Измена. Начать заново - Диана Орфей

Но Рая говорит, что последние месяцы бывшая свекровь провела дома, в родном городе, среди немногочисленных родственников и знакомых. И подальше от мужа. Так, как она хотела… Слабое утешение, но хотя бы так…

И Марика единственная, о ком я буду рассказывать Ляйсан. Мои же родители и бывший свекр этого недостойны. Богдан заботливо ограждает нас от ненужного внимания родственников, да и я не стремлюсь ничего о них знать. К черту прошлое. Меня радует настоящее.

* * *

Богдан

Утром моя девочка спит так сладко после бурной ночи. Ухмыляюсь, заправляя за ушко темный локон. Ясмина что-то ворчит и, сграбастав мою подушку, утыкается в нее носом.

Давно заметил, что у жены фетиш на запахи. Чем без стеснения пользуюсь.

Потискать бы любимую как следует, но мобильник в который раз светит экраном. С самого утра мне долбят все кому не лень: от охраны до заказчиков.

Первые интересуют меня сейчас больше, поэтому, быстро запрыгнув в штаны, подхватываю телефон и выхожу из комнаты.

— Слушаю, Силыч, — почти шепчу в трубку. Весь дом ещё спит.

— И тебе не хворать, — ворчит мой друг. — Я к тебе с хорошими новостями, между прочим.

— Ну?

— Османов в больничку слег. Надолго.

О как! Не скрою, вести приятные.

— Сердечко прихватило?

— Как будто оно у него есть, — фырчит Силыч. — Нет, все гораздо прозаичнее. Проломили башку на одной из попоек, в баре. Слишком язык распустил.

Н-да. Ни чести, ни славы, как говорится.

— И что он в том баре делал?

— Горевал по утраченным позициям. Тебе не икалось?

Смеемся. Да, падения крутого бизнесмена Османова — моих рук дело. Потому что предупреждал — не лезь в мою семью. Думал, со временем мозги на место встанут, но нет, после приема Османов только больше обнаглел. И я без зазрения совести дал отмашку его устранить.

А лучше было бы придушить эту тварь совсем. Таких гнид не жалко.

— Не спускай с него глаз, Силыч. Если оклемается — сделай так, чтобы в его дырявую башку и мысли не пришло снова вредить.

— Понял.

Силыч отключается, а я иду проверить детей. Двойняшки, как всегда, с полными подгузниками. Маришка сопит, Руслан хмурится. Он вообще у меня серьезный парень. И терпеливый. Даже не пикнул, пока я проводил гигиенические процедуры, благосклонно принял бутылочку молока. А вот с дочкой пришлось повозиться.

Но в общем, кое-как справился. На самом деле малыши совсем не капризные. С Адамом я больше намучился.

Выключив ночник и приоткрыв окно, чтобы немного проветрить, иду к старшим. Сын сладко посапывает, Ляйсан свернулась клубочком, а из-под одеяла только нос торчит. Эти красавцы будут спать до обеда, если не разбудить…

Поэтому возвращаюсь к жене. Ныряю под одеяло и, не сдержавшись, целую точеное плечико. Потом мягкий изгиб шеи и аккуратненькое ушко…

— Богдан, — мурчит сквозь сон любимая.

И прижимается попкой к моему паху. Там все уже более чем готово.

— Хм-м-м, — стонет, потираясь совершенно провокационным образом.

Разве я могу игнорировать такое приглашение?

Через полчаса мы отдыхаем в объятьях друг друга. С Ясминой хорошо молчать. Мне нравится, как она уютно дремлет на моей груди, такая нежная и родная.

— Хочу съездить куда-нибудь только с тобой, — шепчет вдруг. — Помнишь наши зимние каникулы? Те, два года назад?

Разве я мог бы забыть?

Оставив детей на попечении няни, мы съездили за город. И там в небольшом, но очень уютном домике, насладились друг другом по полной программе.

— Да, малышка… Отличная идея.

— Но дети еще маленькие…

— Думаю, мы что-нибудь придумаем.

Ясмина счастливо вздыхает. А я в который раз мысленно благодарю покойного тестя за то, что он нашел эту чудесную девушку. Не представляю свою жизнь без нее и детей. И уверен: это взаимно.

А через три недели после этого я узнаю, что Османова выпустили из больницы. Но он больше не угроза. Драка у бара не прошла бесследно — из крепкого мужчины он превратился в жалкое нечто с проблемами восприятия. Его жена не упустила такую возможность и отобрала у семейства Османовых последнее.

Я не вмешивался. Теперь ублюдка можно с лёгкостью вычеркнуть из списка проблем, чему мы с Ясминой искренне рады.