Сокровище Пущи - Мария Морозова

Сумасшедший дом какой-то. Вот только видений мне не хватало. Да еще и таких ярких, реальных видений о прошлом сагаров. Откуда они вообще взялись? Раньше я спокойно держала череп в руках, и ничего не происходило. Что изменилось сейчас? Это из-за дара ведьмы, который просыпается внутри? Или…

Я подошла к окну и выглянула наружу, чтобы видеть луну. Да, она растет, и до полнолуния осталось несколько дней. Может, причина еще и в этом? Ведь именно луне поклонялись сагары.

Надо бы посоветоваться с Арсом. Пусть он не разбирается в кочевниках, но он маг и может подсказать что-нибудь толковое. Только ночью я к нему не пойду. После вчерашнего ранения ему тоже нужен отдых. Лучше дождусь утра.

Какая-то часть меня призывала спрятать череп и медальон подальше, хотя бы в погреб. Но я решила не принимать таких радикальных мер. Отнесла Беса в корзинку, а свитером накрыла артефакт и поплотнее заперла дверцы шкафа. Потом вернулась в кровать и закрыла глаза, пытаясь уснуть.

А картинки видения мешали. Они кружились в голове, как в водовороте. Конный отряд, жрец, взывающий к Богине-Луне, лес… Что они искали? Или от кого бежали?

Щекотное прикосновение к щеке заставило вздрогнуть. По подушке вскарабкался котенок. Он забрался на мое плечо, потом дальше, на грудь, где и устроился, потоптавшись лапками. Внутри Беса заработал маленький моторчик.

– Все же хорошо, что ты у меня появился, – улыбнулась я, чувствуя, как становится легче. – Спокойной ночи, маленький домовой. Спокойной ночи…

Утром я отправилась к Арсу. Вот только егеря дома не оказалось. Посидев на крыльце минут десять, я вернулась к себе. Быстро позавтракала, полила огород. Арс так и не вернулся. Зато явился кое-кто другой.

– Феодора Андреевна! – раздался у калитки знакомый голосок.

Предчувствуя очередной сюрприз, я вышла во двор. У забора стоял сияющий Вадим Глазунов с корзинкой в руках.

– Он тебе хотя бы платит? – спросила я обреченно.

– Агась, – кивнул мальчишка. – И жирно платит. Я мамке на подарок собираю.

– Тогда давай.

Я забрала у него корзинку. Пропустила открытку с очередной банальщиной о «прекраснейшей», покопалась среди дорогих конфет. Хороший шоколад, ничего не скажешь. На подарки Рылинский не скупится.

– Держи, – отсыпала хорошую жменю в подставленные руки. – Угости братьев.

Довольный Вадим убежал. Я задумчиво развернула одну из конфет и сунула в рот. Итак, очередное подношение от Рылинского… Пока что Петр предпочитает держаться от меня на расстоянии. Решил не нервировать своим присутствием? Наверное, раньше я бы зауважала его за чуткость. Но после того, что рассказала Тригорская, уважать Рылинского не получается никак. Даже если он все осознал и искренне раскаивается… Хотя нет, вот уж чего, а раскаяния во время их короткой встречи с Арсом я не заметила.

Поколебавшись немного, отнесла корзину в дом, нашла в магафоне номер Ильи и написала ему сообщение, пригласив погулять. Однокурсник ответил сразу. И уже через полчаса я отправилась к той самой березе на берегу Плисы.

Сегодня похолодало. Дождя не было, но небо затянуло плотными белыми облаками. Хотя в костюме из теплых мягких брюк и такой же кофты было совсем не холодно. Да и от комаров одежда защищала. Стоило только уйти жаре, как кровожадные насекомые повылезали из своих нор.

– Привет, Феодора, – улыбнулся Илья, выныривая из-за кустов.

– Привет, – поздоровалась я и сразу начала жаловаться. – Твой брат шлет мне подарки.

– Это плохо? – удивился парень.

– Ну, как тебе сказать…

Я не собиралась рассказывать Илье, что узнала о грехах его брата, но посчитала нужным еще раз обозначить свою позицию:

– Что бы он ни дарил, моего мнения это не изменит.

– Понимаю, – вздохнул однокурсник.

Вздрогнув, он шлепнул комара на плече и поморщился.

– Кусаются, гады. Уже весь чешусь.

– Это деревня, – я пожала плечами. – К тому же похолодало.

– Ты смотри. – Илья замахал руками. – Целая стая. А к тебе даже не приближаются.

Я огляделась и поняла, что он был прав. Его комары атаковали эскадрами, хотя на меня словно не обращали никакого внимания. Забавно.

– Пойдем, – я кивнула в сторону пристани. – На ходу будет проще.

Мы побрели вдоль берега. Илья отмахивался стеблем камыша. Я задумчиво рассматривала воду.

– Вы с братом хоть разговариваете?

– Не особо, – признался младший Рылинский. – Он сам по себе, я сам по себе.

– А обо мне что-нибудь говорит? Хочу знать, что у Петра на уме. Он меня... нервирует. И не только меня.

– Ну… – Илья почесал затылок. – Мне кажется, брат тоже не горит желанием на тебе жениться. Все эти подарки – так, для галочки. Ему больше нравится в деревне отдыхать.

– Отдыхать? – изумилась я.

Вот где Петр Рылинский, а где отдых в деревне? Нет, те коттеджи на Солнечной выглядят очень даже прилично, но это все равно не его уровень.

– Угу. Он постоянно гуляет по округе. Познакомился с одним рыбаком, тоже староградским. Так представляешь, они вчера на ночную рыбалку ездили.

– Ничего себе, – хмыкнула я недоверчиво.

Хм, может, попытка очаровать меня была просто предлогом, а Петр сбежал в деревню, чтобы пожить тут в свое удовольствие? Если так, значит, я плохо знаю Рылинского. Может, он такая же жертва властного родителя, как и я? И может, мы с ним вполне способны договориться, чтобы выкрутиться из этой ситуации с наименьшими потерями? Да, после того, что я узнала, не хочется иметь с Петром вообще никаких дел. Но надо же как-то убедить родителей оставить нас в покое.

Комары окончательно заели Илью. Мы решили отойти от реки и свернули на одну из удачно подвернувшихся улиц. Здесь я еще не гуляла, но заблудиться в Прилесье было невозможно. Все улицы вели к центру.

– А ты чем тут занимаешься? – спросила у Ильи.

– Привез с собой кучу книг и пишу научную работу, – признался тот.

– Правда? – заинтересовалась я. – И на какую тему?

– По древним артефактам.

– Вот как.

– Да. Ведь артефакты – это наше семейное дело, как у вас – зелья. Хотя моя тема все равно немного специфическая. Самые старые и интересные артефакты. А они все принадлежат Императорскому дому.

Я кивнула, хорошо понимая, о чем он.

– Хотя здесь надо все-таки благодарить отца.