Непреодолимая тьма - Рейвен Вуд

— Хм, — говорит она, постукивая себя по подбородку. — Я об этом не подумала. Но ты права. У нас нет страховки, которая покрыла бы ущерб, если кто-то уронит что-то дорогое в воду или, как ты сказала, упадет туда.

— Да, так что нам, наверное, стоит... — Я указываю в сторону улицы.

Дженн кивает с задумчивым видом.

— Что ж, к счастью для тебя, — начинает Аврора с сияющей улыбкой. — У меня есть еще одно место, которое мы можем осмотреть.

— Отлично, — отвечаю я, опять-таки слишком быстро. Но я скрываю это за натянутой улыбкой и жестом предлагаю нам всем убираться с этой чертовой лодки. — Тогда пошли.

Аврора практически вприпрыжку спешит догнать Дженн. Она толкает сестру локтем в бок, поддразнивая тем, что ее идея намного лучше.

С бешено колотящимся сердцем в груди, я как можно быстрее иду по палубе. Лайонел подходит ко мне.

Его серые глаза полны беспокойства, когда он всматривается в мое лицо.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Да, — отвечаю я. Затем понимаю, что снова тереблю свои часы, поэтому заставляю себя опустить руки по швам. Натянув улыбку, я поворачиваюсь и смотрю на Лайонела. — Да, я в порядке.

Он пристально смотрит мне в глаза еще несколько секунд. Но затем, к счастью, просто кивает.

— Хорошо.

Я тоже киваю.

Джейс, который стоял прямо у входа на яхту, пока мы были на ней, незаметно отодвигается подальше, когда мы выходим на улицу.

Мое сердце болит, а тело немеет. И у меня вдруг возникает дикое желание, чтобы Джейс был рядом. Я хочу, чтобы его теплое тело было рядом со мной. Хочу видеть его легкую улыбку. Его карие глаза, в которых всегда столько жизни.

Но я не знаю, как сказать ему об этом.

Поэтому в конце концов я просто молча иду за Авророй к следующему месту встречи. Мои пальцы теребят часы. А безжизненные голубые глаза продолжают мелькать перед моим взором.

Глава 30

Джейс

В ночи раздается крик. Я вскакиваю с кровати и бегу по квартире с пистолетом в руке, прежде чем звук стихает. На бегу я окидываю взглядом кухню и гостиную, но везде темно, тихо и спокойно. Входная дверь тоже закрыта.

Из спальни Кайлы доносится еще один крик.

Я рывком открываю дверь и заглядываю внутрь, подняв пистолет и обводя взглядом комнату.

Кайла мечется на кровати, ее руки и ноги запутались в светлых простынях.

Действуя быстро, я осматриваю ее спальню в поисках следов нападавшего, а затем открываю дверь в ванную и делаю то же самое.

Но вокруг пусто и тихо.

Растерянность и ужасное беспокойство охватывают меня, когда я бросаюсь обратно в ее спальню.

— Кайла... — начинаю я.

Из ее легких вырывается еще один крик, и она мотает головой из стороны в сторону.

Мое сердце почти останавливается, когда я замечаю, что ее глаза все еще закрыты.

Они закрыты. А это значит, что она все еще спит. Нападавшего нет. Ей… снится кошмар.

Во мне одновременно пульсируют облегчение и еще большее беспокойство.

Положив пистолет на комод, я спешу к кровати.

Всхлипы срываются с губ Кайлы, когда она извивается и мечется на кровати. Ее длинные рыжие волосы закрывают половину лица, словно занавес, но я все равно ясно вижу муку на ее лице.

Боль пронзает мое сердце.

Забравшись на кровать, я опускаюсь на колени рядом с ней и тянусь к ее плечу. Но тут я замираю, охваченный сомнениями. Черт, как мне ее разбудить? Можно ли вообще будить человека, когда с ним происходит такое? Разве нигде не упоминалось, что это опасно? Или это касалось только лунатизма? Черт, я не...

Из ее горла вырывается еще один крик.

И это, черт возьми, чуть не разрывает мне душу.

Я не могу смотреть, как она так страдает. Я должен разбудить ее.

Схватив ее за плечи, я сильно встряхиваю ее.

— Кайла.

Она снова мечется в простынях.

— Кайла! — Рявкаю я, страх наполняет мой голос непреклонной властностью.

Она резко открывает глаза, и ее руки взлетают к моим, сжимая запястья с такой силой, что я почти уверен: останутся синяки. Но мне все равно. Она может причинять мне столько боли, сколько захочет, главное, чтобы мне больше никогда не пришлось видеть, как она страдает.

— Виктор, — выдыхает она, ее глаза мечутся по комнате. — Виктор, не надо!

Меня охватывает паника, и я мгновенно отпускаю ее плечи. О Боже, кто-то причинил ей боль? Так вот из-за чего был этот кошмар? Может, мне не стоило так к ней прикасаться? Черт, я только усугубил ситуацию, схватив ее вот так?

Ее руки по-прежнему сжимают мои запястья, пальцы сильно впиваются в мою кожу, когда она садится прямо.

— Пожалуйста, не надо. Виктор...

— Я не Виктор, — выпаливаю я. — Я Джейс.

Ужас и паника бушуют во мне, как буря, пока я стою на коленях рядом с ней. Потому что я понятия не имею, что делать. Несмотря на всю мою подготовку, я ни черта не знаю, как ей помочь. Не имею ни малейшего представления, что я должен сделать, чтобы исправить ситуацию. Поэтому я лишь сижу напротив и смотрю ей в глаза, стараясь вселить в нее чувство спокойствия, которого сам не ощущаю. Никогда в жизни не чувствовал себя таким бесполезным.

Затем она моргает.

— Джейс. — Ее голос звучит как шепот.

— Да. Это Джейс. Я здесь. — Я смотрю ей в глаза, полные страха. Мне требуется все мое самообладание, чтобы мой голос звучал ровно. — Я здесь, маленький демон.

Ее взгляд скользит по темной спальне, словно она только сейчас замечает обстановку. Она несколько раз моргает. Ее руки по-прежнему крепко сжимают мои запястья. Затем ее взгляд возвращается ко мне.

— Джейс, — выдыхает она.

Я киваю.

— Да.

Ее грудь вздымается.

Она снова оглядывает свою спальню. Ужасный страх и паника в ее глазах начинают угасать. Но я по-прежнему остаюсь совершенно неподвижным, давая ей время прийти в себя и окончательно избавиться от того ужасного кошмара, в котором она оказалась.

Через несколько секунд ее взгляд останавливается на моих обнаженных ногах. На мне только боксеры, так как я вскочил с кровати, услышав ее крик. Затем она переводит взгляд на мои руки.

Удивление отражается на ее лице, когда она понимает, что сжимает мои запястья. Она быстро отпускает меня. Кости ноют от ее