Беглянка. Дорога к счастью - Анна Бигси

— Саш, ну хватит выкать, не чужие же… — Ольга снисходительно усмехнулась и лениво закинула ногу на ногу, демонстрируя свою значимость для него и прошлые близкие отношения.

— Чужие, Оль. Давно чужие, — устало выдохнул он. Как ни странно, не ощущал ни горечи, ни обиды. Сам не заметил, что давно отпустил ее и, в общем-то, не держал больше зла, но общаться дальше желания не возникало. — Что привело тебя ко мне?

— Я хочу ребенка, — прямо ответила она, став абсолютно серьезной и заглянула в глаза, ища поддержку.

— Рад за тебя, я здесь при чем?

— Не получается…

Саша невольно усмехнулся, поражаясь превратностям судьбы. Полгода назад Ольга не хотела детей, а сейчас пришла с этим вопросом именно к нему. Да, его работа заключалась в том, чтобы помогать женщинам забеременеть, но он не мог быть беспристрастным в отношении нее, помня о том, как она убила их ребенка.

— Что, в твоей клинике врачи кончились? Кто там на моем месте?

— Булатов.

— Очень смешно.

— Да, как врач он, может, и не очень, — охотно согласилась Ольга. — Зато смазливый и отлично умеет привлекать клиенток. Это бизнес, — развела руки в стороны, в который раз объясняя ему очевидные вещи.

— Тебе виднее, — снисходительно протянул Саша. Никогда не понимал такого бизнеса, но предпочитал не вмешиваться, а делал свою работу. — От меня ты чего хочешь?

— Ты лучший, кого я знаю, — по-деловому сообщила она и перешла сразу к делу. — И ты должен мне сделать ЭКО.

Он удивленно изогнул бровь, не ожидая такой наглости. Смотрел на бывшую жену и боролся с желанием выкинуть ее из кабинета за шкирку. Только мысль о том, что после этого может лишиться работы, останавливала его. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, с трудом унял свое раздражение и заговорил спокойным тоном:

— Во-первых, тебе я ничего не должен. — Голос звучал ровно, но напряженно. — А во-вторых, это не в моей компетенции, отделение репродуктологии на третьем этаже.

— Я заплачу, — нервно уточнила Ольга, ответ ее совершенно не устроил. Привыкла добиваться желаемого, и этот случай не был исключением.

Саша криво ухмыльнулся, окинув ее презрительным взглядом, и скрестил руки на груди.

— Неужели ты так и не поняла, что деньги для меня не главное? У меня есть свои принципы, которыми я больше не поступлюсь, особенно ради тебя. Уходи. В Москве множество других врачей, я уверен, за деньги любой согласится сделать тебе ребенка.

Он демонстративно захлопнул карточку, давая понять, что разговор закончен, и встал, чтобы проводить ее.

— Я напишу на тебя жалобу, — прошипела Ольга и вскочила на ноги.

— Бумагу дать? — нисколько не испугался Саша, его даже слегка забавляла эта ситуация. Он больше не зависел от Ольги, и ему было абсолютно плевать на ее попытки навредить ему.

— Белов, ты пожалеешь! — Распаляясь все больше, она направилась к двери. — Я сотру тебя в порошок!

— Однажды я это пережил, переживу еще раз. Выход там же, где и вход, — сухо бросил он и, потеряв всякий интерес к беседе, отвернулся к окну.

Ольга быстро процокала по кабинету и, громко хлопнув дверью, удалилась.

После ухода Ольги, Белов долго стоял у приоткрытого окна и курил в глубокий затяг. Знал, что за это его по головке не погладят, запах от сигарет еще долго будет витать в кабинете, но не смог вытерпеть. Нервы вибрировали, как струны в руках бездарного гитариста, и требовали срочной настройки. Никотин нужен был как лекарство от стресса и успокоительное одновременно.

Вглядываясь в темноту, Саша мерно выпускал струю дыма в окно и снова затягивался, ощущая, как желанный допинг заполняет легкие до предела. Думал о своей жизни и пытался разложить по полочкам все, что валялось в хаотичном порядке. Как так случилось, что раньше он готов был на все ради Ольги, а сейчас не желал пошевелить даже пальцем? Давно забыл о ее существовании и вычеркнул из своей жизни. Таня исцелила его, научила другой любви: чистой и настоящей. Только вот боль другую показала тоже…

Невольно он вспомнил свои эмоции после измены Ольги, как был раздавлен и даже не пытался что-то исправить, просто самоустранился, забился в раковину, похоронил себя заживо. Ущемленное самолюбие диктовало свои правила, и он следовал им, разрушая себя назло другим. Таня сама нашла его, выдернула из привычной среды обитания, вдохнула жизнь… Неужели для того, чтобы отнять?

Саша выбросил окурок, прислонился лбом к холодному окну и прикрыл глаза, позволив ярким картинкам заполнить сознание. Таня… его нежная, ласковая девочка. Он скучал по ней неимоверно, тоска съедала изнутри, а как с ней справиться, Саша не знал. Никак не мог понять, почему вдруг она ушла, постоянно проживал их последние моменты и приходил к выводу, что где-то в этой истории кроется ошибка. Таня не притворялась, он был уверен в этом. Слишком остро чувствовал ее, каждая улыбка, каждый жест были искренними…

Саша глубоко вздохнул, так и не найдя ответ. Заблудился в лабиринте мыслей, постоянно искал новые пути и возможности, но неизменно упирался в глухую стену. С ослиным упрямством разворачивался и шел другой дорогой. На сколько хватит настойчивости не знал, но пока не намерен был отступать, хотел во что бы то ни стало разобраться в этой темной истории.

Негромкий стук в дверь эхом разнесся в тишине кабинета и заставил Сашу вздрогнуть. Быстро закрыв окно, он обернулся и увидел Никитина, входящего в кабинет. Тот неприятно поморщился, почувствовав запах табака, но промолчал.

— Поговорим? — Прошел к столу и жестом пригласил Сашу присоединиться к дискуссии.

— Да. — Он послушно опустился на предложенный стул и сложил руки в замок, пряча нервный мандраж. Догадывался, что разговор будет не из простых, но очень надеялся на понимание со стороны начальника.

— Ко мне Ольга приходила… — словно между делом заметил Евгений Сергеевич и впился в него серьезным взглядом. Неприятный холодок пробежал по спине, но Саша с достоинством выдержал это испытание, ему нечего было скрывать.

— Ожидаемо, — сухо прокомментировал и опустил голову. Его догадки нашли подтверждение: Ольга не приняла отказ и, естественно, решила зайти с другой стороны.

— Требовала уволить тебя… — продолжал профессор, дробя информацию на порции, словно готовил к чему-то более масштабному.

— Есть основания?

— Это я и хочу понять. Что случилось?

— Да ничего, в общем-то, нового… — Саша не собирался оправдываться, не чувствовал вины, поэтому рассказал все, как было. — Приходила, требовала, чтобы я помог ей забеременеть.

— А ты чего?

— А я отказал. Я обычный гинеколог и ЭКО не делаю…

— Справедливо, — согласился Никитин и будто бы немного расслабился. — Что-то еще? Личная неприязнь?

— Да, в общем, нет, — уверенно опроверг его предположение Саша. — Все личное остается за дверями этого кабинета.