Сердце пламени - Алеся Владимировна Троицкая

Особенно злило неосторожное высказывание Орифии о том, что Янар должен одарить их своим семенем. Ей было неловко спросить у самого альха, что имеет в виду амазонка, но вот у Лимы она полюбопытствовала.

«Ну, ты же не глупая, должна понимать, что клан женщин-охотниц, живущих в запретных лесах, редко видит мужчин. А если и видит, то это преимущественно люди. А с людьми, как я уже сказала, у них разговор короткий. Разве только для развлечения».

Ивонет нахмурилась:

«Не понимаю…»

«Да что тут понимать, глупая! Им нужны дети. Сильные, быстрые, ловкие, и альх как нельзя лучше подходит на роль отца. Но не в том смысле, как это бывает у людей. Амазонки не приветствуют брачных связей, и мужчины у них существуют лишь на правах рабов. То есть принадлежат всем и каждой. Амазонки хотят зачать от Янара, чтобы пополнить своё племя свежей кровью!»

— Что?!

Громкий вопль возмущения заставил амазонок и Янара замедлиться и обернуться.

— Ивонет, что-то не так?

«Конечно, не так! — хотелось закричать девушке и, как минимум, встряхнуть мужчину, чтобы смыть с лица это безразличное, пустое выражение и вправить мозги на место, если он считает, что предложение Орифии — это нормально. Но Ивонет лишь сильнее сжала губы, вздёрнула подбородок и выслала лошадь вперёд.

— А она у тебя с норовом, — усмехнулась Орифия, с любопытством наблюдая за ней.

Янар хмыкнул и через мгновение вновь потерял к принцессе интерес.

— Как вам удалось выжить?

— Как и всем везунчикам: мы хорошо прятались. Нет, попытки истребить нас были. Но мы же не трусы, как альвы, мы боролись за своё существование. И, как видишь, удачно.

— Вы единственные, кто свободен от обязательств и правил людей?

— Нет, есть ещё сероликие, но они покинули континент и ушли в ледяные чертоги. Вместо того чтобы бороться, решили прозябать на ледяных вершинах. Хотя я слышала, что они неплохо там обустроились. Целый город из снега и льда. Говорят, он величественнее, чем замки людских королей.

— И их не пытаются уничтожить?

— Там такой холод, что ни одна армия не выдержит. Пока сероликие живут тихо и не пытаются совать нос на континент, их решили не трогать. А может, просто забыли о них, кто знает, — пожала плечами амазонка, и её тонкие пальчики прошлись по мужскому предплечью.

Ивонет, пылая от негодования, вновь замедлилась.

«Лима, кто такие сероликие?»

«Это древнейшее племя сидов. Их так называют из-за кожи, которая бледнее снега. Они, как и вы когда-то, пришли в этот мир через разлом, но это было так давно, что точно никто не помнит. Их отличие от других племен сидов в том, что они никогда не мешали свою кровь. Их раса чистая. Говорят, так они скрывают свои уникальные способности общения со звёздами, что когда-то были их домом».

«Они не участвовали в войне? В летописях о них не упоминается».

«Участвовали, но их вмешательство никак не повлияло на ход событий, поэтому о них забыли. А может, вычеркнули специально, чтобы у людей не было лишних вопросов и желания отомстить. Ведь если узнают, что кто-то, кроме людей, живёт и здравствует в этом «прекрасном» мире и ведёт свою политику, это вызовет волнение».

Ивонет согласно кивнула. Пока она обдумывала, где бы побольше разузнать о странном народе, к ней неспеша пристроились две амазонки с хитрыми раскосыми, как у лис, глазами. Одна из них, будто невзначай, толкнула её плечом.

— Эй, рабыня повелителя пламени, расскажи нам, кто ты и откуда? И почему на тебе есть запах альха, а печати раба на шее нет?

— Что?

— Или он поставил печать на более интересном месте? — одна из девушек попыталась приподнять подол её платья, но Ивонет отпрянула:

— Что вы делаете?!

Вторая больно дернула её за волосы, чтобы осмотреть шею:

— И правда нет…

Лима перепрыгнула на плечи Ивонет и зарычала. Но амазонку это не впечатлило: она передразнила ласку и тоже зарычала, оскалившись.

— Мы любим мелких зверьков. Сегодня ты будешь нашим обедом, — она хищно принюхалась и потянулась к ласке. Ногти на красивой загорелой руке заострились и стали удлиняться.

— Только тронь, и недосчитаешься пальцев! — холодно бросила Ивонет, вытаскивая нож.

Прелестница усмехнулась, тряхнула гривой коричневых, скрученных в спирали волос и зашипела змеёй:

— Ты угрожаешь нам? Нам, дочерям Шепчущего леса?!

— Да будь ты хоть матерью этого леса, тронешь моего друга — и этот нож окажется у тебя в горле. Понятно? — Ивонет махнула рукой, и сталь поймала отблеск света.

— Глупая, глупая рабыня! — зло шипела девица. — Я научу тебя манерам.

И стремительно кинулась на Ивонет, сбивая её с седла. Обе упали на землю, но, в отличие от Ивонет, которая задохнулась от боли, амазонка вскочила на ноги и стала кружить коршуном, готовясь вновь атаковать.

— Ну, вставай, жалкая девчонка, и сразись со мной! Морея вырвет твой поганый язык голыми руками!

Ивонет могла проигнорировать и дождаться помощи Янара. Но злость заставила её подняться на ноги и принять бой. Нет, она не надеялась победить охотницу: победой будет уже то, что она не струсила и не спряталась за спину мужчины, как было не единожды. Да и возможность сбить спесь хотя бы с одной из амазонок — уже великое удовольствие и подарок.

Не спуская с противницы внимательного взгляда, Ивонет встала в стойку, как учил Янар, и стала ждать. Помнила, что это наиболее выигрышная позиция, когда первый нападаешь не ты. Очистила мысли от ненужного и, как только амазонка ринулась на неё, отскочила в сторону и, размахнувшись, ударила ножом наискось, рассекая воздух. Амазонка, не ожидая такой прыти, ушла в сторону. На лице её появилась нахальная улыбочка, но Ивонет была готова к нападению: присела и подставила подножку. Платье, в отличие от штанов, что были спрятаны в седельной сумке, ограничило замах, и Ивонет, потеряв равновесие, упала на бок. Руку прострелило болью.

Лима обеспокоенно запрыгала на холке лошади. Но, увидев, что Ивонет прытко поднялась, притихла. Другие женщины-воительницы образовали круг, внимательно, с азартом наблюдая за боем. Янар остался в стороне. Ивонет отвела взгляд лишь на мгновение, отвлекаясь на застывшего стихийника, но этого хватило, чтобы амазонка замахнулась и ударила её ногой в живот. Ивонет согнулась пополам, задыхаясь от боли. Следующий удар ступни пришёлся в запястье, и нож выпал из ослабевших пальцев.

— Ну что, человеческая дрянь, будешь умолять о прощении или продолжить тебя втаптывать в грязь? — амазонка захохотала, удлиненные ногти пронеслись рядом с лицом Ивонет, заставив