Криптонит Дубова - Алёна Воля

— Обычные сигареты. «Что другое» еще не доехала купить.

— Нелли. — Предостерегающе зарычал на движение моей руки, когда я подняла ее в желании сделать еще один глоток дыма.

— Хорошего вечера, Кирилл Геннадиевич. — Обойдя его стороной, сделала-таки затяжку и медленно пошла в сторону парадного входа в дом.

Спину покалывало от напряжения, ноги превратились в ходули. Нездоровая игривость сменилась опустошением. Тошнотворная правда неприятно сжала горло.

Я не успела дойти к спасительной двери комнаты, в которой ночевала всегда. Столкнулась в коридоре с младшей дочерью Кирилла. Она шла, волоча за собой плюшевого зайца. Остановилась, и, глядя прямо в глаза спросила:

— А ты… ты новая подружка папы?

Слово «новая» сюрикэном вонзилось в мой и без того воспаленный мозг. Вот что можно ответить ребенку в такой ситуации? Как вообще вести себя с его детьми — не знала. В качестве кого он меня им представил? Сглотнув, решила говорить правду. Да пошло все! Состояние было не до сантиментов.

— Нет. Мы просто знакомые. — Доставая из кармана жвачки, сделала шаг в сторону, собираясь уйти.

— А в какой комнате ты живешь?

— Я не живу здесь. Остаюсь иногда, когда поздно возвращаться к себе домой. — Увидев, как девочка следит за моими руками, спросила: — Хочешь?

— Папа не разрешает.

— А мы ему не скажем. — Предложила, дернув бровью.

— Он тебя слышит. — Вдруг перейдя на шепот, сообщила Соня, после чего наклонилась чуть в бок. — Па, можно?

Как мне удалось спокойно обернуться — одному богу известно. Внутренняя встряска из-за неожиданности грозила сделать заикой до конца дней. Что, уже нагулялся?

— Можно. — Дал добро на отравление Удав и перевел взгляд на меня, видимо размышляя, где поставить запятую в предложении: «Казнить нельзя помиловать».

Я вытряхнула на маленькую ладошку пару подушечек, подмигнула ободряюще и молча отправилась дальше, ругая себя за то, что дала слабину и осталась, вместо того, чтобы уехать.

Думаете мне дали побыть одной? Ага, как же. Минут через пятнадцать раздался негромкий стук в дверь.

— Да?

На пороге появилась Соня.

— Нелли, а ты пойдешь с нами чай пить?

— Нет, спасибо, не хочу. — Ответила, мысленно чертыхаясь. И чего она ко мне приклеилась?!

— Ну, пожа-а-алуйста. — Протянула девочка просительно, а увидев мое изумление, бесхитростно пояснила: — Может, сможем сладкое выпросить…

Если честно — не знаю, почему дрогнула и поддалась. Наверное, честность и открытость Белоснежки подкупила. Мне тоже запрещали кушать сладости на ночь. Мама старалась накормить меня до возвращения отчима с работы. А конфеты он пересчитывал, даже когда появились брат с сестрой. Хотел знать, сколько съела именно я. Пашка с Машкой, когда подросли и просекли эту тему, часто подставляли, съев все вкусности на двоих. Дети жестоки — факт.

— Идем. — Засовывая телефон в карман, решительно поднялась с кресла.

Дубов удивился моему приходу, но улыбнулся при этом. Просто он не знал тонкостей и слабых мест моей психики, а его дочь сама того не понимая нажала на необходимую точку.

— У тебя невероятный дар убеждения. — Прокомментировал и перевел взгляд на меня.

Соня подмостила своего зайца под попу и устроилась с удобством. С тоской посмотрела на печенье.

— Кирилл Геннадиевич, у вас там зефир где-то в закромах имеется. — Присаживаясь рядом с ней, решила не растягивать во времени свое пребывание в их компании.

Удав сжал губы, тщетно пытаясь скрыть веселье. Посмотрел на малую.

— Лиса. — Покачал головой. — Попробуй мне завтра утром отлынивать от пробежки.

А дальше случилось нечто непонятное. Пока Людмила сервировала стол, он, как потом стало ясно, позвонил второй дочери:

— Мы собрались чаю попить, если хочешь, присоединяйся. Угу. Дэна захвати.

Не знаю, чем он руководствовался. До этого момента я считала его более проницательным человеком. Чувство неприятия, смущения и неловкости захлестнули с такой силой, что даже не расслышала вопроса от Сони.

— Что, прости?

— Ты любишь кататься на роликах?

— Нет. — Ответила кратко, пытаясь совладать с бушующим внутренним отторжением происходящего.

— Алиса тоже не любит. — Вздохнула она.

Очевидно, старшие брат с сестрой не желали с ней возиться. Девочка банально скучала без друзей. Но, даже не смотря на то, что сердце мое дрогнуло в ответном порыве, впрягаться не собиралась. А потому успешно подавила приступ сочувствия.

Пришли Денис с Алисой, расселись и уставились оба на меня. Отвратительное чувство, когда вас открыто рассматривают. Дубов вел себя, как ни в чем не бывало. И все возможно прошло бы даже мирно и спокойно, если бы не разговорчивая Соня. Я отвлеклась на переписку с клиенткой, которая просила перенести нашу встречу и упустила нить разговора, что велся за столом.

— Нелли, а ты тоже с нами поедешь?

— Куда? — не понимая сути вопроса, отложила смартфон.

— Ну, в Куршавель, на новый год.

После ее слов образовалось гробовое молчание, а в следующую секунду мы с Кириллом Геннадиевичем ответили одновременно:

— Нет.

— Да.

Сцепившись вслед за этим взглядами, устроили невидимый армрестлинг. Гром и молнии. Казалось, что еще чуть-чуть и начнут взрываться лампочки в люстрах, настолько сильным был накал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Спасла меня Сашка. Она перезвонила, как и договаривались ранее.

— Нет, Соня. На новогоднюю ночь у меня свои планы. — Ответила, поднимаясь. — Спасибо за угощение.

Закрывая за собой дверь, ощущение было, словно из клетки вырвалась. Уф!!

— Да, Ляксандра. Чую жаждешь новостей.

— Я не могу со Светкой никак состыковаться. Что там у нее? Выслала мне фотки своего Пауля и пропала. На связь не выходит. Пару раз отписалась, что позже наберет, да так и не соизволила, коза.