И всюду тьма - Алена Мандельбаум

– Станьте моим спутником на этом балу, – попросила Ана маркиза.

– А это неожиданно! Леди, неужели вы собираетесь втянуть меня в свою аферу! – он наигранно-смущенно прикрыл себя руками.

– Да. – Она невозмутимо кивнула. – Мы должны с вами проводить время так хорошо, чтобы остальные хотели смотреть только на нас, обсуждать только нас. Вам же это по силам?

– Обижаешь! Одно мое присутствие превращает пресный прием в праздник. – Он подошел ближе и, подмигнув, поднял Ану на руки и закружил.

Она вцепилась ему в шею от неожиданности, а потом рассмеялась.

– Куда вы меня несете?

– Еще не придумал. – Он двигался к центру зала. – А ты тяжелее, чем выглядишь.

Осмелев, Ана ущипнула его за щеку.

– Граф Блэкфорд не жаловался!

– Не сравнивай, я – хрупкий мужчина! Да и вообще на принце сосредоточься, от Кеннета на любовь и романтику рассчитывать бесполезно, – последняя фраза прозвучала на удивление серьезно.

Ана подумала, не пытается ли маркиз де Сильва ее таким образом предупредить о порочных наклонностях графа, о которых узнал от герцога, и еще раз подтвердила себе, что ошиблась в Фабиане. Она вообще часто ошибалась.

Он поставил ее на пол, и Ана осмотрелась: они были совсем рядом к Яну, но их разделяла толпа девушек и женщин, его приветствующих. Выбрав нескольких стоящих к ней поближе, она поочередно направила в их разум Тьму. Маленькое, едва ощутимое вмешательство должно было помочь ей привлечь внимание Яна. Несколько человек по зову Тьмы подошли к маркизу, чтобы завязать разговор, он тут же приобнял Ану и начал ее расхваливать. Его руку она с себя сбросила, чем вызвала несколько удивленно поднятых бровей и смешок Фабиана.

Она попросила в ожидании второго танца пройтись с ней и, фланируя, внушала женщинам, попавшимся на глаза, поговорить с Яном и обязательно упомянуть ее. Она не стала менять восприятие себя и вкладывать им в уста слова, ей лишь было нужно, чтобы для Яна весь вечер был пропитан ей и только ей.

Бал продолжался, и танец за танцем, разговор за разговором, Ана уставала слышать свое имя из каждого угла. Фабиан тоже заскучал, хотя и продолжал претворять их план в действие. А принц, сначала с готовностью уделяющий свое время всем девушкам, кроме Аны, все чаще искал глазами официантов, вливая в себя бокал за бокалом. Он старательно не обращал внимания на Ану. Ловя ее взгляд, он отворачивался, а если она оказывалась рядом, он спешно ретировался в противоположную часть зала. Ане показалось, что если она поставила себе цель как можно больше появляться у него перед глазами, то он – видеть ее как можно меньше.

Бал подходил к завершению, огни зала приглушили, и почти никто из гостей не танцевал, расслабляясь за картами или наслаждаясь угощениями. Ана обессилила и уже едва общалась с гостями. Ей наконец удалось поймать принца неподалеку, и она решилась подойти к нему.

Ана готовилась пробраться сквозь женщин, окруживших Яна, чтобы, скорее всего, получить от него порцию публичных оскорблений, как к ней подошел покачивающийся мужчина. Она вспомнила, что уже сталкивалась с ним прежде, его ужасное желтое жабо было сложно забыть. Он пригласил ее на танец, и она мягко отказала, извинившись. Его лицо и шея раздулись, жабо натянулось и топорщилось, обрамляя голову, как лист кувшинки лягушку. Он резко схватил ее за запястье, останавливая, и неразборчиво забормотал.

– Отпустите меня, – Ана повысила голос, пытаясь выбраться из цепких толстых пальцев, и несколько человек на нее обернулось.

– Что же вы леди, всего один танец! Я весь вечер ждал, пока вы освободитесь. – Ану обдало дыханием, пропитанным ветчиной, вином и настырностью.

Ана повторила свой отказ, вырывая руку. Она напряглась, вот-вот готовая применить Тьму, лишь бы ее оставили в покое, но на плечо мужчины легла ладонь с тонкими пальцами, украшенными множеством перстней.

– Кто меня?.. – разозленно обернулся мужчина. – Ах, Ваше Высочество, прошу меня извинить. – Он тут же склонился и отошел в сторону.

У Аны замерло сердце, а от белоснежных одежд Яна зарябило в глазах. Он протянул ей руку.

– Леди, подарите мне честь танцевать с вами.

В этот раз Ана крепко стояла на ногах и не собиралась прятаться от сердитого взгляда исподлобья.

– Благодарю вас, Ваше Высочество. – Она вложила свою руку в его.

Будто дожидаясь этого мгновения, заиграла неспешная музыка, призывая их приблизиться друг к другу и потеряться в ней. Гости смотрели на них, ожидая первых па, а у Аны вспотели ладони, выдавая тревогу.

Он притянул ее к себе и сдавил талию так, что Ана сморщилась от боли. К медленному танцу присоединились другие пары, давая ей и Яну иллюзию уединения. Он, будто только этого и ждав, притянул ее ближе.

– Ты преследуешь меня?

– С чего бы? – грубым тоном спросила Ана.

– Ха, маску ты не держишь. Не забывай о том, кто я, прежде чем открывать рот.

– Я помню тебя, Ди-о-нис, – протянула она.

Ян сдавленно засмеялся, но на его лице не было ни следа веселья.

– Не знал, что тебе нравится выделяться, вокруг только о тебе и говорят. Скольким ты отдалась, чтобы здесь оказаться?

– И это твое первое предположение?

– Тебе нравилось прятаться в подвале, так там бы и оставалась! Откуда у тебя фамилия? Обольстила барона жениться на тебе?

Ана вспыхнула, даже несмотря на то, что готовилась к несправедливым обвинениям, но одновременно получала удовольствие от столь прямой ненависти. Не часто она позволяла себе говорить, что хотела.

– Ваше Высочество тоже подвалом не брезговало. – Ана язвительно скривилась. – А тут вдруг он стал ниже вашего достоинства.

– Я больше не дам тебе портить мою жизнь, – приглушенно сказал принц и пальцами вдавил косточки корсета Ане в ребра.

– Мне больно! – она воскликнула. – Я живу своей жизнью, ты тут не причем.

– Если твоя жизнь продолжит пересекаться с моей, то я испоганю ее. Поверь мне, ты не хочешь видеть своим врагом члена королевской династии, – обрубил он и, резко оттолкнув ее, направился к выходу.

Ана осталась в одиночестве посреди зала и выдохнула. Затем спокойно, стараясь не привлекать внимание, вышла на террасу.

Мирная и тихая ночь наполнялась лунным светом и мерцанием звезд, а легкий ветер шелестел кронами деревьев. Ана подставила лицо прохладе, остужая злость, и прокрутила диалог с Яном в голове. Он не скрывал, что помнил ее, и опять пытался унизить прошлым, угрожать. Ей вдруг вновь захотелось спросить почему, что она такого сделала? Но оскорбленная гордость воспротивилась. Ана была виновата во многом, но о Яне она только заботилась и никогда не предполагала, что он