В твоей власти - Мейси Ейтс

Конечно, обед в дорогом ресторане не был бы пределом мечтаний Софи. Она работала над собой каждый день, стремясь получить хорошее образование. Она завоевала признание и уважение, которое могло бы достаться ей по праву рождения.

Ее братья и сестры по отцу поступили в самый лучший университет без конкурса, ей же пришлось из кожи вон лезть для того, чтобы заслужить одобрение отца.

Отец Софи не мог допустить, чтобы кто-то знал о бывшей любовнице и их незаконнорожденной дочери. Софи делала все, чтобы доказать — ей не нужны ни власть отца, ни его деньги. Она пошла своим путем, поступила в университет сама и закончила факультет журналистики с отличными оценками.

С тех пор прошло три года, и ее триумф омрачало лишь то обстоятельство, что ее обязанности в «Геральд» ограничивались приготовлением кофе.

Но Софи не сдавалась. Именно благодаря амбициозности она добилась своего места в жизни. Вот почему она не могла свернуться в клубочек и плыть по течению. Ей необходимо было понять, как помочь Изабель. Шейх утверждал, что обладает какой-то конфиденциальной информацией, способной разрушить репутацию Джейма, и ей необходимо выяснить, что именно он знает. Все равно ей от него никуда не деться.

И ее босс ждет потрясающий репортаж о королевской свадьбе в Сурхаади. Это означало, что ей придется временно примириться с обстоятельствами и начать играть по правилам Зейна. В конце концов, Софи журналистка. И ее ждало большое будущее. Ей представилась отличная возможность, как ни крути. Пора разбудить в себе пытливую, внимательную Софи. Правда, светская хроника ее особо не интересовала. Софи надеялась когда-нибудь писать статьи посерьезнее. Но шейх уже помог ей подняться на ступеньку выше по карьерной лестнице, предоставив возможность изучить такой уникальный материал.

— Что ты предпочитаешь из алкоголя? — спросил шейх.

— О, красное вино, наверное. Или ты пьешь белое в честь похищения?

— Я думаю, в честь похищения большинство людей предпочли бы что-то покрепче.

— Значит, ты признаешь, что похитил меня.

Зейн подошел к богато заставленному бару, встроенному в стену, открыл стеклянную дверцу и выбрал бутылку вина.

— Я не вижу смысла в споре. Это в любом случае ничего не изменит.

— Ну, у меня будет причина для оправданного гнева.

— Я не понимаю, чем ты недовольна. Возможно, находясь здесь со мной, ты пропускаешь свидание с мужчиной своей мечты?

Сама мысль о свидании казалась Софи смешной. Она ни с кем не встречалась. Откуда бы у нее взялось время на отношения? У нее не было никакого желания оказаться брошенной любовницей с разбитым сердцем. Может быть, когда она добьется своей цели и найдет человека, которому станет доверять… Но это явно случится очень не скоро.

— У меня был свободный вечер, — сказала Софи.

— Тогда я могу представить, что приятное времяпрепровождение в частном самолете с королевской особой тебе понравится больше, чем просмотр сериалов на диване.

Зейн был прав, но она не собиралась ему об этом рассказывать.

— Может, ты прав, в конце концов все это выльется в интересную статью. Итак, о чем же я буду писать? Ты упомянул, что в курсе тайных подробностей жизни семейства Чатсфилд, но с тех пор ни разу об этом не заговорил.

Софи услышала, как заработали двигатели самолета, и схватилась за голову. Она не привыкла летать. Она ездила в другие города, но, конечно, никогда не была за границей. Она даже не знала, как рассчитать приблизительную длительность полета из Нью-Йорка в Сурхаади.

— Джеймс Чатсфилд — идиот. Можешь процитировать эти слова, если захочешь.

— Простите меня, шейх Зейн, но это уже далеко не новость, — ядовито произнесла Софи.

Самолет начал движение по взлетно-посадочной полосе, и Софи чуть не упала.

— Можешь сесть.

После этих слов стало ясно, что тема закрыта. Софи это не понравилось.

— А ты не хочешь сесть? — спросила она.

— Я собираюсь налить нам выпить.

Софи заняла одно из кресел. Зейн налил ей полный бокал красного вина и даже глазом не моргнул, когда самолет пошел на взлет. Протянув ей бокал, он сел напротив нее.

— Я думаю, что у нас с тобой много общего. Мы оба хотим пустить Чатсфилдам кровь. Тебе нужна моя помощь. — Софи сделала глоток вина, с трудом удержавшись от вздоха. Вино было дорогим. Всякий раз, когда она брала себе спиртное, как правило, это было обычное вино в пакете.

— Позже. Сенсация будет позже. Сейчас мы можем обсудить свадьбу.

Софи едва не прикрикнула на шейха, разозленная его пренебрежением.

— Ты женишься? Это правда?

— Да.

Она заметила, что Зейн не казался особо радостным при упоминании предстоящего мероприятия.

Софи решила подробнее расспросить его о свадьбе, потому что шейх немного разговорился. Она откинулась на спинку кресла, скрестив ноги, и вытянула руку с бокалом над ковром кремового цвета. Она не могла похвастать богатым гардеробом и уж точно не собиралась заляпать единственное красивое платье. А ковровому шедевру пятно не повредит.

— И когда же случится радостное событие?

Странная улыбка тронула уголки его губ. Зейн совершенно не выглядел счастливым. Его глаза оставались холодными.

— Через три недели.

Скорее всего, Софи окажется прямо в центре событий. Она поневоле вскинулась, заинтересованно обернувшись к нему:

— Я полагаю, подготовка уже ведется.

— Да, какие-то задания выполняют мои люди. Но в основном всем занимается моя невеста и ее помощники.

— Она не из Сурхаади?

— Нет. Моя невеста — принцесса из небольшой европейской страны. Она четвертый ребенок у своих родителей и единственная дочь. Она по-прежнему живет в родительском дворце.

— Отношения на расстоянии, понятно. Хотя это и не идеально.

Он пожал плечами.

— Я не нахожу в этом ничего странного. У Кристин нет ни единой причины срываться с привычного места до того, как наш союз станет официальным.

— Некоторые люди не прочь отказаться от своего образа жизни ради человека, которого любят.

— Кто говорит о любви?

Темные глаза Зейна, встретившись с ее, послали ударную волну жара по всему ее телу. Софи сделала глубокий вдох, пытаясь не обращать внимания на внезапное возбуждение.

Видимо, уж ей-то не стоило упоминать о любви в разговоре о браке. Вряд ли ее собственный отец любил женщину, на которой женился. Да, мать Софи он тоже не любил, но свою жену — не переносил, иначе зачем бы он так часто ей изменял? Зачем вообще заводил любовниц?

— Вроде бы никто. Кроме меня.

— Не секрет, что мой союз с Кристин скорее выгодный по ряду политических причин, нежели романтический.