По дороге разочарований - Бернад

— Ну все, иди, Дэн… Весело вам погулять.

— Без тебя невесело. Спокойной ночи.

— Пока.

Парень ушел. Диана закрылась. «Ну, а этот чего придумал? Поболтали с ним, в кафешку сходили, и что теперь? Он гулять со мной решил. Денис, конечно, постарше остальных „детей“, но все-равно молодой, несерьезно это. Надо будет разобраться с ним при свете дня, и в трезвом виде. У меня же еще вопрос с Паном не решен, а тут еще и Дэн к чему-то возник» — с этой мыслью она и уснула…

'День ушел, убавилась черта,

Я опять подвинулся к уходу.

Легким взмахом белого перста

Тайны лет я разрезаю воду'

02 июля. Свободен

На неделе на работу позвонил Пан Станислав.

— Вы говорили, что Павлине на бахчи нужно. Так может, сегодня поедем. Я на машине.

— Хорошо. Давай сегодня подъезжай к Павлине к шести часам, и я туда приду.

В половине седьмого Пан и Пава за Дианой заехали, и они отправились на арбузное поле, где Павлина со своими коллегами арбузы посадили.

Втроем они быстро завершили прополку ее участка. Снова сели в машину.

— А на Озеро нас повезешь? Искупаться бы не мешало — сказала Пава.

Отказать Пан не посмел и повез девушек на Озеро через свою деревню, остановился возле дома своих родителей, объяснил, что пить хочет. Пава и Диана в машине остались, отказались заходить. Он ушел, но тут же примчалась его мама, полная круглолицая женщина.

— Все понятно. Это ловушка — прошептала Диана.

— Девчонки, заходите в дом, пожалуйста — попросила мама, внимательно разглядывая Диану.

Пришлось им выйти из машины. Познакомились с мамой Верой.

— Я сейчас пельмени состряпаю — сказала мамочка.

— А мы пока на Озеро съездим — заявил Пан.

— Да, конечно, поезжайте, искупайтесь — ласково произнесла мама Вера.

На Озере Павлина и Диана купались долго, вода там теплая, прогрелась за день. Пан замучился их ждать, пока они накупаются. Потом снова к нему домой поехали, Диана ехать туда не хотела, но Павлина сказала:

— Неудобно, ждут ведь там…

И Пан Станислав тоже настаивал. Приехали к нему домой.

— Я уж думала, что сразу в город уехали — говорила мама — как вода в Озере?

— Теплая водичка — ответила Павлина.

Диана промолчала, предчувствуя недоброе, не зря Пан заманил в ловушку, на свои силы не надеется. Маму подключил. Поели пельмени, и мама Вера ласково произнесла:

— Пусть Стас и Пава посидят, а нам с тобой, Диана, поговорить нужно, давай выйдем.

— Зачем? — возмутился Стас.

Но мамочка и Диана вышли на крыльцо на серьезный разговор.

— Я вот о чем, Стас, наверно, делал тебе предложение?

— Да.

— А ты как?

— А я пока не спешу — ответила Диана, глупо улыбаясь.

— Но ему-то ждать нельзя, не молоденький уже.

Диана хотела сказать: «Так никто его не держит», но скромно промолчала, опустив глазки.

— Тебе-то сколько лет? — спросила мама.

— Двадцать три.

— Ну вот. Не семнадцать все-таки. Я ведь вот о чем. Если нравится он тебе, согласна ты, сейчас лето, нужно о жилье подумать, о дровах. Может, с родителями твоими посоветоваться?

«Крепостное право какое-то! Выходи и все тут, потому что не семнадцать лет! Старуха уже. Оказывается, еще в семнадцать обо всех этих проблемах думать надо было, о дровах, о домах. Вот я дура!»

— Не нужно, мы сами.

— Я вот все по старинке, а вы все сами теперь. Значит, не на что ему надеяться? — спросила мама прямо.

Диана улыбнулась.

— Не знаю я, тетя Вера, не собираюсь пока.

— Ну все понятно, извини, что заговорила об этом — сказала она ласково.

— Ничего, ничего…

Они вернулись в дом, с лица Дианы не сходила глупая улыбка. А внутри — пожар. «Ну пан Станислав, тебе же хуже будет» — мстительно подумала она.

В Тамыш вернулись поздно, Стас привез Диану к дому. Она молчала всю дорогу.

— Скажи что-нибудь.

— Я устала.

— Не уходи. Тебе мать что-то сказала? Я же не подумал, что она будет тебя напрягать. Скажи, что ты решила? — спросил Пан.

— Я все решила. Ты свободен.

— Ты меня гонишь?

— Да.

— Почему сразу не сказала, я же спрашивал?

— Я думала, привыкну. Не получается… А тебе жениться пора, и я тут под ногами путаюсь.

— Лучше путайся, но не гони, я ведь люблю тебя! — воскликнул он.

— На кой черт мне твоя любовь? — спросила она устало.

— За что ты так меня не любишь? Почему ты такая? То вдруг добрая на две минуты, то опять злая.

— Когда это я добрая была?

— Да хотя бы сегодня по телефону. Нормально разговаривала.

— Так ведь о деле говорили.

— Ну да, ты ведь расчетливая, даже спрашивала сколько я получаю — произнес он обиженно — вот я бы не спросил.

— Можешь спросить — она равнодушно пожала плечами.

— А мне не интересно.

— Ну и прекрасно… Короче, все, у тебя больше нет надежды. Прощай.

Станислав прослезился.

— Мне самому стыдно унижаться, но я без тебя не могу, страдаю. И с тобой страдаю…

— А я что сделаю? Не люблю я тебя, и не полюблю никогда. Откуда любви взяться?

— Да, я сразу понял, что не нравлюсь. Умом все понимаю, но ничего с собой поделать не могу. Влюбился, сил нет. Хожу за тобой, как дурак. Сам думаю, вот за что тебя любить? Ничего в тебе нет: ни ума, ни сердца. Ты злая, расчетливая, да и красотой не отличаешься.

— Ну, вот сам видишь, какая невеста никудышняя. Нечего страдать.

— Но сердцу не прикажешь.

— Но тут один выход: с глаз долой — из сердца вон. Так что прощай, Стас, и все пройдет — сказала Диана и направилась к своим воротам.

— Постой, Диана! А что ты будешь делать? За кого, замуж выйдешь? — спросил он.

— Ни за кого. Лучше одна буду — ответила она.

— Без мужа нельзя, у одинокой женщины болезни всякие начинаются — изрек Пан «умную мысль».

Диана злобно подумала: «Да у меня от тебя уже психоз начинается!»

— Все, хватит! Уходи.

— Давай хоть руки пожмем друг другу на прощание.

— А давай без церемоний обойдемся…

Она ушла домой злая, плохо спала. Думала, все решено, не хочу, не могу, не буду.

'А я не хочу, не хочу по расчету,

А я по любви, по любви хочу,

Свободу, свободу, мне дайте свободу…'

08 июля. Стас не теряет надежду

'В голубой струе моей судьбе

Накипи холодной бьется пена,

И кладет печать немого