей еще чашку. Девушка отрицательно покачала головой; бренди, огонь в камине, спокойный голос Ворзи сделал свое дело – ей захотелось спать.

– Мне уже пора, – сказала Сара.

– Я велю подать экипаж, – Ворзи встал.

– Нет-нет, – запротестовала девушка, – Гудманы живут недалеко отсюда, я и пешком дойду.

– Не говорите ерунды. Леди не должна ходить пешком, особенно ночью. И случай с мистером Дереком лишь доказывает то, что ночные прогулки – вещь опасная… Ворзи хотел добавить что-то еще, но слова замерли у него на устах, когда он посмотрел на поспешно вставшую вслед за ним Сару. Каштановые локоны выбились из прически и живописно рассыпались по плечам; отсветы пламени придавали им огненный оттенок. Было что-то трогательное в ее хрупкой, старомодной красоте.

– Господи, в вас есть что-то неземное! – восхищенно промолвил Ворзи. – Как давно я не видел такого невинного женского лица!

– Невинного? – с улыбкой переспросила Сара, покачав головой. – Ах, мистер Ворзи, я много знаю о грехе и пороке… – Тем не менее, к вам они не пристали.

Сара задумчиво закусила губу:

– В этом вы правы… В Гринвуд-Корнерз никогда ничего не происходит, – призналась она. – Я всегда пишу о том, что делают другие. А мне порой так хочется жить по-настоящему. Разве не замечательно попасть в какое-нибудь приключение, испытать необыкновенные чувства… – Сара осеклась и испуганно всплеснула руками. – Ох, не знаю даже, что я такое говорю! Теперь будете плохо обо мне думать.

– Плохо? О вас, мисс Филдинг? – Ворзи ласково улыбнулся. – Избави боже. Только вы, пожалуй, напрасно говорите, что с вами ничего не происходит. И сегодняшний случай тому подтверждение. Ну чем не приключение?

– Пожалуй, – согласилась девушка. И тут вдруг она вспомнила:

– Господи, я же застрелила человека… Но я не хотела этого… – Зато вы спасли мистера Кравена. Его могли бы ужасно изуродовать или даже убить, – мягко возразил девушке Ворзи. – Как только вас начнут мучить угрызение совести, вспомните мои слова.

Доводы Ворзи несколько утешили Сару.

– Вы позволите мне вернуться сюда завтра? – заметно приободрившись, спросила она.

– Я просто настаиваю на этом.

– Ну что ж… – Сара очаровательно улыбнулась Ворзи и, взяв его под руку, позволила проводить себя вниз.

* * *

Дерек вытянулся на кровати. Опиум наконец-то начал действовать, и молодой человек впал в легкое забытье. Впрочем, он по-прежнему ощущал боль и отвращение к самому себе. Уж лучше бы его окончательно изуродовали, превратили бы в настоящее чудовище. А с этим идиотским шрамом поперек лица у него был просто придурковатый вид. Он горько усмехнулся.

Дерек думал о Джойс, но теперь злоба и ярость уступили в его сердце место равнодушно. Хорошо хоть ей не наплевать, и она подстроила это нападение. А, впрочем, не все ли равно?.. “ Странно, – думал Дерек, – у меня есть то, о чем можно только мечтать – деньги, слава, женщины… Как я радовался поначалу, когда видел своих прежних кредиторов, обивающих порог моего клуба в надежде стать его членами. Как забавляла меня суета этих светских господ… Что же случилось?.."

Вот уж года два, как непомерный аппетит Дерека Кравена был полностью удовлетворен, и теперь, по сути, он стал человеком без желаний. Молодым человеком с истерзанной, истосковавшейся душой… Любовь. Ах, если бы она привела его в постель леди Джойс Эшби, он не лежал бы сейчас с изуродованным шрамом лицом. Конечно, Джойс с ее прекрасным телом, кошачьими глазами и белокурой головкой вызвали интерес Дерека, да такой, какого он давно не испытывал к женщинам. Поэтому ему и захотелось приударить за ней… Что и говорить, они провели немало восхитительных ночей. Поначалу он как мальчишка упивался этими бесстыжими любовными играми. Но дело зашло так далеко, что Дерек стал чувствовать себя извращенцем. Испытывая равное отвращение и к Джойс, и к самому себе, он решил прервать их порочную связь. Воспоминания о прежней близости с леди Эшби были ему отвратительны.