Анатомия соблазна - Дарья Десса

Чтобы узнать, требовалось включить телефон, но делать этого не хотелось. Домой возвращаться тоже. Мне там всё будет напоминать об Артуре, особенно запах его парфюма, который словно въелся в мебель и предметы. И ещё там чашка, из которой он пил. Стул, на котором сидел. Те самые розы, им подаренные… Я поняла, что физически не смогу увидеть всё это и обонять. Надо избавиться, но всё потом.

Я стояла и смотрела, как заходит солнце. Уши и щёки щипал мороз, усилившийся к ночи, и надо было что-то решать. Но я глубоко вдыхала холодный воздух, стараясь ни о чем не думать. Знаю: сильная, восстановлюсь. Впервой, что ли, восставать из пепла, как птица Феникс? Мне и прежде сильно доставалось от жизни. Как в тот раз, когда Федя бросил. Я даже хотела прыгнуть в реку с моста и утонуть.

Нам тогда обоим исполнилось по 18, и гормоны бушевали в крови. Он был наш, детдомовский, и я выделяла его из числа других. Высокий, русоволосый, сероглазый. Учился отвратительно, но представлял учреждение на соревнованиях по баскетболу, потому его тянули, рисуя оценки. Многие девчонки на него засматривались. Но в тот новогодний бал он подошел ко мне и спросил: «Пошли, потанцуем?» Согласилась, конечно.

Сколько было завистливых взглядов в нашу сторону! Мы танцевали, потом ещё и ещё. Пили шампанское, тайком принесенное в пластиковых «полторашках» под видом лимонада. Потом он отвел меня в укромное местечко и там стал неловко целовать и тискать. Я, опьяненная алкоголем и желанием, не противилась. Млела и таяла, как Снегурочка над костром.

До секса у нас дело не дошло. Не успели — бал заканчивался, нужно было расходиться. После я, влюбленная по уши, мечтала начать с Федей отношения, и собиралась как-то на свидание: нас отпустили в город. И тут Мариша мне сказала:

— Лика, не ходи.

Я усмехнулась:

— Что, тоже завидуешь?

— Нет, просто есть одна причина…

— Какая? Говори, не томи!

— Только не обижайся на меня, ладно?

— Ладно, — я нахмурилась.

— Федя поспорил на тебя с Мишкой. Помнишь? В команде с ним играет. «Боевой колобок» у него прозвище: толстый и низкий.

Я была поражена сказанным.

— Поспорили? На что?

— Что Федя тебя трахнет в январе. Если выиграет, Мишка ему обещал подарить блютуз-колонку. А если проиграет — получит два блока сигарет.

— Ну спасибо, что сказала, — ответила я.

В тот вечер Феде крепко досталось от меня. По яйцам. Влепила коленом со всей силы, развернулась и ушла, бросив: «Ты проспорил Мишке!» Парень всё понял, больше ко мне не подходил. Но я тяжело переживала этот момент. Думала, вообще больше никогда не смогу мужчинам доверять. И вот, поди ж ты, Артуру смогла… Как оказалось, совершенно напрасно.

Вибрирует… «Что это может быть?» — подумала я, услышав далекий звук из машины. Потом вспомнила: особенный мобильник! Обыкновенный, кнопочный, простенький. Его раздали топ-менеджерам и сказали, чтобы никогда их не отключали. Они для связи с генеральным. Только он знает эти номера и сам будет звонить, когда потребуется. В любое время дня и ночи.

Я вернулась в салон, достала «звонилку», нажала кнопку.

— Слушаю вас, Владимир Кириллович.

— Добрый вечер, Анжелика. Мне сказали, что вы заболели.

— Да, у меня тахикардия, — ответила я.

— Вот что. Приезжайте ко мне домой. Адрес я скину сообщением. Жду у себя через час.

И отключился. Я недоуменно посмотрела на телефон. Что за превратности судьбы? С какой это радости генеральный захотел меня пригласить к себе, причем в приказном порядке? Ох, не нравятся мне такие новости! Но делать было нечего. Да и устала я так сильно, что махнула рукой: чему быть, того не миновать. Захочет Леднёв меня уволить — пусть. Хотя повода я не давала. И он бы мог это сделать в офисе, незачем к себе домой приглашать. Мы не любовники, в конце концов.

Вскоре пришла СМС, и мне пришлось включить мультимедиа-систему в машине. Она показала, что от места, где я теперь, до нужного адреса ехать недалеко — семь километров. Только надо вернуться на МКАД, затем съехать на другое шоссе. Оказывается, Леднёв проживает за городом, в коттеджном поселке «Синегорье». Красивое название.

Пока ехала, подумала, что надо бы привести себя в порядок. С утра даже краситься не стала, только причесалась, и всё. Недаром Снежана решила, что я сильно заболела. Вон, бледная вся, темные круги под глазами, губы бледные. «Да и пусть смотрит, — сказала себе. — Леднёв должен понимать: девушке мало часа, чтобы стать красивой. К тому же я могла быть дома, а оттуда до него ехать намного дольше».

Навигатор вывел меня к нужному месту. Я остановилась у высоких металлических ворот, они раскрылись, проехала по дороге к дому. Это был двухэтажный, не слишком большой дом в старорусском стиле: из больших брёвен, с резными деревянными элементами. Напомнил мне терема, которые рисуют в иллюстрациях к русским народным сказкам. Красиво, хотя совсем не современно.

Когда вышла из машины, на крыльце показался Леднёв. Он спустился вниз, и я не ожидала такого гостеприимства от человека на столь высокой должности. Обычно так встречают равных себе, а я лишь подчиненная, притом одна из многих, даже не первый заместитель. И вообще, насколько знаю, у Владимира Кирилловича рекламный бизнес не единственный, у него много интересов.

— Добрый вечер, Анжелика, — сказал он, улыбнувшись. — Прошу в дом.

— Здравствуйте, — ответила я и пошла следом.

Внутри терем оказался очень красиво обставлен. Но в то же время довольно просто и изысканно: вся мебель была не вычурной и позолоченной, как я ожидала, а простой и удобной. Ничего лишнего, разве только украшена кое-где хохломской росписью. Но без изысков, в меру и очень гармонично. Было заметно: над интерьером старался очень искусный дизайнер.

Леднёв провел меня в гостиную. Здесь нас встретила пожилая женщина, и я сразу догадалась — это прислуга.

— Познакомьтесь, моя экономка, Светлана Петровна, — представил Леднёв. — А это, — показал на меня, — мой заместитель в компании «Вертикаль», прошу любить и жаловать, Анжелика Дмитриевна Разумовская.

Мы поздоровались, и я подумала: «Интересно, зачем он меня представляет прислуге? Невелика моя должность, чтобы ей запоминать. Да