Ничто не разлучит нас - Хизер Грэм

Неделю спустя Гейли, нервничая, сидела на краешке рабочего стола и ждала. Брент к этому моменту должен был уже закончить серию тестов у доктора Шаффера и ехать к ней на работу.

А в галерее все залы оказались увешаны изображениями птиц: кардиналов, колибри, синих соек… Гейли они очень нравились. Это была выставка пожилой художницы, маленькой бабульки в очках, всю жизнь мечтавшей получить признание и занять свое место в изобразительном искусстве. Джефф и Гейли с удовольствием устроили ее выставку. Конечно, миссис Фитцсиммонс – это не Брент Мак-Келли, но она мастерски владела избранной темой и поэтому ее картины и литографии охотно раскупались посетителями.

Естественно, в эту минуту, глядя на красногрудого дятла, Гейли думала совершенно о другом. Джефф подошел и сунул ей в руки стакан. Она опустила глаза и смотрела, как он наливает хваленый бренди.

– Спасибо, – улыбнулась Гейли.

Странно, но только с Джеффри она сумела обсудить свои проблемы. Едва ли Брент будет доволен, если узнает о ее откровениях, но никто не собирается отчитываться об этой беседе. Гейли решила рассказать все другу после того, как Джефф признался в весьма темпераментном романе с Тиной. Хотя истинная причина крылась в ином. Надо было как-то объяснить внезапные слезы, хлынувшие из глаз во время обеда в офисе! Гейли почувствовала облегчение, когда все-таки открыла душу. Джефф отнесся к рассказанному с пониманием и сочувствием и хотя не мог дать советов, но твердо дал понять, что не считает Брента и Гейли окончательно чокнутыми.

– Кажется, тебе следует выпить немного, – заметил он, усевшись в кресло за столом.

Гейли обернулась к нему.

– А тебе не стоит задерживаться из-за меня, Джефф. Иди домой.

– Я подожду. Мне некуда торопиться.

– А Тина?

Он смущенно поерзал в кресле:

– Да, но… Вчера вечером мы снова повздорили.

– Что вы все время делите? Джеффри улыбнулся:

– Других женщин, других мужчин, куда отправиться пообедать, как рулить в потоке машин. Список весьма длинный. Огласить весь?

– Нет! – рассмеялась Гейли, но снова нахмурилась, вспомнив о спрятанном от мужа наброске.

– О чем горюем?

– Пустяки, я подумала… Джефф, сможешь в ближайшие дни подъехать к нам? Мне кое-что необходимо тебе показать.

– Что-то конкретное?

– Набросок. – Брента?

– Нет, старинный рисунок. На кальке. Я нашла его на деревенской распродаже.

– Ты полагаешь, он чего-то может стоить? Гейли покачала головой:

– Да нет. Хотя как знать. Меня не интересуют деньги. Здесь другое… Рисунок поразительно похож на работу Брента. Прямо-таки как две капли воды. Получается, будто он и тот, другой художник, живший двести лет назад, видели в один и тот же миг одну и ту же сцену и наблюдали ее с одного и того же места.

Джефф приподнял бровь:

– Интересно, придется непременно выбраться к вам в гости. А что говорит Брент?

– Я ему еще не показывала.

– Вот как?

Гейли пожала плечами и отвернулась:

– Я привезла рисунки в дом сразу после той ночи, когда Брент… странно повел себя. Даже не знаю, что меня удерживало, но он до сих пор ничего не знает…

Дверь распахнулась и вошел Мак-Келли. Гейли взволнованно оглянулась и подскочила к мужу с приветственным поцелуем – она обрадовалась, увидев на его лице улыбку, и нетерпеливо спросила:

– Как успехи?