Возьми меня в долг - Виктория Вишневская

Свою любовницу.

Ага.

Подмигиваю ей и не знаю, увидела ли Оливия… Сажусь на своё место. Пристёгиваюсь и поворачиваюсь к Алексу. Встречаюсь с недоумевающим и пронизывающим взглядом. Сканирует моё лицо и приостанавливается на моих губах, которые так и тянутся в победной улыбке.

— Я готова, — произношу и откидываюсь на спинку сидения.

Рихтер же… Озадаченно хмурится. Отворачивается на мгновение в окно. В то же время заводит автомобиль.

А потом хмыкает. Любит он это делать.

И понял, почему я такая радостная. Наверное.

Ну, пусть думает, что хочет — мне сейчас всё равно.

Мою душонку радует то, что коза Бельц сейчас негодует.

И моё хорошее настроение становится ещё лучше, потому что кое-что осознаю. Я еду к родным.

* * *

— А, кстати, зачем тебе нужно в наш район? — до меня доходит этот вопрос только в конце пути.

Мы успеваем перекинуться многими фразами, но только сейчас я задумываюсь об этом. Когда подъезжаем к моему дому, и я отстёгиваю ремень безопасности.

— Нужно решить кое-какие дела в одном из офисов, пока я не уехал.

От его слов поднимаю голову и устремляю взгляд на Алекса.

— Уехал? — вопросительно спрашиваю. Что? Куда? Надолго? И почему? Хочу услышать ответы на все эти вопросы, но пока воспроизвожу у себя их только в голове.

— Меня не будет в Мюнхене несколько дней, — сжимает пальцами руль. — Уезжаю завтра.

— Поедешь к матери? — отчего-то выпаливаю. Да, я слышала. Опять подслушала Оливию. Она обмолвилась с кем-то в разговоре по телефону, что Рихтер уедет через некоторое время к семье. Но не знала, когда. Думала, дождётся, когда наш срок кончится. Чтобы не терять мои дни.

Его хищный прищур заставляет пожалеть о сказанных словах.

— К ней, — голос вмиг становится ледяным.

— Я поняла, — слова сами вылетают изо рта. — То есть, все эти дни я буду без тебя?

— Ммм, — внезапно мычит. — Как это звучи-ит.

И пошло усмехается.

— Я не это имела в виду! — внезапно краснею и смущённо кричу. — Буду с Оливией наедине! Вот! Без тебя!

— Ага, — кидает исчерпывающий ответ. Поднимает свою ладонь в воздух и тут же опускает на мой подбородок. Притягивает к себе. И я задыхаюсь. Именно сейчас, вот так просто, когда вдыхаю запах его дорогого парфюма. — Надеюсь, ты продержишься без меня несколько дней, и, когда я приеду, найду тебя целой?

— Я буду в полном порядке, — обещаю ему. Хотя успокаиваю себя. — Можешь побеспокоиться об Оливии. Когда моего беспрекословного начальника не будет в доме… Я ведь и характер показать могу.

Улыбаюсь и неосознанно подаюсь вперёд. Ближе, чем надо.

— Ты хотела сказать «господина»? — усмехается, и его ледяные глаза тут же теплеют. А я застываю. Снова. В который раз за день. И краснею. Начинаю гореть. Нет, не от воспоминаний от той ночи, а от стыда.

Поэтому быстро подаюсь вперёд, чмокаю его в губы и тут же вылетаю из салона, устраивая забег до подъезда.

Скачу вверх по ступенькам.

И в один момент…

Едва не спотыкаюсь. И не лечу вперёд, проклёвывая носом бетонные ступеньки. Вовремя хватаюсь за поручень и, вцепившись в него пальцами… Понимаю, что только что сделала.

О. Мой. Бог.

Я поцеловала его. Целомудренно. Быстро так, по наивному. Не со страстью. Не с адским желанием. Без капли похоти. Просто наклонилась и поцеловала его.

Так вот почему у него был такой удивлённый взгляд…

Вот чёрт!

Так, ладно, Виол, успокойся.

Рихтер — похуист. Да, именно такой.

Он забудет об этом моменте через несколько дней. Тогда, когда как раз вернётся обратно в Мюнхен. Сделает вид, что ничего и не было. Если и вовсе не сотрёт из памяти.

И всё будет нормально.

Нет. Не будет. Потому что это сделала я. Сама. Меня ведь никто не толкал, не принуждал. А я взяла…

Мама дорогая.

Только не это…

— Эй! Виола! — крик на всю лестничную площадку оглушает. Я резко поднимаю взгляд вверх и смотрю на открывшуюся входную дверь. Тётушка ждёт. — Чего стоишь? Пошли!

И я иду.

И надеюсь… забыть этот глупый, непоправимый момент…

Глава 32

Александр

Сажусь обратно в салон и кидаю бумаги на заднее сидение. Телефон и кошелёк — на соседнее кресло. Смотрю неосознанно на часы. Одиннадцать.

Интересно, она ещё у сестры или же уже дома?

Усмехаюсь, завожу двигатель и не понимаю, с каких пор волнуюсь, дома ли Логинова.

Но она с каждым разом чудит всё больше.

Вот взять сегодня… Что это было? Я понимаю, что затронул смущающую её тему, но…

Зачем она это сделала?

Её мысли мне не ясны.

Но вот свои знаю точно. Зря она это сделала. Мне же хуже. Если с мозгами я по-прежнему дружу, то с чувствами… Нихера. Веду себя странно.

Мне же не нужно было сюда. Нет, конечно, надо. Но я мог это сделать и потом. Зачем тогда поехал на другой конец города перед самым вылетом? А он утром.

Хотел удостовериться, что она доедет нормально.

Скудное чувство на груди. Тяжёлое. Как будто тогда, когда выпущу её из своих рук, она упорхнёт. Раз и навсегда.

Даже подумывал взять её с собой… Но нет. Не стоит. Это не отдых и, тем более, не работа.

Поэтому она останется здесь. А я улечу, остыну и вернусь. Проведу с ней оставшиеся горячие полторы недели и выкину. Иначе это может зайти слишком далеко.

Уже заходит.

И от этого раздражаюсь.

Почему она? А не кто-либо другой?

Обычная же. Милая, да. Смешная порой. Всегда пытается выглядеть сильной, хоть и всё равно остаётся такой же слабенькой. Из-за чего хочется спрятать её за свою спину. От всех внешних проблем.

И мысли эти появились совсем недавно.

Спятил.

Не может быть такого, чтобы я привязался к какой-то девчонке.

Матери спасибо.

Телефон сбоку неожиданно мигает. Перевожу на него взгляд, смотрю на знакомый контакт.

«Русская порно-актриса» звонит. Записал по приколу. Пора бы и переименовать. Теперь-то она горничная…

Стоп.

Подхватываю смартфон с соседнего сидения. Отвечаю на звонок и вставляю айфон в подставку.

— Ооо, ледышка-а-а-а, — я только трогаюсь с места, как тут же останавливаюсь. Прислушиваюсь. — Ты так быстро-о ответи-ил мне-е. Ждал моего звонка? Ехехе.

Выпадаю в осадок.

Судя по весёлому голоску, выпила. И так много, что даже звонит мне. Ледышкой зовёт. Какого чёрта? Почему ледышка?

— Ты выпила? — спрашиваю совершенно спокойно, всё же выезжая со стоянки.

— Да! — гордо восклицает.

— Ты же к сестре поехала, — со скепсисом. Так. Обманула?